Павел Шимуро – Системный Алхимик VI (страница 32)

Туннель извивался, как гигантская змея. То поднимался вверх, заставляя нас карабкаться по скользким от мха уступам, то резко уходил вниз, превращаясь в крутой спуск. Несколько раз мы попадали в тупики и были вынуждены возвращаться назад, теряя драгоценное время и силы.

Воздух становился всё более удушающим. Сладко-приторный запах мха смешивался с запахом гниения и какими-то химическими испарениями, создавая почти невыносимую атмосферу. Приходилось дышать через ткань, но это мало помогало.

— Я не могу больше — прохрипел Байер во время одной из наших передышек. Парень выглядел измотанным, его лицо было мертвенно-бледным.

— Терпи, нам нельзя останавливаться! — я едва смог выдавить из себя эти слова, ведь сам уже валился с ног от усталости. Меня спасало только одно — моя база культивации достигла легендарного одиннадцатого уровня, что сильно подняло моё плотское тело.

Малой почти всё время молчал, экономя силы. Даже ему, при всей его мощи, приходилось нелегко в этих условиях. Кот часто останавливался, тяжело дыша, и я видел, как его обычно яркие глаза тускнели от усталости.

Спустя некоторое время произошло то, что едва не стоило нам жизни. Мы проходили через особенно узкий участок туннеля, когда мох вокруг нас внезапно ожил.

Это было не простое шевеление — тысячи тонких корней одновременно потянулись к нам, пытаясь обвить ноги, руки, шею. Зеленоватая масса вокруг нас забурлила словно кипящая вода.

— Что происходит⁈ — закричал Байер, отчаянно пытаясь освободиться от корней, которые обвили его лодыжки.

— Он нас ест! — крикнул я в ответ, вырывая руку из цепких объятий мха. — Быстрее! Нужно прорваться!

Мы рванули вперёд, разрывая корни физической силой. Но мох был живучим — на месте разорванных корней тут же вырастали новые. Казалось, мы попали в пасть огромного существа, которое медленно пыталось нас переварить.

Спасло нас только то, что активность мха была локальной. Метров через пять мы вырвались из опасной зоны, оставив в ней клочки одежды и несколько капель крови.

— Черт, сукины дети, как мы вообще оказались в такой заднице? — прошептал Байер, падая на колени от истощения. — Нас чуть не сожрали с потрохами!

Я только кивнул, не имея сил на слова. Нам повезло. Если бы мы задержались в той зоне ещё на минуту, мох бы нас поглотил.

Наконец, спустя почти четыре часа изнурительного пути, туннель начал расширяться. Сначала незначительно — потолок стал чуть выше, стены чуть дальше. Потом изменения стали более очевидными.

И вдруг туннель резко обрывался, открывая вид на огромную пещеру.

Мы остановились на краю обрыва, и то, что открылось перед нами, заставило на мгновение забыть о боли и усталости.

Пещера была колоссальной. Её размеры поражали воображение — потолок терялся в темноте где-то высоко наверху, а противоположная стена едва различалась в зеленоватом полумраке. Это было не просто подземное помещение, а целый подземный собор.

Стены пещеры были покрыты тем же светящимся наростом, который преследовал нас всё это время, но здесь он образовывал невероятные узоры. Толстые канаты свисали с потолка как сталактиты, создавая живой лес. Некоторые из них были толщиной с человеческое тело и тянулись от потолка до самого пола, расстилаясь внизу подобно паутине.

Влажность здесь была очень сильной. Воздух был насыщен парами — каждый вдох давался с трудом. На стенах постоянно конденсировалась вода, которая стекала ручейками, создавая тихое журчание.

Но самое жуткое зрелище ждало нас внизу, на дне пещеры.

Там, аккуратно расставленные рядами, стояли десятки людей. Нет, не стояли, ведь их крепко держал мох. Каждого из них опутывала сложная сеть корней и стеблей, что врастали в тело. И на голове каждого цвёл тот же красный цветок, что мы видели у упырей.

— Сколько их? — прошептал Байер, вглядываясь в зеленоватый полумрак.

— Сотни, — ответил я, пытаясь подсчитать ряды неподвижных фигур. — Возможно, больше тысячи.

Это была армия практиков, захваченных мхом и превращённых в управляемых марионеток. Мужчины и женщины разного возраста, в остатках доспехов и одежды разных эпох. Некоторые выглядели свежими, будто попали сюда недавно. Другие были явно здесь уже годами, их тела частично переварены мхом.

«Это очень жестокая ловушка» — услышал я голос Малого в голове. «Все эти люди попадали сюда на протяжении десятилетий, возможно, столетий»

— Смотри на проход, — сказал я Байеру, указывая на место, откуда мы пришли.

Мы повернулись и увидели то, что заставило нас понять истинный масштаб происходящего. Проход, через который мы попали в эту пещеру, был заделан тонкой плёнкой мха. Она выглядела как естественная стена, но сквозь неё просвечивал туннель, по которому мы шли.

