Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 333)

— Или же убийцы смогли «подчистить» следы, — выдвинул версию Белтрэн.

— Гаспар был параноиком, — сказал Ян. — Любого, вошедшего в его кабинет без приглашения, ждёт пара неприятных сюрпризов, и… сотворить такое с магистром, способным убить простым прикосновением, могли только асверы. А он был жив, когда из него вынимали кишки…

— Ты уверен, что в этом, — Белтрэн показал на символ на полу, — нет магии?

— Категорически говорить не буду, пока не проверю. Через пару часов скажу.

— Видишь ли, мой друг, — сказал глава службы безопасности, — магии в помещении нет, так? Мои подчинённые говорят то же самое. Но что ты скажешь на то, что тело находится тут уже восемь дней?

— Восемь? — магистр посмотрел на тело и на свежие кровавые следы на полу.

— Письмо, которое он писал, датировано восемнадцатым числом. Именно в этот день его видели в последний раз родные. Они думали, что Гаспар уехал в гильдию по делам. И только сегодня его жена решила заглянуть в кабинет, предчувствуя неладное.

— Надо проверять, — задумчиво сказал магистр, взглянув на обстановку по-новому.

По лестнице как раз взбежал его помощник, неся в руках увесистую сумку. Плюхнув её на пол в коридоре, он принялся раскладывать инструменты и артефакты. Белтрэн хотел что-то сказать, но в это время по лестнице загрохотали подбитые железом сапоги.

— Господин Хорц! — в коридоре появился капитан городской стражи. Именно он отвечал за спокойствие квартала, и то, что у него под носом произошло нечто подобное, не сильно обрадовало немолодого, седовласого мужчину. Сейчас же он выглядел ещё более взъерошенным, чем утром.

— Говори, — кивнул Белтрэн.

— Только что сообщили, что в собственном доме нашли магистра Валли. В таком же состоянии, — он показал на приоткрытую дверь кабинета. — Мы оцепили квартал…

— Пойдём, — Белтрэн взял его за локоть, — не будем мешать магам…

— Буду там через час, — послышался из кабинета голос магистра Сметса.

То же самое время, на другом конце города, в тёмном подвале одного из домов

Дешёвая масляная лампа, установленная на край стола, давала достаточно света, чтобы спокойно написать несколько писем. Невысокий мужчина лет пятидесяти аккуратно водил по листу пожелтевшей бумаги старым пером. В свете лампы блеснули его глаза, один из которых был небесно-голубым, а второй тёмно-зелёным.

Дверь в подвальное помещение жалобно скрипнула, оторвав мужчину от работы и сбив с мысли. Он поднял глаза на вошедших. Двое мужчин в тёмных балахонах, с накинутыми на голову низкими капюшонами были самыми странными гостями, когда-либо спускавшимся в этот подвал. А странных людей Перси, как звали мужчину, видел не мало. Один из гостей поднял в руке необычный артефакт, играющий роль лампы. Это была небольшая прозрачная пирамида, подвешенная на тонкой цепочке к рукояти, которую и сжимал гость. Внутри артефакта в светящейся жидкости плавал человеческий глаз.

— Слушаю вас, господа, — спокойным голосом произнёс Перси.

— Хозяин, — скрипучим голосом сказал тот, что держал пирамиду, — сказал, что не надо ему мешать…

Второй, широкоплечий и коренастый гость, вынул из-под балахона кривой нож, больше напоминавший короткий меч. Из посоха в руках Перси вырвался тонкий тёмный луч, ударивший в гостей. Пространство вокруг них начало стремительно темнеть, но артефакт с глазом стал светиться ярче, легко разгоняя мрак.

— Даже так… — немного удивлённо произнёс Перси.

Прежде чем крупный мужчина бросился на него, со стола поднялось перо с металлическим наконечником. Послышался щелчок, и, словно выпущенное из арбалета, оно пролетело через комнату, войдя щуплому гостю в глаз. Тот завалился назад, роняя на пол импровизированную лампу. Его напарник не успел ничего сделать, так как что-то небольшое и острое, похожее на гвоздь, оставило в его голове внушительную дыру.

Глава культа Кровавой луны неспешно собрал со стола бумаги, затем подхватил старую лампу и направился к выходу. Остановившись у тел гостей, он сапогом раздавил пирамиду, с силой наступив на покатившийся по полу глаз.

— По́гань, — с отвращением произнес он и вышел из подвала.

Глава 2

Несмотря на то, что старейшины старшего рода хотели затянуть с решением по стае огненных псов, такой возможности я им не предоставил. Боясь, что я просто уеду, к концу четвёртого дня они обрадовали, что возьмут на себя заботу о псах. Попутно, хождением вокруг да около, выторговали с меня тысячу золотом и обещание приехать осенью чтобы зарядить артефакт. В свою очередь, я настоял, чтобы через две недели, когда асверы поедут кочевать по полям и лугам, они взяли псов с собой. Для них движение и жизнь — понятия равнозначные. Пролёживая бока в шатрах, они издохнут от тоски и болезней. И общий язык друг с другом найдут быстрее, путешествуя вместе по западному краю Империи.

