Павел Шимуро – Системный Алхимик VI (страница 37)

Постепенно внешние звуки начали отдаляться. Треск костров, редкие голоса практиков, завывание ветра — всё медленно отступило на второй план, превратившись в едва различимый фон. Сознание погружалось всё глубже и глубже.

Теперь пришло время обратиться к ядрам Ци. Сначала я сосредоточился на основном — ядре стихии молнии. Оно пульсировало в центре груди, излучая знакомое голубоватое свечение. Энергия медленно циркулировала по духовным венам, восстанавливая истощённые запасы.

Следом переключился на дьявольское ядро. Оно располагалось чуть ниже, в области солнечного сплетения, и излучало тёмно-красный свет. Это ядро развивалось медленнее, требуя негативной энергии для роста, но битвы последних дней дали ему немного пищи.

Достигнув достаточно глубокого уровня медитации, я попытался ощутить небесную энергию вокруг себя. Обычно она витала в пространстве словно невидимый океан, из которого можно черпать силу. Крупинки энергии медленно дрейфовали в воздухе, и задача заключалась в том, чтобы поймать их иллюзорной рукой и втянуть в ядро.

Но сейчас… сейчас я не чувствовал ничего.

Абсолютная пустота.

Сначала подумал, что просто недостаточно глубоко погрузился в медитацию и подаренная системой способность плохо работала. Усилил концентрацию, расширил область восприятия, но результат остался тем же… Вокруг не было ни единой крупинки небесной энергии.

Какого черта?

Попробовал ощутить дьявольскую Ци — в степях её концентрация была достаточно высокой, благодаря постоянным битвам и пролитой крови, но и её я не обнаружил. Никаких всполохов алой энергии, словно нахожусь в столице империи или в Экзальте, где убийства и драки под строгим запретом.

Тогда я попытался найти хотя бы следы стихийной энергии, но снова ничего нет!

Абсолютное отсутствие любых форм энергии, будто бы их попросту стёрли из мира!

Это показалось мне настолько необычным, что я выскочил из медитации, резко открыв глаза. Сердце забилось быстрее, по спине пробежал мороз. Неужели со мной или моими ядрами что-то не так? Может, влияние того мха из пещеры всё ещё сказывается?

Нет, быстро успокоил себя. В ядрах всё в порядке — циркуляция Ци идёт нормально. Проблема не во мне — проблема в этом треклятом месте.

Огляделся вокруг. Чёрное озеро простиралось передо мной, его поверхность идеально гладкая и неподвижная. Вдалеке виднеются силуэты древних руин. Повсюду лежат кости… Тысячи костей практиков и зверей, пытавшихся пересечь эту проклятую воду.

Снова закрыл глаза и погрузился в медитацию, но на этот раз не так глубоко. Просто попытался ощутить энергетическое поле вокруг. Обычно любое место имело свою энергетическую окраску. Города были наполнены энергией жизни, леса излучали природную силу. Даже пустоши имели свою специфическую ауру.

Здесь же было… ничего. Абсолютный энергетический вакуум.

Это было похоже на мёртвую зону — место, где сама энергия отказывалась существовать. И внезапно меня озарило! Все кусочки мозаики сложились в единую картину!

Практики!

Практики, которые пытались пересечь озеро — все обладали духовными венами. А духовные вены постоянно излучают небесную энергию наружу. Это естественный процесс, который нельзя контролировать или остановить. Энергия просачивается сквозь поры духовных вен, окружая практика.

В обычных условиях это незаметно и безвредно. Но здесь, в этой мёртвой зоне, где не существует никакой энергии…

Здесь это становится маяком или сигнальной ракетой. Приглашением к обеду для тех тварей, что прячутся в чёрной воде.

Напряг память и попытался вспомнить все попытки пересечения, которые видел, вплоть до самых мельчайших подробностей. Перекручивая картинки в голове, я поймал себя на мысли, что плоты тонули всегда на одном и том же расстоянии от берега — примерно на ста метрах. Именно там, где кончалась относительно безопасная зона и начиналась охотничья территория тех существ.

Вспомнил женщину-алхимика, которая добралась дальше всех — она была убита мгновенно, разорвана в кровавый туман, как только достигла середины озера. Самая сильная энергетическая аура привлекла самого опасного хищника, который не оставил шансов на спасение…

Все попытки заканчивались одинаково, потому что на них находились практики. А практики излучали энергию, которая привлекала тварей.

Это ловушка! Идеальная, самонастраивающаяся ловушка. Чем сильнее практик, тем больше энергии он излучает. Чем больше энергии, тем быстрее и агрессивнее его атакуют. Слабые умирают у самого берега, а сильные добираются до середины озера, где их ждут по-настоящему опасные монстры.

Система была разработана так, чтобы никто не мог пройти. Абсолютно никто из тех, кто обладает духовными венами.

