Павел Чук – Первый среди равных. Служа Империи (страница 2)

– Как скажите, к утру сводку для вас подготовят, – хотел отмахнуться от меня офицер, давая понять, что мне здесь делать нечего, а передо мной возникла дилемма: пойти на конфликт с заслуженным генералом или проглотить выказанное недовольство нахождением столичного выскочки в штабе армии.

Выскочкой я себя не считал. Награды, полученные за недолгое время службы заслужены и я, не обращая на тон и с каким выражением лица были сказаны генералом последние фразы подошёл к столу. Стоявшие подле офицеры нехотя расступились.

– Знаете, штабс-генерал. Один из великих людей как-то сказал, что действующие генералы готовятся к прошлой войне.

– Вы смеете обвинять генерала?! – встрял в разговор один из офицеров. К сожалению, мне не представили присутствующих, что было одним из проявлений неуважения.

Я обернулся к говорившему. Немолодой в годах мужчина лет пятидесяти в чине штабс-полковника. Он невысокого роста, коренастый, с залысиной на голове. Будь моложе лет так на двадцать он бы не посмотрел на строжайшее повеление Императрицы о запрете дуэлей и ни секунды не сомневаясь вызвал бы меня на поединок, но годы берут своё…

– Наши действия рассудит история, а высказывания мудрого человека прошли проверку временем, – ответил резко, смотря прямо в глаза оппоненту и не давая тому перехватить инициативу, да что скрывать, боялся, что тот наделает глупостей, а-то было видно в его глазах как закипает злость, немедля продолжил, – в чине лейб-капитана я командовал ротой. Мне поставили задачу пройтись по тылам противника и провести ряд диверсий. Думаю, слышали от соседей. Это была моя инициатива, но я не об этом. Мы опоздали. Враг первым прошёлся по нашим тылам и нарушил снабжение. Хорошо, что последствия оказались не такими серьёзными, как следовало ожидать.

– Господин генерал, в общевойсковой сводке об этом имелась информация, я вам докладывал, – на молчаливый вопрос ответил один из офицеров.

– Штабс-полковник, извольте пояснить, к чему это предисловие?

– К тому генерал, что будь у меня даже не рота, а всего лишь взвод гвардейцев с кем я ходил по тылам, то меньше чем за час я бы захватил весь штаб со всей документацией. Мне бы даже уходить не пришлось. Да, мы бы все погибли, но обезглавленная армия противника стоит героической гибели.

– Я не понимаю вас полковник, – во взгляде генерала промелькнула обеспокоенность.

– Как понимаю, штаб обсуждает план весенне-летней кампании, готовит генеральное сражение.

– Совершенно верно, мы…

– Это не вопрос, а констатация фактов. Противник так же готовится, но вопрос к чему? Вы подумали? Зачем ему давать генеральное сражение армии, если он в состоянии одним рывком достичь столицы и окружить её??? Вы давно смотрели на карту? Я только мельком взглянул и понял…

– Что вы поняли, штабс-полковник?! Считаете, что мы тут только штаны просиживаем и ничего не делам?!

– Генерал, позвольте объяснить, – не дожидаясь позволения, взял из рук одного из офицеров указку и склонился над картой. Сложившаяся ситуация меня не радовала, и я одновременно не понимал, почему опытнейший генералитет не видит нависшую угрозу. Чёткой линии фронта как таковой нет. Отметки о расположении частей на карте выглядят лоскутным одеялом. То там небольшая область занята нашими войсками, то пустующее ничейное место, то скопление расквартированных на зимних квартирах сенарцев. Но что мне сразу бросилось в глаза – это осевое расположение основных, самых боеспособных частей противника. Они словно основная ветвь древа пронизывало территорию, пуская щупальца-ветки в разные стороны, занимая, подминая под себя соседствующие области. И если продлить воображаемую ось, то она своим лучом упрётся в столицу Империи. Но самое интересное, именно на пути этой воображаемой оси основные дороги, без которых передвижение пеше-конной армии невозможно, – смотрите, – я ткнул и провёл указкой указывая на концентрацию сенарцев, – здесь сосредоточены основные, самые боеспособные части. И не надо говорить, что зима была тяжёлая, они измотаны и прочее. Я был у них в тылу и видел, какова организация в войсках противника. Не надо недооценивать их силу. Ещё, – я обвёл выступ, – судя по карте, противник углубился примерно на пятьдесят-шестьдесят километров, растянув обозы.

– Совершенно верно, углубился на пятьдесят пять километров. Ширина занятого плацдарма сорок километров. Заняты… – согласился кто-то из офицеров, но его перебил генерал.

