Павел Корнев – Меня зовут Гудвин (страница 81)
— Сам-то живой хоть?
— А что ему будет? Профи же!
«Старый жилой фонд» оказался кварталом, застроенным двухэтажными домами, к одному из которых Виктор задом и сдал.
— Вторая квартира, — предупредил он уже в подъезде, но звонить не пришлось, поскольку дверь сразу распахнулась, и Леонид Борисович выставил на лестничную площадку два здоровенных чемодана.
— Витя, уноси, — потребовал он. — Гудвин, заходи!
В квартире играла музыка, но что-то меня царапнуло, вот и не сдержал удивления:
— А хозяева-то где?
Леонид Борисович рассмеялся.
— А сегодня на моей улице праздник! Сегодня я переезжаю! Домашние уже на месте ждут!
Кражи в прошлый раз не случилось, так что я лишь пожал плечами.
— Хоть бы что более подходящее тогда надел. Не в костюмчике же вещи носить!
— А я ничего носить и не собираюсь! — обиделся интеллигент. — За что я вам деньги плачу? Сами, всё сами!
И — да, вынести на лестничную клетку уже скатанный в валик ковёр он помогать не стал. Тот был с длинным ворсом и явно недешёвым, но лучше уж оказался бы синтетическим новоделом, поскольку, когда мы с Витей выволокли его из квартиры, то чуть по лестнице не скатились.
— Тяжеленный, ля! — надсадно пропыхтел шофёр. — Борисыч, ты чего в него завернул? Не труп, часом?
— Шутки у тебя, — поморщился придержавший для нас подъездную дверь Леонид Борисович. — Это ж ручная работа! Чистая шерсть! Ориф, понимать надо!
Мы понесли ковёр к грузовику, мимо к подъезду прошёл поморский эльф, странно глянул, встал на крыльце.
— Эй! — крикнул вдруг он. — Это ж мой ковёр!
Виктор озадаченно обернулся.
— Борисыч?
— Тут какая-то ошибка, — улыбнулся Леонид Борисович. — Гражданин…
Эльф его даже слушать не стал, сразу схватил за грудки.
— Караул! — заорал он. — Грабят!
Наш заказчик рванул крикуна на себя, и они сцепились, а я бросил ковёр и замер, решая, кинуться наутёк или задержать использовавшего нас втёмную жулика. Ну а Витя колебаться не стал и ринулся к кабине. В следующий миг в руке Леонида Борисовича возник пистолет — хлёстко, но не очень громко хлопнул выстрел, и обворованный нами эльф упал в подъезд.
Леонид Борисович захлопнул дверь и крутанулся на месте.
— В кузов! — гаркнул он, взяв меня на прицел.
Глаза — светятся!
Экстрасенс, ля!
Поймать пулю мне нисколько не улыбалось, равно как и не хотелось сесть за вооружённый разбой и, вполне возможно, ещё и за соучастие в убийстве, так что запрыгнул в кузов, попятился от забравшегося следом за мной человека.
Взревел мотор, грузовик рывком тронулся с места, нас качнуло.
— Задний борт! — распорядился Леонид Борисович, не отводя от меня ствола. — Подними! Живо!
Возникла мысль спрыгнуть, но имелся немалый риск покалечиться, да и не на своих же двоих удирать! Совладал с приступом бешенства, выполнил распоряжение. И — помчались!
Ехали мы не абы как, Леонид Борисович рассадил рукоятью заднее окошко и принялся руководить действиями Виктора: заставил того сбросить скорость, начал подсказывать, куда поворачивать. В иной ситуации я бы рискнул приложить его выбросом пси-энергии, но в памяти ещё были свежи воспоминания о противостоянии с Михалычем, вот и решил не лезть на рожон и выждать более подходящий момент.
Минут через пятнадцать грузовик остановился у каких-то гаражей, и Леонид Борисович сунул руку с пистолетом в карман.
— Зелёный, хватай чемоданы! — распорядился он. — Витюша, ты с нами! Пойдём покалякаем, как жить дальше будем!
Проявилась в его манере держаться явственная развязность, очочки стали казаться совершенно неуместными, будто их на акулу нацепили.
