Павел Шек – Резчик 1 - 6 (страница 286)

— Твоя бабушка, Старая Вейга… — вновь начала старуха.

— Не хочу слышать! — оборвала её Ивейн. — Домой я не вернусь. Хотите, сами пойте и танцуйте вокруг костров. Свой меч я никому не отдам. И доспехи снимать не буду.

— Пока не пришла твоя тётя, хорошенько подумай. У тебя нет права отказываться, понимаешь ты это или нет?! — старуха даже хлопнула рукой по столу.

Мне показалось, что Ивейн даже зарычала от злости.

— Что случилось? — я решительно вошёл в помещение. — Мы мимо проходили, а тут крики, ругань.

— Ничего такого, Берси, — ответила старая женщина, умело подавив недовольство из-за того, что мы ей помешали. — Мы решаем вопросы рода, наследницей которого является Ивейн. Можешь поучаствовать, если тебе такое интересно.

Ага, намёк понятен. Это она так пытается сказать, чтобы я не лез в дела семейные и родовые. Сказала бы прямо: «Не суй свой нос».

— Отчего бы не поучаствовать, — я сделал вид, что ничего не понял. Прошёл к столу, туда, где стояла Ивейн. — Я, точнее мы, немного подслушали. Уж не выдать ли замуж вы хотите мою помощницу?

— Конечно же нет, — отмахнулась старейшина, я думаю, что правильно угадал, кто это. — Она хоть и отказалась от напарника, но требовать подобное мы бы не стали. Пока, по крайней мере. Мы хотим, чтобы она вернулась домой и занялась тем, что ей предначертано.

— Кем предначертано? — тут же высказалась Ивейн. — И кто это решил?

— Вот, — сказала мне старейшина, показывая на неё. — Вспыльчивый и невоспитанный ребенок. Даже не может помолчать, когда разговаривают старшие. Я помню её совсем другой — девушкой, которая уважала старших.

— Мне тоже стало интересно, что ей предначертано, — сказал я. — Если возглавить род, то это плохая идея. Ей ещё учиться и учиться. И гильдия — лучшее для этого место.

— Нет же, — старуха вновь отмахнулась. Манеры у неё были какие-то гадкие. — Но учиться ей предстоит. И хорошо учиться. Читать молитвы и проводить ритуалы. Её отметила Великая мать, а раз так, значит такова её воля. И это неразумное дитя не понимает такой простой вещи.

— Точно, было такое, отметила, — кивнул я. — Я попросил Угу об этом. Но уж точно не для того, что вы от неё хотите. Ивейн мне помогает, и я отпущу её, только если она сама захочет сменить этот наряд на одеяние жрицы.

— Ты попросил Великую мать? — удивилась Кларет. — О таком?

— Ну уж у кого, а у тебя такой вопрос возникнуть не должен был, — ехидно заметил я.

— Быть отмеченной — великий шанс, — сказала старуха. — Даже не так — это судьба!

— Глупости, — возразил я. — Судьба, как же. Чтобы этот «шанс» получить, для начала надо обладать сильной волей, трудиться больше других и верить в себя. Ивейн правильно сказала, никто не запрещает вам молиться самим. Начните с этого и, возможно, Уга обратит на вас свой взор. А Ивейн я вам не отдам. Все вопросы и требования к ней сначала будете задавать мне.

— Но если она сама захочет стать жрицей, ты спорить и мешать не будешь? — спросила Кларет.

— Не буду, — подтвердил я.

— Хорошо, — быстро согласилась она, не дав вставить старейшине и слова. — Пусть будет так.

— Она всё равно придёт к этому, — решила оставить последнее слово за собой старейшина. — Рано или поздно. Такую ношу одной не унести.

— Почему одной? — хмыкнул я. — Есть ещё я и Вьера. Красавицу тоже отметила Уга. И, надеюсь, эти договоренности будут касаться и её.

— Поговори об этом со старшим родом, — подсказала Кларет. — Мы такое не решаем.

— Тогда хорошего всем дня, — коротко кивнул я. — Мы уходим.

Подхватив Ивейн под руку, я потянул её к выходу. Только в коридоре она немного успокоилась. Тихонько выругалась на языке асверов, сравнивая старых женщин с престарелыми овцами. Да, что-то преследуют меня сегодня эти животные.

Больше утро сюрпризов не подкидывало. Мы собрались в столовой, спокойно перекусили и поехали к дворцу на главное событие недели. Как ни странно, я чувствовал себя абсолютно спокойным. Мне казалось, что это собрание нужно только для меня и организовано ради меня же. Не приду, так им и поговорить не о чем будет. Посмотрят друг на друга, да и разойдутся по своим делам. Надо бы что-то делать с самомнением, а то ишь, разошлось.

То, что Имперский Совет — событие знаковое, стало понятно, когда мы подъехали к парадному входу. Фасад Дворца украсили длинные красные полотнища с символикой Империи, а лестницу укрывал толстый ярко-алый ковёр. Встречал гостей почётный караул стражи в парадных доспехах и надраенных до блеска нагрудниках. Чтобы не нагнетать обстановку, идти я решил один, без сопровождения асверов. Сложно было только расставаться с посохом целителя. Когда отдавал его Диане, почему-то подумал, что сейчас всё произойдёт как у магов. Выступит Вильям и заявит, что я больше не барон и что-то в этом роде.

Слуга, встречавший меня у подножия лестницы, проводил в небольшую комнатку, где предложил выпить чаю и подождать, пока прибудут представители наместников. От него я узнал, что на Совете будут присутствовать три герцога: Янда, Крус и Сагрэдо. Насчёт первых двух даже не сомневался, а вот третий меня удивил. Это был наместник провинции, в которую входили родовые земли Хауков. Я наводил справки — это был потомственный благородный род, владеющий землёй как раз в провинции. Доминик Сагрэдо, военачальник, командовавший тремя легионами. Его стараниями Империя приросла огромным куском хорошей земли, принадлежавшей ранее вольным князьям. Я сначала не понял, почему его называли «молодым» герцогом, но оказалось, что когда он вёл войска в бой, ему было чуть больше двадцати лет. На мой вопрос, могу ли я с ним поговорить до Совета, слуга кивнул и удалился. А минут через пять в комнату вошёл Доминик.

Герцог Сагрэдо совершенно не вписывался в моё представление о нём. Это был невысокий мужчина лет тридцати пяти. Самый настоящий южанин, русоволосый, с короткой светлой бородой. Немного узковатые светло-голубые глаза, лицо овальное и высокий открытый лоб. На пальцах он носил всего пару крупных перстней, один из которых с гербом — явно личная печать.

— Доброго утра, или, скорее уже, дня, — первым поздоровался я. Коротко поклонился.

— Здравствуй, барон Хаук. Да ты садись, садись, ещё успеем постоять, а колени у нас не казённые.

Он сел на свободный стул, жестом показал слуге, что ему ничего не надо, прогоняя его из комнаты. В его взгляде читалась что-то военное, прямо как у Бруно Фартариа. Встретишь такого незнакомца и сразу признаешь в нём человека, связанного с легионами.

— Давно нам надо было познакомиться, — сказал он. — Я когда узнал, что в столице объявились Хауки, даже не поверил. Твоих же предков вольные князьки вытеснили с земель ещё сто с лишним лет назад. И только мы, лет пятнадцать как вернули эту территорию. Она так бы и стояла пустой, но туда сразу два легиона Император направил. Дороги подлатать, крепость возвести, поместье Хауков отстроить. Недавно деревья завели для сада. Хороший будет, лет через десять. Я сады люблю. Виноградники нет, — он покривил лицом, — и вино не люблю, а вот фрукты с детства обожаю.

Хитрец. Смотрит, оценивает. Ну и что? По-моему, в столице уже все знают о том, как я стал бароном. Не удивлюсь, если скоро станет известно о моей принадлежности к Абергам и Крогам.

— Пристыдили Вы меня, — я виновато склонил голову. — Очень хочу, но не могу вырваться, чтобы дома побывать. То одно мешает, то другое. Учёба, свадьба, мятежи и заговоры. Сейчас война на пороге. Я Рикарду Адан просил, чтобы она приглядела за поместьем, пока я в столице занят.

— Асверы, — он хмыкнул, — демоны рогатые. Видел я, какую они деятельность развели. Посёлок организовали, скот пригнали, лошадей знатных. Жаль, не продают. Кстати, не подсобишь? Я бы за пару лошадок хорошую цену дал.

— Почему нет, — я пожал плечами. — Поговорю. Думаю, не откажут.

— Порадовал, порадовал, — он потёр ладони. — Да, асверы — они успели с твоими земельными людьми поругаться. Половину пастбищ забрали. Те в крик, ко мне пришли жаловаться. Я тебе скажу, с рогатыми даже о погоде тяжело говорить. Как ты с ними общий язык находишь?

— По мне, так не сложно. Да нет, — я рассмеялся, провел ладонью по лбу, убирая челку, — я человек. Не было у нас в роду асверов, это точно. Родители — потомственные маги, и какие у них общие дела с полудемонами, можно догадаться.

— Да, я слышал, что с ними случилось. Соболезную. И раз ты унаследовал землю, нам с тобой надо бы серьёзно поговорить. Сегодня не успеем — сейчас уже начнется. Я ещё две недели в столице буду. Заходи в гости. У меня дом в Старом городе.

— Зайду, — пообещал я.

— Если об этом договорились, давай к насущным делам. На Совете я тебя поддержу. Ты барон моей провинции, а поддерживать своих — дело святое. Император тебе благоволит, это ни для кого не секрет. В его присутствии многие побоятся давить на тебя слишком сильно. Но этим лучше не злоупотреблять.

— Я понимаю, — ответил я на его взгляд.

— Ещё ходят слухи, что ты метишь на земли Лоури. Вот это уже серьёзней. Грызня за освободившуюся территорию будет нешуточная. Это мне уже не по зубам.

— Зачем мне эти болота и леса? — сделал я удивлённый вид. — Пусть и богатые земли, но мне они не нужны. Того баронства, что досталось в наследство, мне более чем достаточно.