Павел Перов – Искупление мечом (страница 1)
Павел Перов
Искупление мечом
Глава 1
Гарольд натянул поводья, когда его измученный конь споткнулся на разбитой дороге, покрытой колеями и камнями. За горизонтом заходящее солнце растекалось по небу алым огнем, окрашивая всё вокруг в мрачные оттенки багрового цвета. Он почувствовал, как по плечам прокатился холодный ветер, точно предвестие чего-то неизбежного. Впереди, вдалеке, поднимались высокие каменные стены города. Стражники у ворот уже готовились к закрыть ворота, их силуэты четко вырисовывались на фоне угасающего дня.
"Если бы я задержался на пару часов, то пришлось бы искать место для ночлега в лесу", – подумал Гарольд, сдерживая раздражение. Он мог бы ускорить шаг коня, но знал, что у того нет больше сил после нескольких дней выматывающего пути. Путь до этого города казался бесконечным, и каждый удар копыт отдавался глухим стуком в его голове. "Неудивительно, что я почти не помню, когда в последний раз нормально спал".
Осторожно тронув коня пятками, Гарольд приблизился к воротам, которые начинали медленно захлопываться. Один из стражников, уставший и явно не слишком заинтересованный в выполнении своих обязанностей, остановил его грубым жестом.
– Уже поздно, путник, ворота закрываются. – Голос стражника был ровным, почти равнодушным.
Гарольд поднял руку, показывая, что он не представляет угрозы.
– Мне нужно в город. Я ищу ночлег и… встречу.
Он не знал деталей этой встречи. Лишь обрывочные слова, переданные через третьи руки: "Город у южных гор. Таверна под названием "Олений рог". Человек, с которым ты встретишься, не будет ждать долго."Этого было достаточно, чтобы пробудить его интуицию наёмника – тот тон, с которым были произнесены эти слова, внушал тревогу. Кто-то явно искал его, и этот кто-то был настойчив.
Стражник, прищурившись, изучал Гарольда, вероятно, оценивая его измотанный вид и побитую броню, которую тот давно не удосуживался почистить. Гарольд почувствовал, как тяжесть прожитых лет снова свалилась на плечи: на них было слишком много пыли, крови и того, что уже не смыть. Он выглядел так же плохо, как чувствовал себя, и этот город не обещал улучшения его дел.
– Тогда держи путь к таверне, – наконец сказал стражник, кивая своим людям, чтобы те немного задержали закрытие ворот. – Только не устраивай неприятностей.
– Неприятности ищут меня сами, – пробормотал Гарольд себе под нос, но вслух добавил: – Спасибо.
Когда он въезжал в город, ворота за его спиной громко скрипнули, запирая его внутри этого места, где, возможно, его ждали не только новые лица, но и старые тени. Тени, от которых уже давно нельзя было сбежать.
Гарольд неспешно ехал по узким улочкам города, погруженного в тишину надвигающейся ночи. Каменные здания с покосившимися крышами и пыльными окнами нависали с обеих сторон, бросая тени на дорогу. Где-то вдалеке слышались звуки закрывающихся ставень и скрип дверей – город постепенно засыпал. Лишь редкие огни фонарей мелькали впереди, словно предупреждая его: время позднее, незнакомец, спеши.
Воздух был пропитан запахом дыма и трав, исходящих из печей и очагов, где готовился ужин. Гарольд вглядывался в тени окон – там мелькали силуэты людей, на миг проявляясь и снова исчезая, будто призраки, запертые в собственных мирах. Небольшая группа людей уже торопливо сворачивала свои лавки и мастерские, подготавливаясь к наступлению темноты.
Его конь неторопливо переступал по вымощенной булыжниками улице, копыта тихо цокали по камням, когда Гарольд заметил закрывающуюся лавку. Деревянная вывеска над ней ещё раскачивалась на ветру, слабо скрипя. Продавец уставленно закрывал ставни, а его молодой помощник – мальчишка лет двенадцати, с разлохмаченной копной светлых волос и поношенным фартуком, уже торопливо собрал последние инструменты и спешил в направлении дома.
Гарольд остановил коня и слегка наклонился вперед, бросив взгляд на мальчишку. Он выглядел как один из тех, кого жизнь не баловала, но в его глазах сверкала живость, свойственная юным, ещё не познавшим настоящих бед.
– Эй, мальчик, – окликнул его Гарольд. – Знаешь, где тут "Олений рог"?
Мальчишка замер на секунду, поднял взгляд и, увидев всадника, с любопытством окинул его взглядом. Он, видимо, не часто видел таких путешественников: покрытая пылью дорога и потёртая броня Гарольда явно привлекли его внимание.
– "Олений рог"? Да, знаю, – протянул он, быстро вытирая руки о фартук. – Это на площади, за углом. Идите прямо по этой улице, потом сверните налево, а там увидите вывеску с рогами. Но торопитесь, они скоро закрываются.
Гарольд коротко кивнул, приподняв одну бровь:
– А сам чего так спешишь? – спросил он, отмечая, как мальчишка нервно переминается с ноги на ногу.
