Павел Булах – Город людей. Воздушный замок из песка (страница 12)

Тепло первого этажа, наполненного суетящимися работающими людьми, подействовал на Эрвина ободряюще. Как только он поднялся на этаж, то мгновенно ощутил на себе мимолётные, а иногда и пристальные взгляды сотрудников. Со всех сторон летели едкие высказывания, но слишком неразборчивые слова отказывались восприниматься уставшим, воспалённым мозгом Эрвина. Едва преодолев половину зала, до слуха начал долетать громкий возмущённый крик Голтема. Парн с кем-то ожесточённо спорил, особо не стесняясь в выражениях и высказываниях. И как не старался Эрвин, ему не удалось заблокировать долетавшие до него обрывки фраз.

– Лично я не очень понимаю, почему именно ему доверили это задание!

– Ты решил при мне осуждать мои указания? Смело.

– Да, он был отличным работником у себя, но наша действительность требует другого подхода! Мы общались недолго, но мне хватило этого общения, чтобы понять про него кое-что. Я начну с того странного случая. «Красная Лепидора». Всем знакомое заведение? – Парн быстро обвёл всех присутствующих взглядом, некоторые из коллег ехидно прятали улыбки и резко опускали головы. – Я оставил его на минуту в компании посторонней женщины. А когда вернулся, то застал Лукса с окровавленными руками. Женщину до сих пор так и не нашли! Что там случилось, а? Лукс ничего не говорит по этому поводу и никак не комментирует произошедшее! Как удобно, а!

– И что, нет свидетелей? Тело ведь не так просто спрятать. Тем более в незнакомом помещении.

– Ни свидетелей, ни тела! А дальше был визит к Рюго. Это мерзкий, отвратный тип, но, тем не менее, я попытался найти с ним общий язык, попытался наладить сотрудничество. Эрвин отличился и тут, – зло выпалил Голтем, указывая куда-то в сторону. – Он выкинул в окно одного охранника. Бедолага умер в страшных судорогах! Но это уже произошло при свидетелях. После подобных событий у меня сложилось впечатление, что от Лукса просто избавились! Кто-то знает, что он там делал? Кто-то был свидетелем его великих свершений?! И сейчас у нас очень интересная ситуация. Шесть трупов и ни одного виновника. Но я вам его укажу. Виновен в их смертях Лукс. Он и только он. Ах, да! – Парн вспомнил про свой истлевший окурок и нервно заткнул его в импровизированную пепельницу. – Я же совсем забыл про эти замечательные показания. Вы уверены, что именно это он бормотал, когда всё случилось?

– Уверены, да. Слово в слово, – охотно подтвердили наёмники, выстроенные вдоль стены.

– Ты хочешь сказать, что Эрвин убийца? И он убил на задании шесть человек? – спокойно спросил Брин, вытирая платком вспотевшие очки.

– Я хочу сказать Брин, что его руководство привело к этому! – Изрядно взлохмаченный, замученный Голтем всматривался в уставшие глаза окружающих его коллег.

– Смелое обвинение. Только я не понимаю, на чём оно строиться, – сухо вставил Марвис и начал поднимать своё грузное тело на ноги. Раздался треск страдающего кресла, а через секунду Брин помог своему начальнику, ухватив того за локоть.

– Послушай, Марвис, я тоже хочу во всём разобраться! Когда вы нашли его возле тела Чарли, он сказал, что убийца выпрыгнул в окно. Так? – Голтем взял изрядно помятый листок бумаги и окинул быстрым взглядом написанный на нём текст. – Потом он добавил, что кто-то перепрыгнул на противоположное здание и уполз по стене. Так? А потом выяснилось, что он сделал в него три выстрела, и все три угодили в цель. Так? Я думаю, Лукс опасен. Я думаю, что от него избавились из-за его проблем с головой! И эти показания, и непосредственные свидетели его слов лучшее подтверждение моим обвинениям!

Марвис Лиздер пристально посмотрел на всех присутствующих, состроил задумчивую гримасу и молча ушел в соседнее помещение. Парн проводил начальника недовольным взглядом, хлопнул рукой по столу, припечатывая к нему мятый лист с показаниями. А затем он поднялся и стремительно покинул комнату. Яростно распахнув дверь, он обнаружил стоящего за ней Лукса. Голтем никак не отреагировал на его появление и молча ушёл прочь.