Снова открыл глаза, на этот раз с ухмылкой на лице. Загадка была разгадана. Теперь оставался только вопрос — что с этим делать?

Проверить теорию было легко — нужно всего лишь попытаться пересечь озеро без использования Ци, да и мне это будет куда проще сделать, так как у меня нет духовных вен и небесная энергия не рассеивается из моего тела в окружающий мир. К несчастью, это безумно рискованно. Если ошибаюсь и моя теория неверна, то я умру. Просто, быстро и бесповоротно. Стану очередным скелетом в коллекции у берега.

С другой стороны, если прав… И моя теория верна, то передо мной открывается доступ к древним руинам на противоположном берегу. К тайнам, которые хранятся там уже тысячи лет. К знаниям, за которые другие практики готовы умирать.

Решение было очень непростым, отчего у меня выступил пот на лбу.

Я прервал медитацию окончательно и поднялся на ноги, разминая затёкшие мышцы. Малой тут же проснулся и запрыгнул на моё плечо:

— Что-то нашёл, отец? — сонно спросил он.

— Возможно, — уклончиво ответил на его вопрос. — Пока просто размышляю.

Не хотелось делиться догадкой, пока не обдумаю все последствия. Байер и Малой наверняка попытаются отговорить меня от любой опасной затеи, а мне нужно время, чтобы самому взвесить все риски и прийти к какому-то одному решению.

Холодный ветер, который дул весь день, внезапно стих. Было похоже на то, что сам Север решил дать передышку измотанным путникам. Тучи, закрывавшие небо плотной серой пеленой, начали рассеиваться, открывая звёздное небо.

И тогда увидел две красавицы луны — одна серебристая, вторая заплыла угрожающим кровавым светом.

Вспомнил слова Малого о родословной памяти. О том, что мир когда-то закончился, когда небеса раскололись надвое. Глядя на эти две луны, я начинал понимать, что он имел в виду — от этого мне стало жутко не по себе.

Красная луна словно пульсировала, её свет то усиливался, то слабел, создавая иллюзию дыхания. Было ощущение, что это не просто небесное тело, а что-то живое, наблюдающее за происходящим внизу.

Заснеженные степи под светом двух лун выглядели невероятно красиво и одновременно жутко. Белый снег переливался серебром там, где его касался свет большой луны, и багровел до цвета запёкшейся крови там, где падали лучи малой. Контраст был разительным и тревожным.

Чёрное озеро тоже преобразилось — его поверхность отражала обе луны, создавая впечатление двух глаз, смотрящих из бездны — один глаз спокойный и холодный, другой налитый кровью и полный ярости.

Древние руины на противоположном берегу в свете лун казались ещё более таинственными. Их искривлённые башни и невозможные арки отбрасывали длинные тени, которые переплетались в причудливые узоры. Иногда мне казалось, что я вижу движение между руинами, но когда присматривался, то эта странная иллюзия пропадала.

Я присел на край возвышения, свесив ноги, и просто наблюдал. Малой устроился рядом, его глаза тоже прикованы к двум лунам:

— Скоро всё изменится, — тихо произнёс он. — Родословная память говорит мне это. Когда малая луна полностью покраснеет, начнётся то, что не должно было случиться.

— Что именно начнётся? — спросил я.

— Не знаю. Фрагменты памяти размыты. Но это будет… не очень хорошим событием. Боюсь, как бы и нас не зацепило, — в глазах кошака увидел странную ухмылку, противоречащую тому, что он только что сказал. Не стал задавать лишних вопросов и продолжил наблюдать за красивым отблеском двух лун на поверхности озера.

Мы помолчали, каждый думая о своём. Я размышлял о Саймоне, о его болезни, о том, что времени у нас может быть меньше, чем изначально думал. Если в мире действительно грядут какие-то перемены, связанные с красной луной, нужно успеть спасти друга до их начала.

Это добавляло ещё один аргумент в пользу попытки пересечь озеро — древние руины могут хранить знания, способные помочь Саймону. А может, там есть лекарственные травы такой силы, что они смогут вылечить даже необратимую болезнь.

Тишина ночи внезапно нарушилась голосами. С разных сторон доносились обрывки разговоров практиков из их лагерей. Видимо, многие не могли усидеть на месте или уснуть после очередного дня неудачных попыток пересечь озеро.

— … не могу больше так, — донёсся чей-то измождённый голос. — Вашу ж мать, уже третья экспедиция за месяц! У меня семья в крепости, когда я должен их видеть?

— Ты ещё жалуешься, — ответил ему другой, более грубый голос. — А Марк на прошлой неделе помер. Упырь башку ему оторвал и даже позвоночник вытащил наружу, пока он собирал какую-то траву. У всей команды желудки моментально вывернуло от ужаса… Хорошо хоть его семье соврали и сказали, что мужик помер в героической битве…