И почти ведь эту гадину раскусил! Жаль, не докрутил…
Не иначе в тот раз кого-то из деловых обнесли, вот заявления в милицию и не написали!
— Живо!
Я молча подхватил чемоданы, оказавшиеся не такими уж и тяжёлыми, выпрыгнул из кузова, отошёл в сторонку.
— Витюша, встань рядом! — приказал Леонид Борисович гному, которого колотила нервная дрожь, а потом соскочил вслед за мной. На землю он приземлился чище не бывает, будто заправский гимнаст — не покачнулся даже, не оставил ни единого шанса сбить его с ног броском чемодана.
— Т-ты чего? — пролепетал Бабаев, — Борисыч, ты чего творишь?
— Двинулись, мальчики! — распорядился жулик, кивком указав на соседнюю панельную девятиэтажку. — И не дрейфь, Витюша! Чисто ушли, всё пучком будет!
Возникла мысль послать его куда подальше и пойти своей дорогой, но подумал и зашагал в указанном направлении. Всё уже — влип. Теперь уходи — не уходи, статью с пола поднял. А чтобы куда следует позвонить, нужно самое меньшее узнать, где берлога Борисыча, а лучше самого его презентовать, ленточкой перевязав.
Руки у меня были заняты чемоданами, и в подъезде я дёргаться не стал. В лифте имелись все шансы на успех, но действовать там требовалось на пару с Витей, а тот находился в прострации, к тому же ствол пистолета вроде как смотрел прямо мне в живот.
Кабина лифта поднялась до восьмого этажа, на девятый пришлось идти пешком. Дверь в однокомнатную квартиру отпер ключами хозяина Виктор, а дальше Леонид Борисович распорядился:
— Проходи на кухню! — А мне сказал: — И ты, зелёный, тоже! Ставь чемоданы и шагай!
Зашли, разместились за небольшим столиком, жулик достал из холодильника непочатую бутылку водки, выставил три стакана.
— Разливай, Витюша! Надо выпить, чтоб нервишки успокоить, а то на тебе лица нет.
— Я не пью, — предупредил я. — Мне б водички.
— Западло с нами выпить, да?
— Его ж развезёт! — вступился за меня шофёр.
— Ничего ему со стакана не будет!
— Да оркам и ватки понюхать хватает! Они ж от водки дуреют! — Витя сцепил пальцы, дабы сдержать нервную дрожь, и признался: — А мне прям надо!
Леонид Борисович наполнил стакан из-под крана, усмехнулся:
— Держи!
И пока доставал водку, и после он ни на миг не упускал нас из поля зрения и был напряжён почище пружины, а ещё в глазах его то и дело подрагивали искорки — у меня даже электрические мурашки внутри черепной коробки забегали.
Виктор трясущейся рукой разлил по стаканам водку, и мои случайные подельники выпили её будто воду, ну а я именно что воду и выпил.
— Сдавать вам меня, ребята, никакого резона нет! — заявил после этого Леонид Борисович или как там его звали на самом деле. — Ни фига вам явка с повинной не поможет. За гоп-стоп с пальбой к стенке, конечно, не поставят, но десятку влепят с гарантией. Две хаты организованной группой лиц по предварительному сговору обнесли, терпила маслину в брюхо получил… Так себе расклад. Хорошо, если лепилы откачают, а ну как ласты склеит? — Жулик вынул руку из кармана и улыбнулся. — Такие пироги с котятами!
— И что теперь? — сипло спросил Виктор и не удержался, застучал зубами. — Мы ж ничего не знали!
— Ты разливай! Не дело водку греть!
Я не заметил у нашего радушного хозяина никаких татуировок и намеренно нервным движением передвинул к нему свой стакан.
— Ещё воды налей!
Жулик отъехал на табурете от стола и недобро бросил:
— Халдея нашёл? Сам налей!
И вновь я кидаться на него не стал, подошёл к раковине, покрутил вентиль с синей нашлёпкой, наклонился, стал пить из-под крана. Косился на Борисыча и не отрывался от струи — пил, пил, пил. Тот не спускал с меня глаз и казался ничуть не менее напряжённым, нежели в начале беседы. Будто мы были не замазанные в мокром деле подельники, а его враги. Но тут не выдержал Витя.