Павел Подгорный – Паутина мироздания: Возрождëнная (страница 5)

Старик глубоко вздохнул и ненадолго задержал дыхание, как бы готовясь к прыжку.

— В молодости я был глуп и амбициозен. За руководство проектом «Валькирия» Красный синдикат предложил очень хорошие деньги и я согласился. Через несколько лет потерял голову от своей лаборантки и женился. Вскоре Яна забеременела. Пока я безвылазно торчал в лаборатории на орбите Марса на Земле Яна родила нашу малютку Алису,— тут старик замолчал и опустил глаза, однако быстро взял себя в руки, — потом они жили на Земле и ни в чем не нуждались.

Аспирант сделал паузу, подбирая слова для дальнейшего рассказа.

— Когда Алисе было тринадцать, Яна сообщила мне, что наш брак изжил себя. Так бывает... Мы расстались, но нам удалось сохранить дружеские, даже приятельские отношения. Наверное поэтому Алиса доволно легко перенесла наш разрыв. Мы регулярно обменивались сообщениями, я стал ненадолго вырываться в отпуска, несколько раз Алиса гостила в лаборатории.

Старик снова набрал воздуха в грудь.

— Когда началось боевое применение первых валькирий, враги открыли на них настоящую охоту. Я должен был понять, что тоже окажусь среди целей. Нам кажется, что уж с нами-то точно ничего не случится...Мой отпуск на Земле закончился, но Алиса не хотела меня отпускать и напросились со мной до начала занятий в институте. Чтобы ей было не так скучно в лаборатории, я решил сделать ей сюрприз — новую модель очков виртуальной реальности. Сказал, что машина отвезёт еë в космопорт, а сам рванул за подарком. Машина взорвалась спустя минуту после отъезда. Потом мне сказали, что водителю передали сумку якобы для пассажира в космопорте. Целью был я.

Аспирант опустил глаза:

— На похоронах Яна сказала, что больше не хочет меня видеть, никогда. Я ушёл с головой в работу и безвылазно прозябал в лаборатории. К этому времени правление Красного синдиката приняло решение о создании второго поколения валькирий.

— Теперь я понимаю, почему они закрыли глаза на мою работу, — продолжил учёный, — Я создал тебя по образу дочери. Правление знало, что я не отойду от тебя ни на шаг. Ты стала гарантией моей лояльности. Но они не знали, что я не ограничусь внешностью и психотипом. Я работал как одержимый, мне удалось заложить в тебя способности, истинную природу которых я и сам до конца не понимаю. Чтобы не выдать нас раньше времени, они будут постепенно открываться к завершению твоей подготовки. Уже сейчас ты способна на многое, но дальше ты сможешь видеть в темноте, дышать под водой через кожу, суживать отдельные группы сосудов для остановки кровотечения.

С экрана визора Аспирант взглянул девушке прямо в глаза:

— Алиса, ты всегда была для меня дочерью, а не объектом. Я не могу допустить, чтобы ты сгинула за чужие интересы в войнах синдикатов или подверглась опасности на Земле. Я модифицировал твой геном и с самого детства готовлю твой побег. У меня остались друзья. Они нам помогут. На всякий случай я оставил контакты МАКСу.

— Макс, пауза, — скомандовала Алиса, — это правда?

— Да, уважаемый Аспирант заложил в мою базу сведения о людях, к которым вы можете обратиться за помощью как на Марсе, так и на Земле.

— И ты молчал? Продолжай воспроизведение, предатель.

— Сегодня я получил весточку от моих друзей из правления, — продолжил учëный, — Красному синдикату выдвинули негласный ультиматум: или синдикат сам зачищает проект «Валькирия» и всё, что с ним связано или государство проводит силовую компанию по его реорганизации и принудительно ликвидирует «Валькирию». Скорее всего «ради общего блага» синдикат захочет устранить валькирий, естественно, вместе со мной и всеми данными по проекту. Рисковать ради нас своей шкурой никто из них точно не захочет. Не знаю в каком виде это будет сделано, но надеюсь успею спасти всех. Надеюсь, я успею, но на всякий случай оставляю тебе эту запись, Алиса.

Аспирант замолчал и потянулся к пульту, чтобы завершить запись, но замер на полпути и, взглянув прямо в объектив, произнёс:

— Доченька моя, не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь за то, что я сделал, но я всегда тебя очень любил и буду любить, — рука старика все-таки дотянулась до пульта и запись оборвалась.

— Могу я ещё что-то для тебя сделать? — участливо поинтересовался МАКС, пока Алиса молча переваривала услышанное.

— Просто помолчи, — тихо сказала она, всё ещё находясь под впечатлением от услышанного.

Впрочем, Алиса молчала не больше минуты:

— Что с энергией? — снова твёрдым голосом по деловому спросила она.

— Ты же сама прекрасно знаешь, даже без учёта пополнения от источников света, тепла и электромагнитного излучения моей атомной батареи хватит примерно на полтора века.

