Павел Шумилкин – Выживший (страница 12)

Они углублялись в сердце спящего легиона, не зная, что ждет их впереди, и понимая лишь одно: малейшая ошибка – и этот кошмарный сон превратится в кровавую явь, из которой не будет спасения.

Казалось, они шли сквозь спящий легион целую вечность. Наконец, впереди показался другой торец гигантского склада и еще одна массивная дверь. На этот раз она была закрыта, но не на замок, а на простую задвижку. Джек медленно, миллиметр за миллиметром, отодвинул ее. Скрип железа прозвучал для них оглушительным грохотом, но, оглянувшись, они увидели, что море тел позади них оставалось неподвижным.

Они проскользнули в следующий отсек, и Джек так же бесшумно задвинул задвижку на место. Только тогда они позволили себе перевести дух.

Здесь было иначе. Этот зал был меньше, больше походил на упаковочную зону или гараж. И он был пуст. Совершенно пуст. Ни стеллажей, ни коробок, и, что самое главное, ни единого зомби. Только пыль да несколько разбросанных пустых паллет на бетонном полу. Тишина здесь была не зловещей, а почти благословенной.

Лукас прислонился к стене и провел рукой по лицу, смахивая пот и паутину.

– Пиздец… – выдохнул он. – Я чуть ли не обосрался там.

Эрнест посмотрел на Джека. – Ты в порядке?

Джек молча кивнул, опускаясь на ящик. Его руки слегка дрожали. Он снова почувствовал ту самую адреналиновую слабость, что бывает после слишком близкого столкновения со смертью.

– Нам нужно искать, – сказал Эрнест, переводя взгляд на Лукаса. – Топливо, канистры, все что угодно. Мы с Лукасом проверим тот дальний угол. Вы – здесь. Быстро и тихо.

Они разошлись. Эрнест и Лукас двинулись к грузовым воротам в другом конце зала. Джек и Оливия остались одни у входа с той стороны, откуда пришли.

И тут Оливия не выдержала.

Все напряжение, весь страх, сжатый в комок за последние часы – побег, погоня, этот кошмарный проход сквозь тысячи спящих мертвецов – вырвалось наружу. Она не просто заплакала. Ее тело содрогнулось от беззвучных, давящих рыданий. Она схватилась за куртку Джека и прижалась лбом к его плечу, пытаясь заглушить звуки, ее плечи судорожно вздрагивали.

Джек замер. Его первым инстинктом было оттолкнуть ее, отстраниться. Но что-то удержало его. Может, собственная, едва отступившая дрожь в руках. Может, память о том, как она не отходила от него, когда он был беспомощным. Он не обнял ее. Его руки повисли в воздухе. Но он и не оттолкнул. Он просто стоял, позволив ей держаться за него, пока ее тихие, надрывные рыдания сотрясали их обоих.

– Они… они спали, – прошептала она, захлебываясь слезами. – Их были тысячи… Мы могли… я могла…

– Но не умерла, – его голос прозвучал хрипло, но без привычной резкости. – Ты жива. Мы живы. Пока что.

Это была не похвала и не утешение. Это была просто констатация факта, та самая суровая правда, на которой держался их мир. Но в данный момент этого было достаточно.

Оливия медленно отпустила его куртку, вытерла лицо рукавом, делая глубокий, прерывистый вдох.

– Прости, – выдохнула она.

– Не за что, – отрезал он, наконец отступая на шаг и ломая этот хрупкий момент. Его взгляд снова стал собранным и острым. – Собирайся. Нужно искать топливо. Слезы бензин не заменят.

Он был прав. И она это знала. Она кивнула, снова став той самой Оливией, что без колебаний стреляла в зомби и шла вперед. Но что-то между ними изменилось. В его молчаливом позволении ей быть слабой на эти несколько секунд было больше доверия, чем в любых словах.

Они разошлись по залу, начав обыскивать немногочисленные уголки. Страх остался, но теперь он был под контролем, закален в огне пережитого ужаса. Они были живы. И пока они были живы, у них была работа.

Тихо, передвигая ногами груды мусора, они начали прочесывать зал. Воздух здесь пах старостью, маслом и пылью, но не смертью – и это уже было благословением.

– Эй, смотрите! – негромко позвал Лукас из дальнего угла.

Они подошли. За горой пустых деревянных паллет он обнаружил небольшое подсобное помещение – комнату для обеденных перерывов. Столы, сломанные стулья, разбитый кулер. И у стены – три пластиковые канистры. Две пустые, но одна, двадцатилитровая, была полной. Лукас потряс ее, и внутри булькнула тяжелая жидкость.

– Бензин, – с торжеством в голосе прошептал он. – Похоже, для генератора.

Это была первая победа. Небольшая, но невероятно важная.

– Хорошо, – кивнул Эрнест. – Но двадцати литров нам мало. Нужно искать дальше.

