Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 318)

Подъезжая к дому, я заметил две незнакомые повозки, остановившиеся напротив. В первой, судя по ощущениям, меня ждал огненный маг, изрядно побитый загрязнением. Во второй остался только возница, а гостей пригласили в дом. Маг нас заметил и вышел из повозки.

— Ивейн, пусть, — сказал я ей, когда повозка остановилась. Спустившись, я прошёл к нему на встречу. — Приветствую. Догадываюсь, что Вы ждёте меня.

— Приветствую. Догадываюсь, что Вы и есть Барон Хок, — он посмотрел на асверов, затем стянул маску.

Это был молодой маг, высокий, рыжеволосый, худощавый. Кожа на лице и руках уже не принадлежала молодому мужчине и пошла бы старику лет восьмидесяти. Особенно неприятно смотрелись тёмные пятна на лице.

— Позвольте представиться. Барон Викто́р Готберт, — он коротко поклонился. — Моя семья уже три поколения живёт на землях Блэс. При этом мы всё ещё люди.

— А, помню, Бристл говорила о молодом Готберте, пострадавшим на войне. Давайте поговорим в Вашей повозке.

Я заметил в окне дома Бристл, кивнул, показывая, что всё понимаю.

— Давайте руку, Виктор, — сказал я, когда забрался следом за ним в салон и плотно задёрнул штору. — Вы простите, я устал, и у меня совершенно нет времени на долгие разговоры.

Он молча протянул руку, глядя с надеждой. Уже через минуту стало ясно, что дела у молодого мужчины неважные. Так всегда бывает, когда огненные маги используют магию других стихий.

— Сейчас я открою один канал, — пояснил я. — Почищу оставшийся, насколько это возможно. Но о магии лучше забыть навсегда. Практика показывает, что окончательно боль уйдёт уже через пару дней. Если нет, обязательно приходи — будем разбираться с той кашей, что у тебя внутри.

— А запах грязной магии? — неожиданно спросил он. — Оборотни к этому очень чувствительны.

— Приглянулся кто-то из чистокровных? Не отвечай, всё понятно. Запах скверны будет уходить понемногу. Через несколько лет, если не будешь колдовать, станет существенно меньше. Но не исчезнет никогда. Найди в городе лавку артефактора Георга Морра. Он делает амулеты, которые скрывают запах магической грязи. Материалы для него нужны дорогие, но если ты серьёзен, закажи для любимой. Всё, готово.

— Спасибо, барон Хок. Я дважды Ваш должник. Сейчас я…

— Оставь, — отмахнулся я. — Потрать то золото, что ты должен мне, на артефакт. Считай моим свадебным подарком. Увидимся. И удачи, — я улыбнулся. — Жить с чистокровным оборотнем — это настоящее испытание для сильных духом мужчин.

— Спасибо, — он был так растроган, что не мог подобрать слова.

На пороге дома меня встретила хмурая Рут.

— Что случилось? — спросил я, отдавая ей плащ.

— Незваный гость, — ёмко ответила она. — Госпожа Бристл ей не рада, но не прогоняет.

— Ей, значит, — я посмотрел в сторону лестницы. — Ну, давай посмотрим, кто пришёл.

В гостиной, на моём любимом кресле сидела Анна Крог собственной персоной. Медные волосы, карие глаза, хмурый взгляд — именно такой я её и запомнил. Ей было очень неуютно в присутствии Императорской особы, и она уже жалела, что пришла в гости. Увидев меня, обрадовалась, оживилась.

— Брис, — я по семейной традиции обнял её, поцеловал в щёку. — Госпожа Елена. Анна Крог, — короткий кивок в её сторону.

— Берси, — начала она, но поймала мой недовольный взгляд. — Не хотела обидеть, но думаю, что могу называть тебя по имени. Наши мамы родные сестры и… кхм, — она пару раз кашлянула, так как мой взгляд стал ещё более тяжёлым. — Можем мы поговорить?

— В моём кабинете.

— Спасибо за приятную компанию, Ваше Императорское Величество, — Анна поклонилась, как подобает благородной женщине перед императорской особой.

— Приятно было познакомиться, Анна, — коротко улыбнулась Елена. И глазки такие хитрые-хитрые. Я с трудом подавил вздох.

В кабинете я устало уселся за рабочий стол, показал Анне жестом на стулья. Пару минут мы играли в гляделки. Это она зря. Я, помимо того, что легко читал все её намерения, немало натренировался на асверах. Поэтому на моём лице за эти несколько минут не дрогнул ни один мускул.

— Если это всё, то я пойду спать, — сказал я, давая ей возможность почувствовать вкус маленькой победы.

— Мы не сделали тебе ничего плохого, — сказала она. — Почему ты нагрубил дедушке?

— Вы не сделали мне ничего хорошего, чтобы я не грубил. Я с вашей семьей не знаком и общих дел не имею. Так что говори прямо, что хочешь, и уходи.

— Я слышала о тебе только хорошее, но вижу, что люди ошибаются в оценке.

Поставив локоть на стол, я подпёр голову, устало глядя на неё.

— Хорошо, — она хмыкнула, поджала губы. — Дедушка хочет с тобой поговорить, но не может решиться написать письмо или попросить о встрече. Бабушка тоже переживает. Так что найди время, барон Хок, и навести их в семейном поместье.

