Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 287)

— Это хорошо, — он немного удивился, наверное, ожидая другого. — Лучше скажи об этом сразу, и половина из тех, кто сегодня планирует нападать, напротив, станут тебя защищать. Откажись от претензий публично, лучше даже поклясться, и сражение не состоится. Разойдётесь, соприкоснувшись рукавами.

В его голосе промелькнуло едва заметное облегчение. Видно и вправду он решил вступиться за меня. В этот момент появился слуга, давая понять, что всё вот-вот начнется.

— Хотел сказать, чтобы ты не робел, — улыбнулся герцог, — но учитывая, с кем ты постоянно имеешь дело, это пожелание будет лишним.

В зал, где должен был пройти Имперский Совет, вело сразу несколько дверей. Всё было сделано так, чтобы избежать ненужных и ранних конфликтов. Чтобы благородные особы не столкнулись друг с другом до Совета. Мы заходили в компании совершенно незнакомых мне людей. Всего на мероприятие собралось человек двадцать пять, может тридцать. Они заполняли полукруглый амфитеатр, обращённый к небольшой трибуне. С другой стороны был установлен трон и пара стульев по бокам от него.

Доминик показал мне на места в правой части амфитеатра, на втором ряду у самого его края. Отсюда до места Императора было рукой подать. Представители наместников собирались недолго. Каких-то пятнадцать минут, и слуги дружно закрыли двери, показывая, что те, кто опоздал, в зал допущены не будут.

Знакомые среди присутствующих были. С кем-то я успел познакомиться во время зимнего бала во дворце, с кем-то — на разных приёмах. Но именно шапочным знакомством всё и ограничивалось. Я с большим трудом мог вспомнить их лица, не говоря уже про имена.

Императора встречали стоя. Он вышел, словно из стены за троном, обогнул его, важно уселся, затем кивнул, показывая, что и мы можем садиться. Справа от него появился один из советников, что-то прошептавший на ухо. Дождавшись ещё одного кивка, советник вышел вперёд.

— Уважаемые герцоги Янда, Крус, Сагрэдо, Наварро, Империя приветствует Вас! — громко объявил он. Других видимо приветствовать не полагалось, так как советник демонстративно посмотрел на дощечку в руках, к которой были приколоты несколько листов. — Слушается запрос герцога Иларио Кортезе о мятеже в провинции и применении масштабной огненной магии в Рагусе. Барон Дюк Кортезе, Вам предоставляется слово.

С нашей стороны амфитеатра встал высокий представительный мужчина и начал обходить ряды, чтобы спустится к трибуне. Герцог Сагрэдо толкнул меня плечом, наклоняясь к уху.

— Вот чем люблю заседания в присутствии Императора, — зашептал он, — это отсутствием вступительного слова на полчаса и долгих бессмысленных выступлений советников.

— А ещё хорошо, что дед Императора запретил жертвоприношения богам перед каждым собранием, — ответно шепнул я.

— Это точно, — улыбнулся Доминик.

Я не стал говорить, что удивлён поднятой темой. Точнее тем, что вопрос мятежа встал на первое место, а смерть герцога Лоури проигнорировали или отложили на потом.

Тем временем родственник герцога Кортезе спустился к трибуне и начал вещать о том, как четырнадцатый легион поднял мятеж и вероломно напал на город, выставив нелепые условия и нарушив кучу законов. Как к мятежникам присоединился семнадцатый легион герцогов Крус. Законы он, кстати, приводил, читая громко и проникновенно. Говорил он хорошо, но долго. Я даже успел заскучать. Затем барон начал зачитывать заключение комиссии гильдии магов. Затронул участие в событиях отряда асверов под предводительством командора Бальсы. Я мысленно улыбнулся, услышав её имя и высокое звание. Надо будет ей об этом рассказать. Обо мне барон сказал в последнюю очередь. В том плане, что я, как незаинтересованное лицо, выступил посредником на переговорах.

— Мой Император, — барон обернулся к трону, — герцог Кортезе просит наказать легатов мятежных легионов, а также всех причастных. Просит признать герцога Крус виновным в разжигании войны между провинциями с целью завладеть спорной территорией. Крус обязаны выплатить нам издержки, связанные с подавлением мятежа.

— Герцог Крус желает взять слово? — спросил советник Императора.

— Реплику, — встал мужчина в богатой одежде. Видел его издалека во время зимнего бала. Представительный мужчина с животиком и толстенной золотой цепью на груди. — Семнадцатый легион не участвовал в мятеже. Наоборот, благодаря ему мятеж был подавлен. Сразу после этого верные мне войска вышли за пределы провинции герцога Кортезе. Барон только что сам говорил, что мятежники были разбиты благодаря удачному маневру и удару им в спину.

Герцог сел, а окружающие его одобрительно загудели. Советник оглядел зал, но желающих выступить не нашел.