Джек, тем временем, отодвинул ветошь в другом углу и наткнулся на металлический шкаф с проржавевшей дверцей. Внутри валялись разный хлам: пачки пожелтевших бумаг, сломанные инструменты. Но под грудой макулатуры его взгляд выхватил знакомую зеленую коробку. Он поднял ее. Патроны. Калибр 45. Почти полная коробка, пятьдесят штук. Не топливо, но в их мире это была не менее ценная. Он молча сунул коробку в свой рюкзак.

Оливия, обыскивая зону у ворот, нашла лишь несколько пустых бутылок из-под воды и ржавую монтировку, которую взяла с собой.

– Здесь больше ничего нет, – тихо доложила она, возвращаясь к группе. – Одна канистра и все.

Эрнест, стоя посреди зала, сжал губы. Он смотрел на единственную канистру, потом на огромную дверь, за которой спала орда, а затем на своих спутников – уставших, испачканных, но живых.

– Этого недостаточно, чтобы доехать до «Района», – констатировал он. – Но достаточно, чтобы добраться до другого места. До того фермерского хозяйства, что мы видели на карте. Там может быть больше. Или… – он сделал паузу, – мы можем попробовать поискать здесь дальше. Вернуться туда. – Он кивнул в сторону двери в основной склад.

Лукас мрачно покачал головой.

– Ты спятил, Эрн? Один раз проскочили по чистой случайности. Второго шанса не будет.

Все взгляды устремились на Джека. Он был их негласным лидером в вопросах выживания, их главным скептиком. Он стоял, глядя на канистру с бензином, его лицо было невозмутимым, но в глазах шла борьба. Рисковать снова, ради призрачного шанса найти больше? Или довольствоваться малым и пытаться выжить на этом?

Он посмотрел на Оливию. Она все еще была бледной, но в ее глазах он видел не страх, а решимость. Она была готова идти за его решением.

– Мы не возвращаемся туда, – наконец сказал Джек, его голос не допускал возражений. – Одна канистра – это двадцать литров. Это около ста пятидесяти миль пути, если экономно. До той фермы – меньше ста. Это наш шанс. Маленький, но реальный.

Он подошел и поднял канистру, почувствовав ее обнадеживающую тяжесть.

– Мы берем то, что нашли, и уходим. Сейчас. Пока этот легион не проснулся.

Решение было принято. Оно не было идеальным, но оно было единственно верным. Они не стали тянуть время. Собрав свои скудные трофеи – канистру бензина, патроны, монтировку – они бесшумно двинулись к противоположным грузовым воротам. Лукас осторожно приоткрыл их, и в проеме показалась бледная полоска предрассветного неба.

Они выскользнули наружу, оставив за спиной гигантский склеп со спящей армией. У них было немного топлива, немного патронов и хрупкая, но реальная надежда добраться до следующей точки на карте. Они снова были в игре. Их путь к «Району» продолжался, теперь с новым грузом – не только физическим, но и грузом пережитого кошмара, который навсегда останется в их памяти.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ. ЦЕНА КИЛОМЕТРА

Последние лучи заходящего солнца окрашивали металлическое кладбище пробки в кроваво-красные тона, когда они, изможденные и покрытые пылью, выбрались на опушку у дороги. Их пикап стоял на том же месте, нетронутый, словно ждал их. Мертвая тишина, царившая вокруг, после гулкого ада склада казалась почти неестественной.

Никто не сказал ни слова. Лукас, тяжело дыша, поставил канистру с бензином на землю и прислонился к кузову, вытирая пот со лба. Эрнест молча обошел машину, проверяя, нет ли новых повреждений. Его лицо было маской усталости.

Джек первым нарушил тишину. Он открыл бак и начал без лишних церемоний переливать драгоценное топливо. Жидкость булькала, наполняя резервуар. Звук был самым обнадеживающим, что они слышали за весь день.

– Двадцать литров, – прокомментировал он, захлопывая крышку. – До фермы, что мы видели на карте, должно хватить.

Оливия села на землю, прислонившись спиной к колесу, и закрыла глаза. Адреналин окончательно отступил, оставив после себя пустоту и дрожь в коленях. В голове снова и снова проносились картины: бесконечные ряды спящих тел, тот жуткий вой, погоня в темноте… Она сжала веки крепче, пытаясь прогнать видения.

– Я первый раз вижу, чтобы они… спали, – тихо, больше самому себе, сказал Лукас, глядя в сторону складов. – И эти, другие… которые быстро бегали. Раньше таких не встречалось.

– Мир не стоит на месте, – мрачно заметил Эрнест, подходя к ним. – Эволюция. Даже у мертвых. Они адаптируются.

Эта мысль повисла в воздухе, холодная и неприятная. Угроза не просто оставалась прежней – она менялась, становилась умнее, опаснее.

Джек закончил с бензином и повернулся к группе. Его взгляд был тяжелым.

– Мы потратили день. Проели часть запасов. Получили двадцать литров бензина и… – он вытащил из рюкзака коробку с патронами и положил ее на капот, – это.

Лукас свистнул.

– 45-е? Неплохо.

– Неплохо? – Джек покачал головой. – Это цена нашего сегодняшнего риска. Мы могли не выйти оттуда. Все.