Конечно, семнадцатая, прекрасно знала техническое устройство индивидуальных тактических скафандров, а также то, что производство батарей с меньшим ресурсом, как ни странно, обходилось существенно дороже. Просто ей казалось, что получая доклады об обстановке, она быстрее настраивается на боевой лад.

— Так что перегонять углекислый газ в кислород, а мочу в воду не проблема, — продолжал МАКС, — а вот с пищей беда, концентрата хватит недели на две. Если сильно потянуть на месяц не больше. Даже с твоим метаболизмом...

— Если, конечно, ты не явишь нам какое-нибудь чудо, как обещал уважаемый Аспирант, — после небольшой паузы ехидно добавила электронная душа скафандра.

— Да бог с ней, с пищей, — не унимался ИИ, куда прикажешь девать продукты твоей жизнедеятельности? Скафандр на большие подвиги не рассчитан, — снова включил свой своеобразный юмор МАКС, — так что ложись-ка ты в стазис, а я подежурю.

— Ты прав, — быстро оценив ситуацию, согласилась валькирия, — сигнал SOS начнёшь подавать через три месяца. Используй старую добрую азбуку Морзе, три коротких—три длинных—три коротких. Современный высокоинформативный сигнал нам ни к чему. Надо будет ещё правдоподобную легенду сочинить, кто мы такие и что за прогулки в космосе устроили. Я проснусь через девять месяцев. Осмотримся.

— Принял, — на этот раз по-военному коротко подтвердил получение инструкций МАКС.

— До встречи, — попрощалась девушка и дала своему модифицированному телу мысленную команду на переход в состояние анабиоза.

МАКС не ответил, он не хотел мешать ей.

И вот, крошечной точкой на немыслимой скорости проносясь в космическом пространстве, Алиса в угасающем сознании крутила мысль, как всё-таки несправедливо жертвовать жизнями других оправдывая свою трусость необходимостью достижения мнимого общего блага.

Провести в состоянии анабиоза 9 месяцев девушке было не суждено. Уже на пятый день тревожный голос МАКСА вывел еë из стазиса:

— Алиса, срочно просыпайся. Впереди какая-то аномалия. В мой базе отсутствуют сведения о подобных объектах. Я не знаю, что делать.

Сердцебиение девушки быстро ускорилось с 2-3 ударов в минуту до привычных 60-65. Дыхание, сначала редкое, поверхностное, начало приобретать нормальную скорость и глубину. Под воздействием восстанавливающегося кровообращения и предусмотрительно повышенной МАКСом температуры внутри скафандра тело Алисы быстро согревалось.

— Ещё раз, что случилось, Макс? — открыла глаза валькирия.

— 47 секунд назад оптические датчики зафиксировали на пути аномалию. Мы достигнем её через 82 секунды. Если попробуем её обогнуть, нам не хватит сжатого воздуха для торможения. Мы проскочим Землю, — торопливо выдавал информацию МАКС, — другими датчиками не фиксируется. Плотность и структура непонятны. У нас 73 секунды.

Слушая ИИ девушка внимательно рассматривала максимально увеличенное изображение аномалии, которое МАКС без лишних вопросов вывел на экран визора. Аномалия по космическим меркам была крошечной. Сначала едва заметная она быстро увеличивалась в размерах по мере приближения. Представляла собой тёмный силуэт неправильной формы, закрывающий участок звёздного неба. Она напоминала неестественно быстро меняющий свою форму комок облака. Правда Алиса не видела чёрных облаков ни в одной симуляции. Цветом облако напоминало скорее густой жирный дым от горящих нефтепродуктов.

— Похоже на скопление газа, но почему он не рассеивается в пространстве?— размышляла вслух Алиса.

— 65 секунд, — констатировал МАКС.

— Его что-то удерживает, какое-то поле или гравитация объекта в центре, хотя для этого она должна быть гораздо больше.

— 60 секунд, — продолжал свой хронометраж ИИ.

— Макс, попробуем пройти сквозь неë, —озвучила своё решение семнадцатая, —направь нас как можно дальше от центра аномалии, но не трать слишком много воздуха. Если выживем, я всё-таки намерена добраться к Земле.

— 47 секунд, маневрирую, — немедленно доложил МАКС в то время, как струи сжатого воздуха уже начали корректировку их курса.

— Манёвр завершён, аномалия по-прежнему фиксируется только оптикой, до входа 30 секунд, приготовься, начинаю обратный отсчёт, — выдал череду предупреждений МАКС и начал монотонно отсчитывать секунды, дублируя их визуально в углу визора.

Нечеловечески острое зрение Алисы уже начало воспринимать чёрное облако напрямую через однонаправленно прозрачное бронестекло визора. Уменьшая площадь пятна контакта, девушка сжалась в комок, чтобы минимизировать вероятность столкновения с объектами в облаке. МАКС отсчитал последние секунды, и они пулей влетели в газообразную субстанцию на удалении двух третей радиуса от центра сгустка.