— Для прояснения ситуации слово предоставляется барону Хауку, — произнес советник. В этот раз половина зала зашумела явно неодобрительно.

Хорошо, что хотя бы слово «предоставляют», а не требуют. И гудит собрание как раз по этому поводу. Я неспешно вышел в центр, ощущая на себе тяжёлые взгляды собравшихся. По правде говоря, это немного давило в моральном плане.

Я почти слово в слово повторил приветствие предыдущего оратора и без утайки рассказал обо всём, что происходило в тот день. Каждый из присутствующих знал о содержании переговоров вплоть до жестов и мимики всех участников, поэтому скрывать что-либо смысла не было. Пару раз я чувствовал чьё-то желание перебить меня, но никто этого так и не сделал. Но главного я добился — выступил с обвинением в адрес четырнадцатого легиона. Всё, как и хотел герцог Кортезе. Будем считать, что мы с ним в полном расчёте.

— А ещё я хочу выступить в защиту семнадцатого легиона, принадлежащего герцог Крус, — продолжал я. — Если слова поддержки, которые говорил легат Бари́ в адрес четырнадцатого легиона, были военной хитростью, чтобы ударить им в спину, то это хороший ход. Командор отряда асверов Бальса говорила, что в намерениях легата Бари́ был скрытый умысел, думаю, она именно это имела в виду.

На минуту в зале повисла тишина. То, что я поддержал легион герцога Крус, пусть и так, стало для многих неожиданностью. Они что были уверены, что я до последнего буду поддерживать Кортезе? Нет уж, это их разборки, в которых я участвовать не желаю.

— Барон Хаук, — раздался голос с центральной части трибун. — На переговорах Вы участвовали как представитель гильдии магов, это так?

— Ну уж точно не как представитель гильдии асверов, — ответил я.

— И недавно Вас исключили из гильдии, — продолжил незнакомый мужчина. — Не по этой ли причине?

— Исключили, — легко согласился я. — Из-за дуэли. В гильдии не положено, чтобы целитель убивал огненного мага. «Так не бывает,» — сказали они.

Со стороны правой части трибун послышались смешки. Но они быстро стихли, когда Император встал. Он вышел немного вперёд.

— Четырнадцатый легион будет переформирован, — сказал он. — Мятежное руководство ждёт казнь. Действия семнадцатого легиона, направленные на подавление мятежа, признаются оправданными. Претензии герцога Кортезе к герцогу Крус — отклоняются. Империя возместит ущерб, вызванный мятежом.

Император резко развернулся и вернулся к трону. Взмахнул полой то ли плаща, то ли накидки на плечи и важно сел. Я коротко поклонился в его сторону и вернулся на своё место.

— Хорошая позиция, — уважительно шепнул мне герцог Сагрэдо. — И обвинить тебя особо не в чем. Дальше будет интересней…

Советник тем временем сорвал первый лист с дощечки, спрятал его в карман. Я же обратил внимание на противоположную сторону амфитеатра. Там сидел знакомый мне мужчина — Яжек Гудро. Я запомнил его по очень странному и немного смешному имени. Он был то ли двоюродным, то ли троюродным братом герцога Блэс. Меня с ним знакомили раза три, не меньше. Первый раз я увидел его на нашей с Бристл свадьбе. Второй раз — уже в поместье Блэс на севере. Он тогда уехал в самый первые день. Даниель говорил, что отправил его с каким-то поручением в столицу, поэтому в памятных разборках тот не смог поучаствовать. Я его, кстати, до сих пор подозреваю в сговоре против герцога. Слишком вовремя он уехал…

— Трибуна предоставляется герцогу Дамиану Янда! — громко огласил советник.

Герцог Янда. Потомственный маг и очень богатый человек. Если Лоури зарабатывали состояние на серебре и каменных рудниках, то Янда добывали золото. А значит, Дамиан являлся, да и является, доверенным и приближенным к Императору. Кому попало золотые прииски Вильям не отдаст. Вот только знал ли герцог, что его сын и наследник спутался с Давидом, наследником императора — сложно сказать. Но одно точно — Алеш вышел сухим из воды только благодаря отцу.

Что отец, что сын Янда очень похожи друг на друга. Только Алеш увлекается не только магией, но и отлично управляется с тяжёлым мечом. Поэтому и телосложение у него крепче, а плечи шире. В остальном же, он вылитая копия отца, только моложе. Роднит их и связь с магией. Оба ощущаются очень сильными магическими практиками. И пусть герцог вышел в роскошном костюме, а не в мантии мага, любого магистра огня он заткнёт за пояс.

— Мой Император! — герцог поклонился Вильяму. — Уважаемые герцоги и представители наместников. С горечью в сердце хочу сообщить, что накануне скончался герцог Лоури. Старый Геррих, последний герцог в роду Лоури.