Павел Шимуро – Системный Алхимик VI (страница 24)
— Парни, думаю не стоит торопиться — сказал я, подходя к ближайшему мертвецу. — Возможно, на их телах есть то, что может нам пригодится — карта или ещё что-нибудь ценное. В нынешних условиях сойдёт все.
Байер кивнул и без лишних слов принялся обыскивать тела. Это меня сильно удивило и, улыбнувшись, я покачал головой, а вот кот отреагировал иначе:
— Зачем рыться в мертвецах? Что полезного можно найти на их телах?
— Много чего, вопрос уже в том, будет это мусор или нечто ценное…— с кривой улыбкой я ответил.
Большинство личных вещей упырей оказались бесполезными: разорванная одежда, поломанное оружие, пустые флаконы из-под выпивки и даже коробки, внутри которых ещё остались засохшие следы лекарства. На секунду уже думал, что ничего путного не найдём, но удача улыбнулась нам и на этот раз.
— Смотри, — парень протянул мне небольшой свиток, завёрнутый в промасленную ткань. — У одного из них в поясной сумке лежал.
Развернув пергамент, увидел довольно подробную карту этого района. На ней были отмечены не только скальные образования, но и несколько пещер, источники воды и даже места, где предположительно росли лекарственные растения. Самое интересное, что на карте была отмечена наша текущая пещера с пометкой «Безопасное укрытие».
— Какая ирония, — со смешком произнёс я. — Безопасное укрытие, где они все и сгинули.
— А что это за отметки? — Байер указал на несколько красных крестов, разбросанных по карте.
— Хрен его знает, больше похоже на то, куда не стоит совать нос, — я предположил. — Или места, где что-то произошло. Посмотри, вот здесь крест стоит как раз над нашей пещерой.
Малой спрыгнул с моего плеча и обнюхал одно из тел упырей:
— Слушай, отец, мне кажется или упыри здесь не были до этого… — заключил он. — Их превращение произошло недавно, максимум три-четыре дня назад.
— Хочешь сказать, что часть группы уже пришла заражённой? — сложил карту и спрятал в поясную сумку, — Если это так, то пещера по идее должна быть безопасной… Надеюсь…
Хоть я так и сказал, но мне стало немного не по себе. Сложно представить, что где-то в обычном мире можно заразиться алой Ци. Разве она не должна быть только в древних руинах, похожих на башню алхимиков? Неужто они выползли из руин и… Хер его знает — не буду забивать голову, ведь ответа от них уже не получить.
Подойдя к входу в пещеру, я осторожно заглянул внутрь. Темнота была настолько густой, что даже зрение практика не помогало разглядеть глубину прохода. Это было странно, ведь обычно мои глаза адаптировались к темноте гораздо лучше, чем у обычного человека.
— Что-то не так, — пробормотал и, прищурившись, попытался вглядеться в этот мрак — Я почти ничего не вижу.
— И я тоже, — подтвердил Байер, наклоняясь рядом со мной. — Будто расстелили чёрную ткань прямо на входе.
Решив не полагаться на способности глаз, сосредоточился на ядре стихии молнии. Небесная энергия отозвалась неохотно, так как холод всё ещё влиял на циркуляцию, но постепенно мне удалось собрать её на ладони.
Голубые искры начали плясать между пальцев, постепенно складываясь в стабильное свечение. Это было не ослепительно яркое пламя, а мягкий и ровный свет, который не слепил глаза, но хорошо освещал пространство впереди.
— Вот так лучше, — удовлетворённо констатировал я, поднимая светящуюся руку.
В свете голубых искр пещера предстала во всей своей мрачной красе. Проход уходил вглубь горы под небольшим уклоном, стены были неровными, покрытыми многочисленными трещинами и выступами. По полу то и дело валялись камни, упавшие с потолка.
— Меня больше всего смущает, что я ничего не чувствую, — пояснил команде. — Придётся идти вслепую и надеяться на то, что из тьмы не вырвется мерзотный упырь, который оторвёт от нас по кусочку плоти.
— Разве мы не убьём их? Они довольно слабы, если не считать редких особей, которые выше пятой ступени — сказал Байер, крепко сжимая кулаки.
— Убьём, — я коротко ответил.
«Будь осторожен, эта тьма мне не нравится» — услышал в голове голос Малого.
«Всё будет в порядке… Да и если честно, выбор у нас невелик», — мысленно ответил. «Снаружи буря, которая убьёт нас быстрее любых монстров. А здесь хотя бы есть шанс найти что-то ценное»
Мы медленно вошли в пещеру, держась рядом друг с другом. Каждый шаг отдавался эхом в темноте, создавая жуткую атмосферу. Воздух внутри был значительно теплее, чем снаружи, но пропитан странным и тяжёлым запахом.
— Пахнет сыростью, — проворчал Байер, морщась.