– Мы как раз обсуждали, – начал Венсатин, – что хорошо бы уплотнить оборону…

– Не надо уплотнять! Надо ударить!!! – перебил генерала. Тон с каким было сказано даже меня удивил, а офицер, стоявший рядом со мной, отшатнулся. – Они сметут или скорее всего обойдут выставленные заслоны. Разве не видно, что их основная цель – столица. Один недельный рывок, и они достигнут основной дороги, ведущей к Тиносванне и тогда путь на столицу будет открыт.

– Но позвольте, это уже западное направление, и они…

– Врагу всё равно, чьё направление, какой фронт, кто командующий. Они ударят им в тыл, если захотят конечно, – прервал кого-то из офицеров. Очень неприятно общаться, не зная имён или хотя бы должностей тех, с кем говоришь о серьёзных вещах. Одно обрадовало, что меня слушали, погрузившись в задумчивость, а я продолжал, – в прошлом году зима была ранняя, противнику не хватило нескольких недель, чтобы завершить их план, – в последнем предложении высказал своё предположение, но его никто не опроверг. Каковы зимы в этих широтах я не знал, но судя по фактической расстановке сил сенарцам действительно не хватило совсем чуть-чуть… Эх, хорошо было быть простым солдатом. Приказали – пошёл. Приказали – остался в обозе. А тут, увидев пусть не всю картину, но бо́льшую её часть я осознал, что следующий год действительно станет решающим для Империи и молодой Императрицы, и не зря Доанна Первая пошла на переговоры с врагом, захватившим треть Империи. Она видела нависшую угрозу.

– Что конкретно вы предлагаете, штабс-полковник?

– Мне нужны сутки, чтобы подготовить план контрнаступления. И если не затруднит, представьте присутствующих, – ответил генералу.

Глава 2

Перебираться в отведённый мне для проживания дом я отказался. По крайней мере в ближайшие сутки. По поручению генерала мне отвели комнату в штабе на втором этаже, где я засел за изучение дислокации и приставили адъютанта – того самого молодого лейтенанта, что встретил в холле.

– Господин штабс-полковник, завтрак готов, – оторвал меня от изучения полученных за последние несколько недель сводок адъютант. Зарывшись в бумаги, анализируя большой объём информации я и не заметил, как прошла ночь.

– Хорошо лейтенант, – согласился с адъютантом. Мозги просто кипели от усвоенной информации. Ладно была б она по делу, но приходилось выуживать из гигантского объёма информации: ежедневных докладов из частей, отчётов о приходе-расходе продовольствия, убытия-прибытия солдат с лечения, расходе боеприпасов то, что я искал. А искал не много ни мало боеспособные части, чтобы смогли воплотить мой безумный план в жизнь.

Конечно, во время представления высших офицеров я интересовался ситуацией в вверенных им частях и все офицеры, как и ожидал с невозмутимой уверенностью заверили меня о высокой боеспособности и полной готовности к началу летней кампании. Но погружаясь в сводки, изучая листки убытия обнаружил, что слишком много солдат банально больны простудой. В некоторых полках четверть находится в лазарете, а остальные ещё полностью не восстановились после лечения. Тешило только одно, я надеялся, что похожая ситуация и в стане врагов.

Уселся за стол. Адъютант суетился, расставляя приборы как в дверь постучали.

– Разрешите? – не дожидаясь ответа вошёл штабс-полковник Нарсин, начальник штаба армии.

– Проходите полковник, завтракать будете? – из вежливости осведомился. Выделенное мне во временное пользование помещение состояло из одной комнаты, а принимать пищу под взором так не вовремя вошедшего человека было неуютно.

– Благодарю, но откажусь. Я к вам по делу.

– Слушаю, – отставив тарелку, встал из-за стола. Адъютант, надо отдать должное оказался расторопным солдатом, быстро убрал посуду и удалился.

– Пришло приглашение в столицу на церемонию коронации и генерал оказал мне честь сообщить, что в числе основных претендентов рассматривает вашу кандидатуру.

– Благодарю, но откажусь от этой чести, – ответил припоминая, что с моим багажом в карету загрузили небольшой пакет, опечатанный Императорской фельдъегерской службой. «Наверно я сам и доставил приглашение», – подумал, ухмыльнувшись. Не успел прибыть, как генерал хочет, чтобы я вновь вернулся в столицу подальше от его вотчины. Вполне такое логичное объяснение его действиям, но как будет выглядеть такое скорое возвращение в глазах Линессы. Она лично отправила меня на одно из самых угрожающих направлений, а я при первой возможности сбежал. –У меня строгий наказ Императрицы.

– Да-да, конечно. Требуется какая-либо помощь? На вечер генерал приказал собрать всех командиров от полка и выше.

– Хорошая идея, – поколебавшись ответил начальнику штаба. В моей голове основные тезисы плана сформировались, оставалось дело за деталями. А не владея фактическим положением дел можно попасть впросак. На бумаге, в отчётах всё выглядит не так уж и плохо, это я сгущал краски, но реальность могла оказаться далёкой от истины. – У меня есть просьба.