Павел Чук – Первый среди равных. Служа Империи (страница 3)

– Слушаю.

– Свой план я бы хотел представить сначала генералу и тем офицерам, кого он посчитает нужным пригласить, а потом…

– Я вас понимаю, полковник, – не скрывая ехидства ответил начальник штаба, – есть ещё какие-то просьбы?

– Да, нужна ещё одна карта более крупного масштаба.

– Это не проблема, я распоряжусь, – всё также с ехидной ухмылкой на лице ответил штабс-полковник Нарсин. – Как понимаю, не стоит уговаривать принять предложение генерала?

– Совершенно верно.

– Тогда позвольте удалиться. Карту сейчас вам доставят, – ответил начальник штаба и в хорошем расположении духа удалился.

«Во, как его распирает от счастья, с чего бы это?!», – думал, вновь усаживаясь за бумаги. Через несколько минут лейтенант Красс принёс карту, разложил на столе, и я углубился в изучение.

Выступ, что проглядывался на главной генеральской карте при другом масштабе выглядел совсем иначе. Я даже сравнил карты и даты их составления и убедился, что глаза меня не обманывают. Исходя из той, что использовал генерал, занятые сенарцами позиции выглядели монолитно, с чёткой границей занимаемых территорий, а вот представленная начальником штаба карта обладала существенными отличия. Имелись небольшие всего в пару километров, но бреши в обороне, пустующие, незанятые как нашими, так и войсками противника населённые пункты. Называть их не только городами, но и сёлами было бы опрометчиво. На карте меньшего масштаба, используемой генералом, они были и не обозначены, не были отмечены некоторые дороги, водные препятствия, что существенно меняло общую картину.

– М-да, – произнёс, откинувшись на спинку кресла, – интересно получается. При планировании генерал использует карту, что не вполне точно отражает ситуацию на фронте. Он думает, что перед ним сплошная линия обороны, все подступы заняты противником, что необходимо большое количество сил, чтобы пойти на прорыв, а на самом деле… Хотя, какой прорыв. Он думает только о генеральном сражении или как сохранить армию, не дав противнику продвинуться дальше, но ведь это действительно шанс… – я заторопился, застёгивая мундир.

– Адъютант!

– Я здесь, господин штабс-полковник, – отозвался лейтенант Красс.

– Проводи меня к начальнику штаба.

Шёл по коридорам, обратив внимание, что теперь на каждом повороте стоит часовой и слишком мало военных встречается на пути, обратился к лейтенанту:

– Красс, когда усилили охрану?

– Сегодня в ночь поступил приказ генерала. Выставлены дополнительные караульные на этажах и в холле оборудован стационарный пост с посыльными. С сего утра внутрь на второй и третий этаж можно попасть только с сопровождающим или по письменному разрешению коменданта.

– Хоть это радует, – пробурчал себе под нос, продолжая идти за лейтенантом. За малое время нахождения в штабе я плохо ориентировался в здании и не знал куда идти.

– Проходите, – адъютант открыл дверь, приглашая войти. Как и предполагал, это оказалась приёмная, где находившийся там офицер тут же подскочил с места. Думал опять придётся чуть ли с боем пробиваться к заветному телу, но всё оказалось проще.

– Штабс-полковник Мирони, полномочный представитель Императрицы к господину штабс-полковнику Нарсину, – вместо меня отрекомендовал лейтенант Красс.

– Подождите, я доложу, – недолго поколебавший сообщил адъютант и через минуту я вошёл в кабинет.

– Не ожидал, что так скоро придёте, передумали? – излучая довольство, произнёс штабс-полковник, – пойдёмте поговорим в тишине.

Большое, не уступающее в размерах генеральскому кабинету помещение уставлено столами, где, склонившись над ними, корпели солдаты и офицеры. Меж рядов туда-сюда сновали посыльные передавая какие указания.

– Я думал, что вы после обеда придёте, – оказавшись в небольшом уютном кабинете, первым заговорил полковник.

– Извините, не понял, – опешил я.

– Так, вы же пришли сообщить, что обдумали предложение генерала и соглашаетесь представлять нашу доблестную армию на официальной церемонии коронации Императрицы Линессы Первой.

– С чего вы взяли? Я пришёл по другому поводу.

– Да? – от удивления глаза полковника расширились и лучащееся счастьем выражение, будто он в лотерею выиграл корову, медленно стало спадать с лица.

– Именно так. Я, изучая карты, заметил некоторое несоответствие в дислокации сил противника, которое хотел прояснить.

Надо отдать должное штабс-полковнику. После моих слов он подобрался. Превратился из нарочито беспечного, добродушного человека в серьёзного, делового офицера.

– Адъютант! – выкрикнул Нарсин и тут же в помещение вошёл офицер. – Говорите, штабс-полковник.