– Домой хочу, – торопливо ответил тот. – Уже поздно, да и мастер не любит, когда мы после заката по улицам шляемся.
– Мудрый человек, твой мастер, – хмыкнул Гарольд, снова кивая. – Спасибо за помощь.
Мальчишка улыбнулся, слегка расправив плечи, как будто его похвала что-то значила, и помчался прочь по улице, растворяясь в сумраке. Гарольд проводил его взглядом, прежде чем снова направить коня вперёд. Теперь ему оставалось только найти таверну, он тронул поводья и двинулся в сторону площади.
Гарольд продолжал свой путь по узким улочкам города, когда его внимание привлекли три фигуры, вышедшие из тени за одним из углов. Они приближались медленно, словно ненароком, но их намерения становились всё более очевидными. Это были измотанные жизнью крестьяне: одежда изношенная, грязная, руки грубые и мозолистые. Однако в их глазах был голод, тот самый голод, который часто доводит людей до отчаянных поступков.
Гарольд чуть натянул поводья, его конь остановился, чутко реагируя на изменение настроения хозяина. Крестьяне переглянулись между собой и один из них, наиболее смелый, шагнул вперёд, поигрывая ржавым ножом, который он вытащил из пояса.
– Эй, путник, – начал он с показной уверенностью, хотя голос слегка дрожал, – богатые-то в этих краях редко проезжают. А у тебя вид такой, что с дороги накопил прилично. Может, поделишься с нами, а? Заодно и путь облегчишь.
Гарольд поднял глаза на говорившего, молча и без спешки оглядывая его с головы до ног. Тот сразу заметно напрягся под этим спокойным и холодным взглядом. Гарольд медленно соскользнул с седла, чтобы оказаться на одном уровне с крестьянами, при этом рука оставалась на поясе, рядом с кинжалом. Его тяжелые сапоги мягко ударились о камни улицы, но этого было достаточно, чтобы заставить двух других шагнуть чуть назад.
– Путь облегчить? – протянул Гарольд спокойно, но в его голосе была угроза, которая заставила даже ночной воздух, казалось, остыть. – Ты знаешь, сколько душ пришлось облегчить от их тел, чтобы дожить до этого дня?
Крестьянин, державший нож, попятился на мгновение, но тут же выпрямился, явно стараясь не показать свой страх. Он кивнул своим товарищам, подбадривая их, но по их бегающим глазам было видно, что план пошел не так, как они ожидали.
– Не пугай нас, – ответил другой, с длинными, спутанными волосами, стараясь придать своему голосу уверенности. – Мы трое, а ты один. Да и оружие-то у тебя старое, потёртое…
– Потёртое, но смертоносное, – перебил Гарольд, его тон был резким, как клинок. Он сделал шаг вперёд, и крестьянин с ножом рефлекторно отступил ещё на шаг. – Вы двое еле стоите на ногах. Ваш друг едва держит нож. Пара ударов – и вам конец. Думаете, стоит попробовать?
Крестьяне переглянулись, на лицах их проступило нерешительное выражение. Они явно не ожидали такой реакции – обычно запоздалые путники либо сразу сдаются, либо вступают в драку. Но в глазах Гарольда было что-то такое, что говорило: он видел смерть, и ему не привыкать к тому, что кто-то умирает у его ног. Страх начал завладевать их сердцами, хотя они пытались скрыть это за напускной бравадой.
– Мы просто хотели заработать, – пробормотал один из них, его голос стал тише, менее угрожающий.
– Да-да, – добавил второй, смахивая пот со лба. – Лучше… лучше мы пойдём дальше. У нас свои дела.
Они сделали пару шагов назад, а затем, стараясь не выдать своего страха окончательно, поспешно скрылись в узких улочках, словно тени, растворяясь в темноте города.
Гарольд смотрел им вслед ещё несколько мгновений, прежде чем вернуться к своему коню. Он усмехнулся себе под нос: эти неудавшиеся грабители, казалось, никогда не сталкивались с кем-то вроде него. В их глазах был страх – такой же, который он видел в сотнях лиц, и этот страх привёл их к спасению.
Подняв голову, Гарольд заметил вывеску впереди: деревянные рога, выгравированные на доске, обозначали "Олений рог". Таверна находилась на углу улицы, освещённая слабым светом, что пробивался из окон. Он поправил поводья и направил коня в её сторону, уже забыв о тех крестьянах, словно они были всего лишь мимолетной помехой на его пути.
Впереди ждала встреча, о которой он знал так мало.
Гарольд остановил коня перед таверной, привязав его к деревянному столбу рядом с поникшим фонарем, едва освещающим узкую улицу. Он внимательно оглядел окрестности: вокруг было тихо, лишь редкие прохожие шли по своим делам, а окна соседних домов постепенно темнели, скрывая жизнь за толстыми занавесями. Гарольд погладил коня по шее, словно извиняясь за долгий путь, и быстро направился к входу в таверну.