— И не только, — добавил я, принюхиваясь. — Воняет гнилью…
Первые находки появились уже через несколько десятков метров. В свете моих искр на полу стали различимы белые предметы, разбросанные по всему проходу.
— Кости — причем довольно свежие, словно их кто-то вот-вот выплюнул — констатировал Байер, наклонившись к одному из них.
Это были человеческие кости, и их было много: черепа с проломанными затылками, рёбра со следами когтей, конечности, обглоданные до блеска. Некоторые были совсем свежими, другие явно лежали здесь месяцами.
Среди костей валялись обрывки одежды, куски доспехов и обломки оружия. По экипировке было видно, что сюда забредали практики разного уровня — от начинающих до довольно опытных мастеров.
— Сколько же людей здесь погибло? — прошептал Байер, поднимая обломок меча.
— Десятки, — ответил я, осматривая поле костей. — Возможно, сотни. Это место — настоящая ловушка для идиотов, которые поверили, что это место считается безопасным. Тебе не кажется странным тот факт, что кости старые? Разве это должно быть? Срань какая-то, не иначе, и чует моё сердце, что мы прямо посреди чьего-то заговора…
— Я надеюсь, что это не так, ведь если оно окажется таковым, то тем ублюдкам, которые впарили нам карту с безопасными точками, придётся заплатить за обман…— парень крепко сжал кулаки и стиснул зубы до скрипа. В его глаза отчётливо читалось убийственное намерение и кажется мне, что стоит ему покинуть пещеру, как он сразу же устроит кровавую бойню прямо внутри города. У парнишки нрав дикаря, который привык платить за кровь кровью.
Покачал головой и сделал вид, что ничего не произошло. Пока рано делать выводы, лучше сфокусироваться на том, что впереди.
Чем дальше мы продвигались, тем больше становилось останков. В одном месте мы наткнулись на почти целый скелет в доспехах — видимо, этот человек успел надеть свою защиту перед смертью, но это ему не помогло — грудная клетка была раздавлена, словно на него наступили и раздавили как клопа.
Пройдя ещё около ста метров, мы заметили первые изменения — на стенах пещеры начали появляться странные наросты, которые чем-то напоминали мох, но внутри что-то тускло светилось. Система не подсвечивала их, что было несколько странно. По сути, она всегда определяет растения, будь то мох или даже дерево…
— Что это такое? — спросил Байер, осторожно приближаясь к стене.
Я поднёс руку чуть ближе к стене. Молнии, пляшущие по поверхности кожи, хорошо осветили это нечто — это действительно был мох, но какой-то не совсем обычный. Он покрывал стены тонким слоем, пульсируя мягким зеленоватым свечением. При более внимательном рассмотрении было видно, что каждая «веточка» мха состоит из тончайших нитей, которые слегка шевелятся.
— Не трогай, — предупредил Байера. — Неизвестно, что это такое и какими свойствами обладает.
Воздух в этой части пещеры изменился — сладость, смешанная с гнилью, образовала в воздухе нечто, напоминающее забродившее красное вино. Это отвратительно и одновременно притягательно — вызывает противоречивые ощущения.
— Вонь удушающая, — признался Байер, зажимая нос рукой.
— Согласен, — ответил я. — Но деваться некуда.
С каждым шагом наростов мха становилось всё больше. Сначала он покрывал лишь отдельные участки стен, потом начал разрастаться по потолку, а через некоторое время мы оказались в туннеле, полностью затянутом этой светящейся растительностью.
Зеленоватое свечение мха создавало сюрреалистическую атмосферу. Мой голубой свет смешивался с зелёным свечением, окрашивая всё вокруг в нереальные тона. Тени плясали на стенах, создавая иллюзию движения там, где его не было.
— Это уже не просто мох, — заметил я, остановившись перед особенно густым наростом. — Смотри, как он разросся.
В некоторых местах мох образовывал почти метровые наслоения. Он свисал с потолка длинными космами, создавал причудливые формы на стенах, местами даже частично перекрывал проход.
Малой спрыгнул с моего плеча и осторожно обнюхал один из наростов:
— Он не живой, — сообщил кот. — Но это не обычная растительность. В нём есть что-то ещё… что-то неестественное.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я.
— Не могу точно сказать, — кот покачал головой. — Но моя родословная память подсказывает, что подобные вещи могут быть очень опасными.
Мы продолжили путь, всё более настороженно оглядывая стены, затянутые светящимся мхом. Воздух стал ещё более густым, дышать становилось труднее. Кисло-сладкий запах усилился до такой степени, что начинал вызывать тошноту.
Байер время от времени останавливался, прислушиваясь к чему-то:
— Мне кажется, или здесь есть какие-то звуки? — спросил он, повернув голову к одной из стен.
Я тоже прислушался. Действительно — если сосредоточиться, можно было различить очень тихие звуки, что-то похожее на шепот или шелест листьев на ветру, но вот ветра в глубине пещеры не было, а листьев тем более.