Я покосился на подобравшегося младшего офицера, что было примечательно, он был вооружён.

– Не стесняйтесь, лейб-капитану Ватонсу я полностью доверяю.

– При изучении карт разных масштабов, имеется расхождение в дислокации войск противника, некоторые населённые пункты… – начал осторожно, издалека, но меня перебили.

– Разрешите уточнить, – вступил в разговор лейб-капитан.

«А не простой это адъютант, – сделал для себя пометку, – перебить высшего командного офицера».

Нарсин кивнул, а Ватонс продолжил:

– Какой именно масштаб карт вы изучали? Имеются специфические особенности в обозначении для каждой группы. Допустим, – продолжал лейб-капитан, – на карте мелкого масштаба обозначается диспозиция сил исходя из пренебрежения пятнадцатью-двадцатью километрами. На карте крупного масштаба эта неточность нивелируется до трёх-пяти километров. Одновременно к каждой карте готовится и прилагается пояснительная записка, поясняющая обозначения, состав и другие имеющие на момент составления сведения.

– Пояснительная записка? – задавая вопрос я посмотрел сначала на лейб-капитана, потом на штабс-полковника. А ведь никакой пояснительной записки к карте мне не доставили, ни к первой, что получил сразу, как только принялся за подготовку плана, ни ко второй, что выпросил у начальника штаба.

– Благодарю, капитан, свободен, – кивнул полковник, а я продолжал смотреть на него обдумывая: умышленно мне предоставили неполные данные о противнике, о дислокации, составе наших войск или это всё-таки досадная оплошность. – Давайте присядем, –обращаясь ко мне, произнёс начальник штаба.

Я воздержался от гневной речи, ожидая объяснений. Штабс-полковник умный человек и понимал, что указ Императрицы, с которым я прибыл ставит меня на ступеньку выше его должности, а может и выше самого командующего армией. И появись желание, доставить большие неприятности мне не составит особого труда.

– Я понимаю ваше недоумение, но…

– Договаривайте, полковник.

– Мы не рассчитывали, что ваше рвение всерьёз. И я, и генерал, и ещё некоторые офицеры думали, что штабная работа вам наскучит, а зная ваше не военное образование и, извините, мягко сказать отсутствие опыта планирования и руководства операциями выше взвода, то ваши предложения окажутся или невыполнимыми, или повлекут большие ненужные жертвы.

– Из-за этого мне не предоставили полную информацию? Согласитесь, полковник, оправдание выглядит неубедительно. Я бы понял, когда, обладая всей полнотой информации представил на обсуждение провальный план, но сейчас.

– Вероятно вы правы… – полковник говорил, используя общие фразы, но что резануло слух, он не извинялся за допущенное упущение. – В качестве примирения, если вам необходим опытный в штабной сфере помощник, могу вам его предоставить.

– Кто этот лейб-капитан Ватонс? – задал интересующий вопрос. Пространные разговоры начальника штаба меня не убедили, но и накалять обстановку я не хотел. Сегодня вечером предстоит серьёзный экзамен и не столько как солдата, но как командира и доверенное лицо Императрицы, что в корне меняло дело. Командовать армией, да что говорить, для командования полком нужен опыт и не только боевой, но и штабной. Я миновал эти ступени, когда после командира роты моя карьера резко пошла вверх, но всё это не то. Опыта планирования крупных операций, где только с одной стороны принимают участие несколько дивизий у меня не было.

– Минос Ватонс мой личный помощник, он отвечает за анализ поступающих сведений.

«Аналитик, – обрадовался я. – редкая и скорее всего единичная профессия в существующей структуре армии».

– Я бы хотел…

– Не отдам, – резко перебил меня полковник.

– Вы не дослушали. Я бы хотел, чтобы Минос Ватонс помог мне сформировать мой план на бумаге, подготовить соответствующие карты и… это не просьба, а приказ, – привёл последний довод начальнику штаба. Забирать надолго опытного, проверенного и владеющего всей текущей информацией офицера я не собирался, – он мне нужен всего на сутки, а лучше вместе с его подчинёнными. Времени осталось слишком мало, уже полдень, а работы ещё предстоит много, – смягчился в конце, давая понять, что от своего не отступлюсь, но и приложу все усилия, чтобы получить своё.

Долго мы смотрели друг другу в глаза, не отводя взгляда, но на второй минуте гляделок взгляд Нарсина дрогнул. Не знаю, какие после нашего разговора он сделал выводы, но до завтрашнего утра в моё распоряжение отошла его комната отдыха, располагавшаяся в крыле штаба армии и почти весь подчинённый ему личный состав.

Радоваться малой победе не стал. Вызвал лейб-капитана Ватонса и обрисовал в общих чертах своё видение ситуации. Он внимательно выслушал меня, иногда задавая уточняющие вопросы: