Павел Полян – Бабий Яр. Реалии (страница 94)

Схожие процессы шли тогда и в России. При президенте Ельцине довершились разгосударствление антисемитизма и его полная «приватизация»: антисемитизм в России стал сугубо частным делом ее граждан. Как-то убаюкивало еще и то, что с годами антисемитизм утратил свою ведущую роль в контексте общей ксенофобии: как главные объекты вражды и неприязни в 1990-е годы уверенно котировались кавказские народы, или, как их тогда называли, «лица кавказской национальности».

Но те, кто испытывал внутри себя неодолимое влечение именно к фобии антисемитизма, мог предаваться ей сколь угодно самозабвенно — и, в общем-то, совершенно безнаказанно. Так, кубанскому губернатору и борцу с «сионистцкой закулисой» Николаю Кондратенко и генералу Альберту Макашову с рук сходили любые высказывания, даже такое выразительное:

Слово «антисемит» — это незаконно? Все, что делается во благо народа, — все законно. Народ всегда прав! Мы будем антисемитами и должны победить!.. Евреи так нахальны потому — позвольте я по-своему, по-солдатски скажу, — потому что из нас еще никто к ним в дверь не постучал, еще никто окошко не обоссал. Потому они так, гады, и смелы![938]

Полем повышенной антисемитской активности стал рунет: вот уж где современный антисемитизм расселся широко и вальяжно — по-хозяйски. Интересно, что антисемитизм в России оставался по-своему «консервативен», и такие его ипостаси, как мусульманский троллинг или маскировка под антисионизм или «критику» Израиля здесь скорее маргинальны[940].

А вот отрицание Холокоста в России, как и на Украине, вовсю цвело и пахло. Начиная с 1996 года одной из главных трибун для отрицателей стала газета Юрия Мухина «Дуэль». На ее сайте можно было найти десятки статей и книг на эту тему, особенно переводных.

Уже в середине 1990-х годов на русский были переведены «труды» многих классиков отрицательства (например, Р. Гароди и Ю. Графа). А «Миф о холокосте. Правда о судьбе евреев во Второй мировой войне» Ю. Графа вышел как минимум дважды — сначала в 1996 году в газете «Русский вестник», а затем и отдельным изданием — попечением некоего Геннадия Кубрякова и с предисловием Олега Платонова — владельца и главного редактора издательства «История русской цивилизации». В 1997 году Платонов первым из отрицателей-россиян принял участие в ежегодной конференции Института ревизии истории; в том же году — одновременно с Ю. Графом и также первым из россиян — удостоился сомнительной «чести» войти в состав редколлегии «Журнала пересмотра истории». После чего Э. Зюндель на своем сайте объявил Россию чуть ли не обетованной землей ревизионизма!

И то: 26-27 января 2002 года Москва стала местом проведения Международной конференции по глобальным проблемам всемирной истории, в целом посвященной глобализации как сионистскому вызову. В 2003-2006 годах функционировал сайт «Ревизионизм холокоста» — интернет-ресурс «Славянского Союза» (автор и хозяин сайта — Н. В. Саламандров). Здесь можно было найти более 400 наименований текстов, так или иначе причастных к отрицанию Холокоста[941].

На протяжении нескольких лет в «Нашем современнике» Станислав Куняев, главный редактор журнала, печатал свой публицистический Lebenswerk — книгу «Жрецы и жертвы Холокоста»[942]. Холокост для Куняева не человеческая трагедия и даже не историческое событие, а новая религия, отчего он даже не отказывается писать его с большой буквы, а основной тезис — недопустимость создания «культа Холокоста в России»[943].

В целом вклад российских отрицателей в мировую копилку минимален, чтобы не сказать ничтожен. Максимум того, на что они оказались способны, — очередное предисловие к очередному переводу из «классических трудов» да матерщина в блогах. Вершинные же по оригинальности достижения — это тезис о «Ташкентском фронте» с намеком на глубокий эвакуационный тыл как место отсиживания трусливых евреев во время войны и ернический термин-шарж «Лохокост».

Вброшен был и такой тезис-передержка: мол, советские евреи должны быть навечно благодарны Сталину и Красной армии за свое освобождение из концлагерей и спасение от Холокоста.

На самом деле такого долга — или бремени — «благодарности» у евреев нет: во-первых, у Красной армии специальной задачи — спасать именно евреев — ни разу не было[944]. Убивали — да, немцы, да, их, евреев, а вот освобождали (или эксгумировали) — наши уже не их, а советских людей. Во-вторых, среди спасателей, т. е. в самой Красной армии, было пропорционально много евреев, тогда как в освобожденных армией различных лагерях смерти евреев уже не было или оставалось крайне мало, поскольку это были лагеря смерти именно евреев.

Мощным транслятором идей ревизионизма и антисемитизма на Украину — о преувеличенности еврейских страданий и числа жертв Холокоста, например, — стала украинская националистическая диаспора, осевшая главным образом в Канаде. В ее ряды после войны влилось немало активных кол-лаборантов, таких, например, как Петро Мирчук. Их материалы в 1990-е годы охотно публиковали киевский «Вечірній Кїев» (когда им руководил В. Карпенко), львовские «За вільну Україну», «Сільські вісті» и «Идеалист», некоторые другие газеты.

