Павел Шумилкин – Выживший (страница 2)
Когда они подошли на расстояние уверенного выстрела, Джек открыл огонь. Короткая очередь из пистролет-пулемёта – и бандит с дробовиком падает, сраженный в грудь. Второй, метнувшись в сторону, пытается укрыться за обломками стены. Начинается перестрелка. Пули со свистом впиваются в кирпич, выбивают осколки стекла.
Джек сохраняет хладнокровие, ведя прицельный огонь. Он ждет, когда противник высунется для ответного выстрела. Мгновение – и еще одна очередь. Пуля находит цель. Бандит пошатывается и падает.
Тишина. Джек несколько минут не двигается, прислушиваясь. Лишь эхо далеких выстрелов нарушает покой. Убедившись, что опасность миновала, он спускается вниз и быстро обыскивает тела. У одного в нагрудном кармане – потрепанная фотография. На ней тот самый бандит, еще живой и улыбающийся, с маленькой девочкой на руках.
Джек смотрит на фото, потом на мертвое лицо. Тяжело вздыхает. Бросает фотографию на тело. Забирать пистолет-пулемёт он не стал – оружие громоздкое, патроны к нему тяжелые. Он предпочитал мобильность.
Подойдя к пикапу, он осмотрел его. Машина была в плачевном, но рабочем состоянии. Пятна крови на капоте придавали ей зловещий вид. Но Джеку было все равно. Главное – она ехала.
Он забросил рюкзак на сиденье и сел за руль. Ключи торчали в замке зажигания. Поворот – и двигатель с хриплым рычанием ожил.
Когда пикап тронулся, Джек бросил взгляд в зеркало заднего вида. Из-за углов, привлеченные стрельбой, уже выползали первые зомби. Их неуклюжие фигуры окружили тела бандитов, склоняясь в своем жутком пиршестве.
Джек отвернулся, сосредоточившись на дороге. Стрелка топливного датчика показывала меньше четверти бака. Без дозаправки до «Района» ему было не добраться.
Он выехал на разбитое шоссе, объезжая брошенные автомобили. Его лицо оставалось каменной маской. В этом мире не было места сожалениям. Была только цель.
ГЛАВА ВТОРАЯ. ИСКУПЛЕНИЕ В РЖАВЧИНЕ
Стрелка топливного датчика замерла на красной черте, подрагивая в такт работе изношенного двигателя. Джек с силой ударил ладонью по потрескавшемуся пластику панели – стрелка не шелохнулась. Четверть бака растянулась на несколько часов пути, но теперь бензин кончился. Впереди, на горизонте, пылились под солнцем крыши покинутой деревушки. Последний шанс.
Он свернул с шоссе, запрятал пикап в чащобе, замаскировав ветками. Машина, добытая такой кровью, не должна была достаться мародерам.
Деревня встретила его гнетущей тишиной, нарушаемой лишь скрипом ставней на ветру. Первые два дома оказались пустыми, выпотрошенными до голых стен. Прах и осколки. Ни канистры, ни даже пустой бутылки из-под горючего.
Последней надеждой был старый амбар на отшибе. Массивные деревянные двери с выцветшей краской. Джек толкнул одну из створок, и та с оглушительным скрипом поддалась, открывая черную пасть внутреннего пространства.
Воздух внутри был спертым, пахло плесенью, сеном и чем-то еще… сладковатым и знакомым. Гнилью. Лучи света, пробивавшиеся сквозь щели в крыше, выхватывали из мрака облака пыли и груду старых бочек в углу. Большинство из них были ржавыми, с проржавевшими днами.
И тут из-за этой груды послышался шорох. Не мышиный. Тяжелый, шаркающий. Джек замер, пальцы сами собой сомкнулись на рукоятке пистолета.
Из тени выползли они. Сначала один, потом еще трое. Их движения были неестественными, скованными, но не лишенными жуткой целеустремленности. Бледные, обвисшие лица, мутные глаза, устремленные на него. Зомби.
Первый был уже близко. Джек вспомнил урок Оскара. «Они неповоротливы, бей в опору!»
Он не стал тратить патроны. Резкий выпад вперед, и мощный, точный удар каблуком в колено монстра. Раздался сухой, костный хруст. Зомби, не издав звука, рухнул лицом вниз. Джек, не теряя темпа, вонзил нож в основание его черепа. Тело дернулось и замерло.
Второго он взял на отлете, подсек и добил так же. Ловкость и холодный расчет против тупой силы. Третий… а третьего он не заметил. Цепкая рука вцепилась ему в плечо сзади, тухлое дыхание обожгло шею.
Адреналин ударил в голову. Джек резко рванулся вперед, вырываясь из хватки, развернулся на каблуках и с силой пнул нападавшего в коленную чашечку. Существо рухнуло. Удар ножа – и еще одна угроза была устранена.
Он стоял, тяжело дыша, в центре круга из тел. В ушах звенело. Он проверил бочки – все пустые, дно проржавело насквозь. Топлива не было. Потеря времени, силы и почти что жизни – все зря.
Выйдя на свет, он тут же понял, что ошибся. Шум борьбы привлек других. Из-за домов, из переулков, на дорогу выползали новые фигуры. Десять… пятнадцать… больше. Путь к пикапу был отрезан.
