Павел Грибов – Манфред (страница 8)

– Приеду сам, не беспокойся. – Он задумался. – Где машина?

Отец посмотрел на приятеля сына, отчего Витька тут же встал.

– Осталась на даче. Я закрыл ее перед отъездом. – Ответил он, достав ключ из кармана. – Завтра я могу помочь Андрею. Доберемся до дома на метро или такси.

Папа кивнул и молча удалился. Врач проводил его взглядом, а когда звук шагов перестал слышаться в коридоре, произнес:

– Ну и папа у тебя! – Витька прыснул от смеха. – У тебя ничего особенного, – повторил врач, обратившись к Андрею, – отдохни и хорошо выспись ночью. Завтра, если будешь себя хорошо чувствовать, отправишься домой. С перевязанной головой еще придется походить. Теперь извини, но мне надо заняться другими пациентами.

Недолго думая, Витька пересел ближе к столику с принесенной едой.

– Есть хочешь?

– Немного, – нехотя ответил Андрей. Голова еще болела, и неприятный комок в горле только начинал оседать.

– Вот и здорово!

Приятель распечатал коробку с виноградом, предварительно налив себе большой стакан сока.

– Твой папа – это нечто! – сказал он, прожевывая ягоды. – Мне показалось, что он приехал в больницу раньше скорой помощи. Ворвался, как ураган на море, перевернул все буквально вверх дном, пришел с каким-то врачом, потом они вместе сходили к заведующему отделением. Хорошо, что он проигнорировал мое присутствие.

– Он торопился, а то бы и тебе досталось.

– Поэтому я старался держаться в стороне. Как голова?

Андрей осторожно коснулся повязки на голове. Судя по количеству слоев бинта, на его голове словно завязали недоделанный тюрбан. Однажды он уже разбил голову, и последствия травмы еще долго давали о себе знать. Врач, лечивший его, настоятельно рекомендовал беречь голову и пошутил, что боксом ему уже не придется заниматься. Тем временем около прикроватной тумбочки происходили чудеса поглощения еды.

– Поедешь со мной завтра на дачу? – Андрей откинул в сторону одеяло и попытался сесть, но Витька решительно пресек эту попытку. – Надо забрать отцовскую машину и убрать все после дня рождения.

От удивления Витька подавился ягодами, только что отправленными в рот.

– Может быть, лучше посидишь дома? – неуверенно спросил он. – После такого падения с лестницы тебе лучше отдохнуть. Катя и ребята наверняка все убрали перед тем как поехать домой.

– Все равно надо съездить. Надо разложить все по местам, а то скоро бабушка вернется из санатория. Осень она любит проводить на даче. – Андрей проверил, сильно ли разрядилась батарея телефона. – Надо позвонить ей, успокоить. Она очень переживает. – Витька отложил пустую коробку из-под винограда в сторону. – Вкусно?

– Спасибо, очень вкусно.

– Приятного аппетита!

– Поздно сказал, я уже все съел.

Договорив последнее слово, Витька посмотрел на обглоданную ветку и пустой пакет с нарисованным апельсином. Он виновато посмотрел на Андрея, осторожно пожав плечами.

– Если твой папа спросит, то я с чистой совестью отвечу, что виноград был съеден, а сок выпит.

– Будем надеяться, он не спросит, кто это сделал.

Витька кивнул и посмотрел на часы.

– Мне пора идти. Во-первых, время посещения заканчивается, а во-вторых, дома ждет не выгулянный пес. – Он застегнул полупустой рюкзак, затем поправил приятелю подушку, услышав при этом: «Я не больной». Витька убрал мусор, оставшийся после скромной трапезы, и собрался выкинуть пустой пакет из-под сока, но Андрей решительно оставил его на прикроватном столике, сказав, что выкинет сам. Пусть так, но он хотел показать, что может позаботиться о себе. На прощанье они пожали друг другу руки. – Одного я понять не могу: ты вроде бы затылком ударился, но почему физиономия такая зеленая?

– Беги домой, а то терьерчик устроит скандал. – Когда Витька подошел к двери, Андрей окликнул его: – Ты как-то говорил, что консьержка в твоем доме знает обо всех событиях в районе.

– Тетя Аня – это ходячая энциклопедия жизни нашего района.

– Спроси у нее, падал ли сегодня кто-нибудь в пруд. – Витька удивленно посмотрел на приятеля, и Андрею пришлось выкручиваться. – Вдруг кто-нибудь все же свалился? Уже три месяца никто не падал.

Глава 6

Поговорив с бабушкой, Андрей глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Она расспрашивала его о случившемся, потом о заключении врача и его лечении. Услышав, что любимый внук собирается завтра выписаться из больницы, она долго возмущалась и отговаривала его. После разговора Андрею хотелось отдохнуть.

Мысль о том, что обстановка знакома и он был в этой палате пару лет назад, тревожила его. Впрочем, другая мысль – о том, что он снова оказался в больнице, – волновала еще больше. Андрей терпеть не мог больницы, и оказаться здесь было сущим наказанием. Он чувствовал себя инородным телом в этом медицинском организме, в то время как другие пациенты и врачи стали его частью. Они, словно единое целое, общались, обсуждали ход лечения так, словно говорили о домашних делах. Андрей хотел домой.