— Этот проход открылся только сейчас, — произнёс я, указывая пальцем, — Когда произошёл обвал.

— Хочешь сказать, что все эти люди были здесь запечатаны? — Байер посмотрел на армию неподвижных фигур. — Как долго?

— Судя по состоянию некоторых тел — очень долго. Думаю, что целыми десятилетиями. Мох держал их во сне, медленно переваривая и используя как источник энергии.

Самое неприятное, что теперь все эти наполовину высохшие и изуродованные трупы на свободе, и могут выйти из пещеры в любой момент, стоит им пробудиться ото сна. Не думаю, что с таким количеством марионеток расчистить тот проход будет чем-то сложным.

— Нужно спуститься, — сказал я, оценивая крутизну склона. — Внизу может быть выход, который ведёт на другую сторону горы.

— А если они проснутся, пока мы будем там? — спросил Байер.

— Тогда мы умрём, — честно ответил я. — Сам понимаешь, оставаться здесь нельзя — нужно выйти и вдохнуть глоток небесной энергии, чтобы исцелить раны. Чем дольше остаёмся здесь, тем пристальнее внимание этого мха к нам. Совсем недавно оно среагировало, как ты думаешь, почему? Думаю, эта тварь чувствует нашу слабость…

Байер и малой никак не отреагировали, но я почувствовал их страх. Бегающие глаза, частое дыхание… Мне и самому страшно — не хотелось бы заканчивать свой путь алхимика и практика в этой дыре, медленно и мучительно погибая. Покачал головой и постарался не думать о плохом — сейчас лучше сконцентрироваться на пути.

Мы начали осторожно спускаться по склону, цепляясь за выступы в скале и корни мха. Каждый шаг был риском — одно неверное движение, и мы могли сорваться вниз, прямо в центр этой армии спящих монстров.

Спустившись примерно на половину пути, я остановился рядом с одним из ближайших пленников — это была женщина средних лет в остатках кожаной брони. Красный цветок на её голове медленно покачивался, будто дыша.

Система, которая так долго молчала из-за влияния мха, вдруг подала признаки жизни. Сначала слабо, потом всё ярче, пока наконец не выдала информацию о цветке.

То, что я увидел, заставило кровь застыть в жилах.

Я медленно отступил от опутанной женщины, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Байер, — тихо позвал я. — У нас проблема. Большая проблема.

— Что такое? — парень подполз ко мне, стараясь не шуметь.

│ Осколок дьявольского сосуда (небесный ранг). Примечание 1: Это осколок единого ядра практика на стадии «Сердца бессмертного». Существо демонической расы пало, оставив после себя цельное ядро, которое в ходе битвы двух мощных сверхсуществ оказалось разбито на множество осколков. Примечание 2: осколок бесполезен для практиков, он движим остаточной дьявольское волей, которая подразумевает под собой лишь поглощение и подчинение всего. Смесь негативных, отравляющих разум эмоций, объединённый единой корневой системой, способной на рост и развитие│

Эти цветки — не отдельные паразиты. Они часть одного огромного организма. Как грибница, только намного сложнее. И все они связаны между собой. А тот факт, что всё это произошло от одного осколка существа непонятной мне стадии, говорит лишь об одном — дела куда хуже, чем могли показаться на первый взгляд…

— Ты что-то понял? — спросил Байер, хотя по его лицу было видно, что он уже догадывается, что эти цветки не те, которые мы встретили с ним в той разрушенной деревне

— Не знаю, предчувствие очень плохое… — ответил я, ведь действительно не знаю, как объяснить ему тот факт, что это не цветки вовсе, а сраный осколок ядра!

«Нужно двигаться быстро и тихо» — добавил Малой. «Если мы разбудим хотя бы одного из них, то нам конец»

Мы продолжили спуск, но теперь каждый шаг был максимально осторожным. Любой звук, любое неловкое движение могли стать роковыми. Вокруг нас стояли ряды неподвижных фигур, и близость к ним вызывала жуткое ощущение.

Проходя между рядами спящих пленников, я не мог не поражаться разнообразию их экипировки. Здесь были воины в тяжёлых доспехах, которые явно принадлежали к имперским войскам. Рядом стояли охотники в кожаной броне, которая больше походила на экипировку жителей приграничных земель. Алхимики в характерных мантиях, разведчики в лёгких одеждах, даже несколько фигур в роскошных нарядах, которые могли принадлежать представителям великих семей.

— Они охотились здесь годами, — прошептал я, разглядывая разнообразную экипировку. — Заманивали всех подряд: и простых солдат удачи, и знатных особ, и имперских воинов.

— У этих растений есть нечто наподобие единого узла? — спросил Байер.

— Я думаю, что есть, если это подобие единого организма, то скорее всего в этой пещере и находится центральный узел, который раздаёт команды остальным паразитам… Но вопрос, стоит ли его искать? Может, лучше тихо уйти отсюда? — я почесал лоб и вдруг зацепился взглядом за странный всполох дьявольской Ци, идущий из дальнего конца пещеры.