Инстинкт самосохранения заставил его бежать. Не к лесу, а к самому крепкому на вид дому на окраине, с еще целыми ставнями. Он влетел внутрь, захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, пытаясь перевести дух.
Внутри пахло пылью и старой древесиной. И… человеком. Чутьем выжившего он уловил след чужого присутствия. Но было уже поздно.
Глухой удар обрушился на затылок. Мир взорвался болью и поплыл перед глазами. Он не успел даже понять, откуда исходила угроза. Последнее, что он почувствовал, – это жесткий удар пола о тело.
Сознание возвращалось медленно, как прилив. Сначала – пульсирующая боль в висках и затылке. Потом – онемение в конечностях. Джек попытался пошевелиться и понял, что не может. Он был привязан к стулу. Прочные веревки впивались в запястья и лодыжки.
Он был в кухне. На столах горели свечи, отбрасывая пляшущие тени на стены, заставляя скупиться на детали. В дальнем углу, в кресле, сидела она.
Девушка. Длинные темные волосы, собранные в небрежный хвост, спортивное телосложение, выдавшееся частыми схватками. На коленях у нее лежал дробовик. Ее глаза, темные и внимательные, изучали его без тени страха. Только холодная настороженность.
– Кто ты? – ее голос был низким, ровным, без дрожи.
Джек молчал. Голова раскалывалась, язык заплетался. Он сглотнул кровь, чувствуя ее металлический привкус на губах.
– Я спрашиваю еще раз. Кто ты? – она поднялась и медленно подошла к нему.
Молчание было его единственным оружием. Любое слово могло стать смертным приговором.
Она не стала ждать. Ее кулак, обтянутый кожей перчатки, со всей силы врезался ему в нос. Хруст, новая волна боли, горячая кровь, хлынувшая по подбородку. Джек застонал, но не закричал. Он поднял голову и встретился с ней взглядом. В его глазах не было страха. Только ненависть и вызов.
– Ну что? Готов говорить? – она стояла над ним, сжимая и разжимая кулак.
Внезапно снаружи, совсем близко, раздался глухой удар. Затем еще один. Кто-то или что-то било в стены дома. Девушка вздрогнула, ее уверенность на мгновение дрогнула. Она метнулась к окну, осторожно выглянула в щель между ставнями.
Удары участились. Послышался треск дерева. Дверь содрогнулась от мощного толчка.
Она резко повернулась к Джеку. В ее глазах читалась внутренняя борьба. Страх перед угрозой снаружи боролся с недоверием к пленнику внутри.
– Ты стреляешь в людей так же хладнокровно, как в зомби? – ее голос дрогнул.
Джек, превозмогая боль, посмотрел на нее. Он видел этот страх. Видел, что она одна. И понял, что их шансы на выживание, хоть и призрачные, теперь связаны.
– Не знаю, – хрипло выдохнул он. – Но сейчас ты мне нужна живой.
Этого было достаточно. Мгновение – и она, не говоря ни слова, принялась быстро развязывать веревки. Как только руки освободились, она швырнула ему к ногам его рюкзак и кобуры с пистолетами.
– Зомби? – спросил Джек, растирая онемевшие запястья.
– Да, – коротко кивнула она, уже поворачиваясь к двери с дробовиком наизготовку.
В этот момент оконные ставни с грохотом подались внутрь. Доски лопнули, и в проеме, срываясь и царапая обломками обшивки, показалась первая серая голова.
Грохот выстрела дробовика оглушил Джека. Голова зомби разлетелась на куски, забрызгав стену
– Как тебя зовут? – крикнула она, не отрывая глаз от окна.
Джек, все еще оглушенный, схватил свой пистолет.
– А тебя? – пробормотал он, целясь в следующего мертвеца.
– Оливия! – последовал ответ, и снова грохот выстрела. – А тебя как называть, «парень»?
Он не ответил. Пуля из его пистолета вошла в глазницу зомби, пробирающегося внутрь. Но их было слишком много. Они лезли через окно, давили на дверь.
– Мы не можем здесь оставаться! – крикнула Оливия. – Надо искать выход!
Ее взгляд метнулся по комнате и остановился на том самом окне. Теперь оно было не источником угрозы, а единственным путем к спасению.
– Это наш выход! – прохрипел Джек, указывая на него.
Он был прав. Им предстояло пробиться через ад, чтобы получить шанс выжить. И этот шанс, как и спасение, неожиданно оказался в лице другого человека. Ненадежного, опасного, но такого же живого.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ. ШАТКОЕ ПЕРЕМИРИЕ
Они вывалились из окна на сырую землю, едва успевая откатиться от дома, из которого доносились хриплые вздохи и шарканье. Адреналин гнал их вперед, в спасительную чащу леса. Джек бежал, почти не чувствуя ног, мир плыл перед глазами, пульсируя в такт дикой боли в затылке. Каждый выстрел Оливии позади отдавался в его черепе новым ударом молота.
Он споткнулся о корень, тяжело рухнув на колени. Оливия, обернувшись, резко дернула его за куртку.
– Давай! Дальше! – ее голос был хриплым от напряжения.