Скорому отъезду из посёлка старшего рода радовались исключительно все. В том числе и Диана, которая провела все дни рядом с шатрами для псов. Вьера рассказала, что родные Дианы не только жили в посёлке, но и приходились родственниками кому-то из старейшин. Но знаться со своей дочерью почему-то не желали. Для них она умерла, когда отказалась от имени, убив несколько мужчин из знатных семей. Там вообще была тёмная история про отряд, который отправился ловить её и, к своему несчастью, поймал в одном из лесов по пути к центру империи. Вьера мало что знала, потому как об этом в посёлке старались не говорить.

Ивейн и Илина просто радовались, что старший род остался позади. Если Илину ни на минуту не оставляли одну, увлекая беседами и всячески пытаясь подружиться, то Ивейн просто игнорировали. Не ошибусь, если с ней за эти пять дней говорила только Вьера, у которой она гостила. Сама Виера при этом радовалась не меньше других. Её мама всерьёз решила, что дочь должна остаться в посёлке, чтобы стать первой жрицей после воссоединения рода с Великой матерью. Не буду говорить, насколько это важно и почётно. В этом случае статус всей семьи поднимался на недостижимую для других высоту. Не знаю, как Виера смогла увильнуть от этой ответственности, но, покидая посёлок, она светилась от радости как утреннее солнце.

Что меня немного удивило, так это то, что за четыре дня мне не сосватали ни одну из красавиц, которых было не мало. Это намерение старейшины даже не прятали, но почему-то действовать не спешили. Может потому, что пару назойливых девушек от меня отогнала травница посёлка, а может просто побоялись.

Чтобы проводить нас к следующему поселению, находящемуся немного севернее вдоль великого моря, старший род выделил две пары опытных охотников. Заблудиться рядом с морем, когда надо ехать на север, довольно сложно, но они знали несколько старых, заросших травой дорог, по которым могла проехать повозка. Иначе нам бы пришлось тащить её напрямик по полям и каменистым равнинам. А потом бросить из-за переломанных колёс.

Петляя по одной из старых дорог, к вечеру второго дня мы были недалеко от цели. И уже на утро следующего дня подъезжали к небольшому посёлку, стоявшему не рядом с океаном, а в нескольких часах пути от него. Ивейн говорила, что знает, где этот поселок находится, но мне показалось, что без проводника мы бы так быстро не добрались.

Посёлок состоял всего из трёх десятков шатров, пары загонов для овец и нескольких сколоченных из досок сараев. Судя по обжитой территории вокруг, он простоял тут всю зиму.

Лошадь подо мной сбилась с шага, пытаясь вильнуть в сторону. Пришлось перехватить поводья чтобы удержать её. Это Аш подбежала слишком близко. Лошади к огненным псам хотя и привыкли за время путешествия, но если те походили близко, шарахались как от волков. Да, стоит отдельно сказать об этой упрямой особе, которая категорически не захотела оставаться со своими собратьями. Мы даже поругались по этому поводу. Непонятно почему, но Аш решила пойти со мной, не слушая никаких доводов и уговоров. Так и не смог добиться от неё внятного ответа, кроме «плохого предчувствия». И даже то, что я не умею создавать «горячий огонь», не играло для неё никакого значения. Она сказала, что я глупый мужчина, который переживает по пустякам. Ведь я всегда смогу что-то придумать. Щёлкнуть пальцем и достать необходимое прямо из воздуха. Поразительная вера в меня и мои возможности.

Нас заметили, и жители посёлка высыпали из шатров. Я спешился, передал поводья подоспевшей Вьере. Отмечу только, что в посёлке не было мужчин от слова «совсем».

— Неожиданные гости, — раздался знакомый голос. Из группы женщин в нашу сторону шла Тереса. На ней было свободное светлое платье. Одежда явно повседневная, но при этом красиво расшитая вдоль подола и на рукавах. — Вот уж, действительно неожиданные.

— Привет, — я улыбнулся и зашагал ей на встречу. — Хорошо выглядишь.

Живот у неё заметно округлился, указывая на приличный срок. По моим прикидкам она должна была родить в последний месяц лета.

— Сколько времени прошло с того времени, как мы не виделись? — спросил я. — Полгода?

— Где-то так. Берси, — она упёрла кулачки в бока, — тебя прям не узнать.

— Тебя, кстати, тоже. У всех женщин в положении в глазах можно увидеть внутренний свет. И ты меня буквально слепишь. Позволь же глупому мужчине прикоснуться к твоей руке, — я протянул руку, в которую она вложила ладонь.