– Ты правда с лестницы упал? – раздался голос соседа по палате. Андрей повернулся в сторону добродушного старичка. – Вот у меня было семь сотрясений мозга!

– Вам повезло, – единственное, что смог ответить Андрей. Он не знал, сочувствовать старичку или радоваться за него. – Обход закончился?

– Врачи уже наверняка разошлись по домам. Остался только дежурный.

– Пойду пройдусь. – Андрей осторожно сел на кровать, проверяя, нормально ли держит равновесие. Затем встал. Пол под ногами остался на месте.

– Может быть, лучше полежишь до утра? – осторожно спросил старичок.

– Раньше здесь было кафе на первом этаже. Пойду куплю шоколадку. Вам купить что-нибудь? – В ответ собеседник покачал головой.

Покопавшись в сумке с вещами, Андрей достал кошелек, телефон и отправился за шоколадкой. Странно, но сейчас он буквально чувствовал ее вкус – молочный шоколад, мягкий, слегка тягучий, с орешками – дроблеными, словно маленькие съедобные камешки. Этот вкус воскресал в памяти все отчетливее по мере приближения к кафе. Странно, что его снова привезли в эту больницу. Улица Лобачевского далеко и от дороги на дачу, и от дома на Малой Бронной. В прошлый раз его перевели сюда, потому что здесь работал знакомый врач отца. Видимо, и в этот раз не обошлось без вмешательства папы.

Спустившись на лифте в просторное фойе, Андрей снова убедился, что с момента его прошлого пребывания здесь ничего не изменилось. Новый корпус этой больницы был, пожалуй, единственным в своем роде. Зданию со стеклянным фасадом и центральной административной зоной мог позавидовать бизнес-центр. Посетителей в фойе немного. Большая часть покидала больницу, но были и опоздавшие, торопившиеся навестить родственников, несмотря на то что время посещений закончилось.

Кафе оказалось заполнено людьми. Больные, которые могли самостоятельно передвигаться, предпочитали встречаться с родственниками вне стен палаты. Так они на время вырывались из плена болезни. Встречи проходили в кафе, из-за чего места за столиками в нем практически всегда заняты. Андрей прошел мимо стойки регистратуры, где три администратора одновременно отвечали на звонки и раскладывали документы. По обрывкам фраз было понятно, что люди звонили узнать о здоровье близких, попавших в больницу.

Когда Андрей вошел в маленькое кафе, свободные столики так и не появились. Протиснувшись к витрине, он купил две шоколадки и стал пробираться в фойе, где легко нашел свободное место. Устроившись недалеко от регистратуры, Андрей смотрел сквозь стеклянный фасад на вечеревшее небо. Неожиданно зазвонил телефон. Андрей приложил трубку к уху, раздался взволнованный голос мамы. Когда она вернулась с работы, ей позвонил бывший муж и рассказал о случившемся. От четкого, уверенного голоса мамы не осталось и следа. Она говорила быстро, чередуя вопросы о здоровье с советами о том, как ему надо лечиться и где лучше это делать. Андрей с трудом отговорил ее приезжать, объяснив, что время посещения уже закончилось (впрочем, это не останавливало ее), с ним все хорошо и завтра его выпишут. Разговор с мамой превратился в череду попыток успокоить ее. Вторая шоколадка осталась не съеденной. Когда мама в очередной раз начала призывать его быть аккуратнее, Андрей услышал за спиной удивленный голос администратора.

– Андрей Викторович Антонов? – послышался голос администратора, назвавшего его имя. – Да, есть такой. Доставлен сегодня днем. – Андрей обернулся, но группа неторопливых посетителей перекрыла ему обзор. Он хотел рассмотреть того, с кем разговаривал администратор, но услышал лишь обрывки разговора. – Сотрясение мозга. Находится в общей палате. Состояние удовлетворительное.

Закончив разговор с мамой, Андрей подошел к стойке администратора. Девушка в белом халате разбирала очередную стопку результатов обследований пациентов. Он осмотрелся – рядом никого, кто мог бы интересоваться его здоровьем.

– Что случилось? – Администратор внимательно посмотрела на паренька.

– Я разминулся с дядей, – соврал Андрей. – Кажется, вы только что разговаривали с ним. Я Андрей Антонов.

– Ах, да, – вспомнила она. – Подходил мужчина в пальто, спрашивал о здоровье Андрея Антонова. Кажется, он направился к выходу.

Поблагодарив девушку, Андрей вышел на улицу и осмотрелся. Несколько посетителей прошли в сторону автобусной остановки, другие садились в машины. Они слишком далеко от входа в больницу, чтобы пару минут назад спрашивать администратора о здоровье Андрея. И никого похожего на мужчину в пальто. Вернувшись обратно в холл, Андрей доел шоколадку и отправился в палату. Поднимаясь на лифте, он почувствовал, как усталость наваливается на него. Сегодня был длинный, сложный день, и ему пора отдохнуть. Но какой сон в больничной палате? Большинство пациентов легко заснет, обсудив последние новости, а он будет ворочаться полночи. Потом на рассвете дремота одолеет его, а утром придет медсестра. Надо заставить себя поспать, ведь завтра у него много дел. Андрей был абсолютно уверен в том, что утром он покинет больницу.