Павел Иевлев – Седьмая мапа. Часть первая: "Танго фрезерных станков (страница 18)

— Да, охренеть вообще.

— Вот тут и приходит на помощь «холодное хранение». Рендового переводят в специальный сервисный режим, подключают ЖКТ к системам ввода-вывода и хранят на складе. Там стерильно, стабильная влажность и комфортная температура. Тела всё так же под внешним управлением, их периодически «встряхивают», то есть задают минимальные нагрузки на имплы, чтобы не застаивалось кровообращение и не образовались пролежни. Такое хранение тоже чего-то стоит, но несравнимо с досрочным дерендом, тратится только питательная расходка, и то по самому минимуму.

— И такое место можно как-то организовать?

— Теоретически?

— Исключительно теоретически. Гипотетически даже.

— Ну, потребуется некоторое специфическое оборудование, но его можно найти. На Окраинах наверняка остались укомплектованные центры передержки.

— Отлично, — обрадовалась Костлявая, — что ещё?

Ну да, основной бизнес кланов — демонтаж оборудования на Окраинах, это им ничего стоить не будет. Но дальше я её обломаю.

— Нужен будет локальный сервер и надёжная сеть. Достаточно мощный, чтобы имитировать управляющий гейт ренд-центра.

— Хорошего железа на Окраинах полно, — кивает клановая.

— А ещё для него понадобится тот же набор софта, который стоит на центральном. Фактически полная копия со всеми сетевыми сервисами, актуальными программами, валидными лицензиями, корректными паролями и так далее. Чтобы прошивки рендовых обменивались с ним информацией на прописанных в них сетевых адресах, не подозревая, что они в локалке. Иначе включатся аварийные протоколы, и мало никому не покажется.

— И где такое берут?

— Ну, можешь сходить в башню Креона и попросить сделать для тебя дамп.

— А если серьёзно?

— Тогда нигде. Сервер существует в одном экземпляре, он стоит в башне, все рендовые прошивки завязаны на него. Любой, кто захочет туда попасть, будет иметь дело даже не с безами, а сразу с гвардией.

То, что сильно урезанная копия самого ценного владетельского актива стоит в дешёвом борделе в паре километров отсюда, Костлявой знать совершено незачем. Конечно, мощностей у меня и на один процент от центрального не наберётся, ну так у меня и оборудования всего тридцать поинтов, причём однотипного. Мне не нужна поддержка прошивок на все сеты города, достаточно одной мапской, так что развернул я это на железе вполне скромном. И нет, я не брал штурмом башню Креона, а всего лишь выборочно скачал ежедневный бэкап системы, убрал из него всё лишнее, раскатал у себя и прописал конфигурацию сетки. Не скажу, что это было просто, но и ничего сверхъестественного. Второй раз справился бы вообще без проблем, теперь даже доступ к бэкапам не нужен, сделал бы копию со своего, но нафига мне это?

— Спрошу прямо, — Костлявая поставила стакан на стол. — Ты можешь это сделать? Теоретически, практически, хренастически — как угодно?

— Отвечу хренастически, — пожал плечами я. — А мне это зачем? Будь у тебя куча токов, ты бы их выкупила, а не искала ломщика.

— Хорошо, давай сформулируем иначе. Сколько может стоить такая услуга?

— Услуга, которую некому оказать?

— Если бы нашёлся ломщик, которому такое по силам, сколько бы он запросил?

— А сколько стоит жизнь, Костлявая? Частичный денерф прошивки послерендового — тяжёлый крайм. За такое, если поймают, то жопу оторвут по самую шею. Но, клянусь мудями Креона, спереть владетельские ключи от всевластия — за это оторвут вообще всё.

— Креона больше нет, — напомнила клановая. — Рулит его дочка, Калидия. Та ещё безумная сука, по слухам. Отрубила папаше башку — фигак!

— Да, точно. Тогда, клянусь мандой Калидии, это всё равно что спросить: «Эй, дро, за сколько токов ты вниз башкой со Средки спрыгнешь?»

— И за сколько?

— И нахрен мне тогда токи?

— А если не токи? Если найдётся, что предложить поинтереснее?

— Предложи.

— Я подумаю, Гарт. Это тебе, — она подвинула по столу карточку. — Неактивированная.

— За что? — я даже глазом в ту сторону не повёл.

— За то, что потратил на меня своё время. Бери, это ни к чему не обязывает. Просто компенсация.

— Всего лишь?

— Может быть, когда я захочу ещё раз с тобой пообщаться, ты вспомнишь про эту карточку и не откажешься.

— Ладно, это можно, — я смёл карту в карман. — Свяжись через Механа, как надумаешь.

Когда Костлявая укатила на своём мотоцикле, я достал карточку, снял защитную плёнку и активировал. На крошечном экранчике высветилась сумма.

Ого, а ей, похоже, сильно припёрло!

Глава 9

Программная бомба

Утро встретил за терминалом в своей подсобке. В том файловом мусоре, который я скачал из памяти Седьмой, нашёлся чудом уцелевший локальный лог-файл, который продолжал писаться ещё некоторое время после обрыва сетевого соединения. Он более полный, чем тот, что был у меня на сервере, но содержит больше вопросов, чем ответов. Логирование низкоуровневое, в него попало в основном состояние имплогруппы, но кое-что любопытное выудить получилось.