— Я подумаю над этим.

— И всё-таки я не понимаю причин такого твоего поведения. Мы… — она хотела сказать что-то о прошлом, но не стала. — Приходи к нам в гости. Можешь с супругой. Дедушка и бабушка будут рады.

— Ты плохо скрываешь свои намерения, — я покачал головой. — Пришла, говоришь о родстве. Ты уверена, что я тот, за кого ты меня принимаешь? И не надо думать, что ты самая умная. Это всегда плохо заканчивается.

— Уверена, — она встала, подошла к столу, положив на него небольшой медальон. На одной из его сторон был изображён знакомый мужчина. — И я не считаю себя самой умной.

— Ты врёшь или мне, или сама себе. Но это не важно. Я зайду к вам в гости, как только появится свободное время. Не раньше и не позже.

— Тогда до свидания. Береги себя, барон, — она коротко улыбнулась и направилась к двери.

— И ещё один совет, — сказал я ей в спину. — Не нужно меня проверять и испытывать. Если асверы почувствуют это намерение, тебя убьют.

— Если они так пекутся о тебе, почему магистр Ольгерт Крус ещё жив? — она обернулась. — Вот уж кто хочет твоей смерти и даже не скрывает этого.

Дверь в кабинет открыла Рут, хмуро посмотрела на Анну.

— Проводи гостью, — попросил я.

Моя кузина кивнула и вышла. Я пару минут смотрел на кулон с портретом мужчины, затем убрал его в ящик стола.

— Не понимает она, — проворчал я. — Пришла о родстве говорить, ага, как же.

В кабинет заглянула Бристл.

— У тебя усталый вид.

— Просто ночь не спал. Магию не хочу использовать. В последнее время она становится слишком сильной. Самое слабое восстановления сил, и можно двое суток не спать. А потом три дня ходить как сонная муха.

— Эта девушка, Анна, — Бристл обошла меня сзади, положила руки на плечи, слегка массируя их, — кто она? Я слышала имя Крог, только не могу вспомнить где и когда.

— Она думает, что наши мамы родные сестры. Может это и правда, и я должен радоваться, что нашёл родных, но это вызывает лишь неприятные чувства. Сам не понимаю почему.

— Пройдёт совсем немного времени, и всё изменится. Вот увидишь. У меня почти пятнадцать кузин и кузенов. Иногда наши отношения не складывались, иногда доходило до драк, но мы семья. Как говорят, «родственников на ярмарке не купишь».

— Эта Анна — двуличная и очень неискренняя. Она словно маг в фарфоровой маске, прячущий истинное выражение лица. Уга позволяет мне чувствовать искренность людей. Чтобы тебе было понятней, общаться с такими людьми равносильно тому, как ты общаешься с боевыми магами, от которых смердит загрязнением. Боюсь, что скоро как бабушка Вага избегала магов, так и я буду избегать неискренних людей.

— Теперь становится более понятным, почему она вызывает у тебя неприятные чувства, — Бристл наклонилась и коснулась губами моей щеки. — Ложись спать, а то у тебя глаза закрываются.

— Если она придёт вновь, — сказал я, — гони прочь.

— Берси, я общалась с разными людьми. В том числе с благородными отпрысками баронов и герцогов. Среди них не бывает людей искренних. И в турнирах по лицемерию каждый из них может бороться за главный приз…

На следующий день я проснулся ближе к обеду. Поняв, что никуда торопиться не надо, а все насущные проблемы я успел решить вчера, позволил себе поваляться в постели ещё полчаса. Когда же спустился в гостиную, со стороны лестницы приятно пахло сладкими пирогами, которые Сесилия подавала на десерт. Недавно к нам в дом приходил старший повар из дворца чтобы узнать рецепт. Пироги так приглянулись принцессам, что они сами написали ему письмо, чем немало взбудоражили всю дворцовую кухню.

— Доброго дня, — поздоровался я, увидев госпожу Елену в гостиной.

Она неплохо научилась скрывать мысли и намерения, но мне показалось, что она использует гостиную как комнату для отдыха только затем, чтобы не упустить ничего интересного, происходящего вокруг.

— И тебе доброго дня, — пожелала она.

— Кара и Лейна сейчас во дворе? — я показал в сторону заднего двора дома.

— Погода сегодня изумительная. Я бы с удовольствием выбралась с ними в какой-нибудь сад, но Юна говорит, что поблизости ходит кто-то, кто хочет нашей смерти, — последнее она произнесла легко и буднично.

— Да, я тоже почувствовал вчера это намерение. Имперская служба безопасности пока не нашла тех, кто покушался на Вас во дворце?

— Барон Хорц заверяет, что скоро вычислит недоброжелателя, но, увы, старание не всегда залог результата.

— Прогулки с запахом гари и сажи не пойдут им на пользу, — задумчиво протянул я. — И то, что вы тут заперты…

— Глупости, — перебила она меня. — Пока головы заговорщиков не отделятся от плеч, никто и слова не скажет. И если раньше я каждый день получала по несколько писем от кузин погостить в их поместьях, то после пожара на улице никто больше не зовёт нас в гости, — она хищно улыбнулась. — А когда я написала Марте, троюродной сестре, что хочу повидать её, то в их доме внезапно вспыхнула эпидемия неизвестной и страшной болезни.