Владимир Кательницкий, председатель Комитета по защите Ивана Демьянюка, утверждал, что легенда о Демьянюке как об «Иване Грозном» — самом жестоком охраннике-украинце — была сфабрикована КГБ ради дискредитации украинцев — выставления их отъявленными коллаборационистами и преступниками. А согласно статье Татьяны Тур «Правда о Бабьем Яре»[945], не фашисты расстреливали там евреев, а евреи — работники НКВД — украинцев!

В. Нахманович не побрезговал придать этому примитивному антисемитизму статус «альтернативной концепции», столь вожделенный ревизионистам, и признать за ним воплощение некоего «украинского мифа» о Бабьем Яре, заключающегося в том, что в Бабьем Яру захоронены украинские жертвы Голодомора и противостоящего аналогичному «еврейскому мифу» (sic!) о Бабьем Яре. Мифу, которому, следовательно, он равновелик[946] ^[947]. Браво!

Тогда, в 1990-е годы, протест полусотни «Праведников народов мира» против таких публикаций[948] остался без какого бы то ни было ответа со стороны государственных инстанций. Сами же публикации и, главное, их безнаказанность побуждали их неистовых авторов и, в особенности, благодарных «читателей» к активизации любых провокаций, актов вандализма и нападений на евреев.

Неудивительно, что вал антисемитских публикаций о Бабьем Яре в 2000-е годы только усилился. Так, харьковчанин Эдуард Ходос публиковал в 2001 году «Открытое письмо Стивену Спилбергу», в котором его полумифический автор, Рожер Доммерг, восклицал:

Вы не найдете НИ ОДНОГО очевидца уничтожения шести миллионов евреев. Вы не найдете НИ ОДНОГО свидетеля того, что рядом с крематориями стояли газовые камеры, уничтожавшие тысячу, а то и две тысячи человек за раз... Что же касается воплей и слюней, испускаемых по поводу Холокоста сегодня, спустя полвека после войны — они не могут вызвать ничего другого, кроме чувства отвращения[949].

Показательна история с книгой Р.Я. Мирского и А.Я. Наймана «Юдофобия против Украины», впервые выпущенной во Львове в 1998 году, а затем переизданной в Киеве в 2000[950]. В конце 1998 года «Вечерний Киев» обвинил заместителя председателя Ассоциации «За межнациональный мир и согласие в Украине» Александра Яковлевича Наймана (р. 1945) в разжигании антиукраинских настроений. После чего Найман подал в Шевченковский райсуд Киева иск о защите чести и достоинства, на что газета, уверенная в своей безнаказанности, ответила травлей Наймана и встречным иском[951]. Однако суд осудил именно газету, и В. Карпенко, а затем и другим антисемитам пришлось покинуть ее редакцию.

В августе 2002 года газета «Вечірній Луганск» поместила статьи, авторы которых утверждали, что «Холокост — это порождение военной пропаганды.

Евреев в концлагерях не убивали и даже заботились об их здоровье»[952]. Авторы «Вечернего Киева», выступая в Шевченковском райсуде г. Киева, утверждали, что Гитлер и все его окружение все были евреями[953].

30 сентября (sic!) 2003 года в крупнейшей львовской газете «Сільські вісті» с полумиллионным тиражом вышла статья Василия Яременко — главного пропагандиста «еврейской вины» перед украинцами за Голодомор и за Большой террор. В статье утверждалось, что на Украину с фашистами пришла «400-тысячная орда евреев-эсесовцев»[954].

Кстати, публикация эта имела следствием резонансный иск А. Шлаена как председателя Антифашистского комитета Украины к этой газете, закончившийся ее закрытием. Судья Шевченковского суда Сапрыкина вынесла свой вердикт в начале февраля 2004 года. В защиту антисемитской газеты и «свободы слова-ненависти» выступили тогда оппозиционные Л. Кучме политики — А. Мороз, В. Ющенко, А. Луценко и Ю. Тимошенко, но ни один из них не выступил против тезисов самого В. Яременко[955].

Тогда же резко активизировала нападки на евреев Международная академия управления персоналом (МАУП), сделавшая антисемитизм своим фирменным знаком[956]. Это в ее издательстве вышла — кстати, по-русски! — классика отрицательства — книга Юргена Графа «Великая ложь XX века». А сам президент МАУП Георгий Васильевич Щекин в своей газете «Персонал плюс» повторил еще один затасканный тезис: «...в 1933 году мировой еврейский конгресс объявил войну нацистской Германии, поставив тем самым в положение “воюющей стороны” миллионы беззащитных евреев практически всех европейских стран и спровоцировав, по сути, их дальнейшее массовое уничтожение»[957]. Кощунственная публикация Т. Тур также была перепечатана в этой газете[958].