После того, как какой-то странный софт запустил форматирование памяти и об него же самоубился, сет пребывал в состоянии полуотключения. Собственно говоря, никаких других вариантов и быть не могло — не осталось ни операционки, способной отдать команду, ни драйверов, которые должны её интерпретировать в конкретные миоимпульсы. Побилось всё капитально. Если бы не подпрограммы, жёстко вшитые в чипы микроконтроллеров самих имплов, мапа не смогла бы задействовать мускулатуру груди и диафрагмы, перестала бы дышать и пришла в окончательную негодность. К счастью, эту часть никаким форматированием не убить, чипы не перепрограммируемые и стоят прямо в деталях сета. После ренда именно они обеспечивают большую часть взаимодействия между вернувшим себе руль мозгом и оставшимися в теле имплантами. Очнувшемуся после ренда человеку понадобится краткий курс реабилитации, в ходе которого его мозг привыкнет к новым взаимодействиям, но затем он будет просто ходить и двигать руками, не испытывая никакого дискомфорта. В это время программная часть уходит в гибернацию, хотя и никуда не девается. При повторном ренде происходит обратное переключение, мозг отключается нейровентилем и засыпает, операционка подхватывает имплы своими драйверами, которые гораздо более эффективны, потому что не требуют прекомпиляции. Это, кстати, ещё одна причина того, что неправильно называют «нерфом прошивки» — вне ренда работает другая сигнальная система. Поэтому среди тех, кто в теме, денерф считается технически невозможным, и верят в него только непуганые обыватели. Это позволяет мне не очень сильно бояться, что меня спалят с моими мелкими шалостями. Любой донос в конце концов дойдёт до технически грамотного человека из нерендных безов, и тот скажет: «Что? Ломщик, умеющий в денерф? Какая чушь, это абсолютно невозможно. Очередная низовая сказка для дурачков, или какой-то жулик их разводит. Не тратьте больше моё время на эти глупости!» Во всяком случае, я надеюсь, что так будет. Но лучше бы обо мне просто никто не узнал.

Самый интересный момент в логе — когда активность имплов вдруг возвращается. В тот момент мапа очнулась, села, заозиралась и так далее. Когда я смотрел запись с камеры, то предположил, что, возможно, какая-то часть установщика не самоубилась и криво активировалась, воткнув первый попавшийся драйвер-пак. Версия выглядела логичной, хотя и не без натяжек. Неподходящие драйвера от другого сета в каком-то крайне маловероятном, но все же возможном случае могли привести к спонтанной мышечной активности и даже попыткам форсажа блоков, в которых он не предусмотрен конструктивно. Положа руку на сердце, это не было бы похоже на то, что я наблюдал в видео. Скорее всего, мапа просто билась бы в беспорядочных судорогах. Сомнительная гипотеза лучше, чем никакой, но она не подтвердилась логами — никаких драйверов в этот момент установлено не было. Отбрасывая все невозможные варианты, оставляю единственный — управление сетом шло через встроенные чипы-компиляторы, потому что больше ничего не работало. Это означает только одно — мозг мапы взял контроль на себя.

Нет, это, конечно, не мифический «выход из ренда». Скорее всего, активировалась премоторная и первичная моторная кора мозга. Потенциал действия от нейронов первичной моторной коры по аксонам нисходящих путей достиг спинного мозга, α-мотонейроны дали импульсы на нервные линии, чипы имплосета его приняли — и понеслось. Этого не должно было произойти, потому что всю церебральную активность в ренде отсекает нейровентиль, и переключить его состояние прошивка, хоть целая, хоть повреждённая, не может никак. Это отдельная изолированная командная цепочка, активируемая строго извне, поэтому Костлявая зря надеется, что какой-нибудь ломщик выведет её людей из ренда вручную. Техническая возможность для этого отсутствует. Это вам любой грамотный техн скажет.

Однако же есть вариант, при котором включение натурной моторики в ренде из невероятной ситуации превращается в маловероятную.

Обычный неройвентиль, который ставится абсолютно всем рендовым, строго бинарный: ноль/единица. Включено/выключено. Однако есть как минимум одно известное мне исключение — эксклюзивные заказные «натурные» эскорт-мапы. Поскольку они «естественного управления», то есть моторика тела под контролем мозга, а под контролем прошивки сам мозг, то нейровентиль у них другой, с регулируемым пропусканием. Что и как проходит от мозга к телу, в его случае контролируется на более высоком уровне специальным аппаратно-программным модулем в прошивке. Это позволяет эксклюзивной эскорт-мапе с одной стороны быть совершенно натуральной женщиной с естественными физиологическими реакциями, с другой — сохранить главное преимущество мапы, то есть адаптивную обратную связь с партнёром. Причём, в случае эксклюзива локально, а не через сервер, потому что те, кто готов отвалить несусветные деньги за штучную работу, не хотят, чтобы его дико дорогую игрушку контролировали удалённо. Технически локальность обеспечивается мощным быстродействующим вычислительным блоком с большим объёмом высокоскоростной памяти, а также тем, что настраивается мапа под одного конкретного человека. Это на три порядка меньший объём датасета, чем тот, что используется для серийных мап, которые должны уметь угодить любому. В нашем скромном заведении мапы подключены к моему локальному серверу, но управляющий интерфейс в нём тот же, что и в центральном, копия, на которую я регулярно накатываю обновления.