Эрвин не заметил этого манёвра и молча вошёл в кабинет, чувствуя на своей спине любопытные взгляды коллег. Оказавшись в хорошо освещённом помещении в окружении аккуратно одетых сотрудников, стал слишком заметен жуткий вид Лукса. Одежда мужчины была в ужасном состоянии. Грязь и пятна крови разукрасили мятую одежду мерзким, отталкивающим узором. Лицо Эрвина, хоть и немного умытое, носило на себе остатки ужасной ночи. Растрёпанные редкие волосы также слиплись и торчали во все стороны жуткими сосульками. Дверь соседнего кабинета снова открылась, в дверном проеме показалось освещённое ярким светом лампы брюхо начальника. Марвис Лиздер медленно ввалился в помещение, держа в коротких толстых пальцах огрызок сигареты. Он нехотя закрыл за собой дверь, показав всем присутствующим свою изрядно вспотевшую спину, а затем посмотрел на Эрвина и протянул ему руку.

– Присаживайся. Закуришь? Я ознакомился с показаниями твоих коллег. Ты подтверждаешь их?

Бледный как полотно, Эрвин в сотый раз корил себя за такую откровенность с подчинёнными. Но в тот ужасный для него момент его разум находился в каком-то ступоре и просто отказывался мыслить рационально. Эрвин не помнил своих слов, но помнил, что изо всех сил старался описать всё, что с ним тогда произошло, словно от этого зависела его жизнь. Сейчас он и сам себе бы не поверил, тем более, что нет ни единого факта, хоть как-то доказывающего его правоту.

– Шесть изувеченных, изуродованных тел. Виновник не просто не найден, даже не выявлен. Что сказать людям? Как объяснить? Рассказать всем этот бред про твоего невероятного убийцу?

– Я понимаю всю глупость ситуации, но… Я говорю правду, – обречённо пробормотал мужчина. Всю непростую беседу Эрвин сидел неподвижно, а сигарета в его бледных пальцах успела истлеть и обжечь ему кожу. Но мужчина, погруженный в свои проблемы, этого даже не заметил. – Я говорю правду. Я стрелял в него. Я простелил ему голову. На мне его кровь! – Эрвин с надеждой смотрел на окружающих его коллег, заранее понимая, что они ему не поверят.

– Вызовите сюда Колладс. Пусть Рена возьмёт образец этой крови. Хоть какое-то, но доказательство.

– Я найду её, – резво сказал Брин, поправляя на ходу очки, и вылетел за дверь. В общем зале раздался его властный, немного визгливый голос.

– По-видимому, наш новый сотрудник перетрудился, перенервничал, – медленно, словно после сытного ужина, начал вываливать слова Лиздер. – Такое бывает. Переезд, нервы, стресс. Сейчас очень тяжелое время. Всем нелегко. Приведи себя в порядок, приятель. Ты должен это сделать, если хочешь дальше помогать нам и наводить порядок в этом городе. И я рекомендую прекратить рассказывать о бегающих по стенам людях. Ты меня услышал? – Крошечные глазки Марвиса буравили Эрвина, словно желая прочесть мысли собеседника. – Иначе кто-то может усомниться в твоём психическом здоровье. Нам бы этого не хотелось. – Мужчина влажно чмокнул губами, аккуратно снял очки и стал медленно пятиться к двери. – Советую вам хорошенько отдохнуть и забыть об этом инциденте. Через месяц буду ждать тебя в своём кабинете. Разумеется, ты можешь жить на третьем этаже ещё две недели, пока не подберёшь себе новое жильё. И я надеюсь, что ты в скором времени поправишь своё умственное и физическое здоровье, и мы продолжим сотрудничество, – будничным тоном закончил начальник. Последние несколько фраз Марвис сказал, находясь по ту сторону двери, так что окончание беседы стало известно всему залу.

Эрвин терпеливо дождался, пока женщина в халате возьмёт анализ крови с его одежды. Он старался не смотреть в её заплаканные зелёные глаза. Эрвин понимал, какие чувства должна испытывать женщина, у которой отобрали любимого человека. Через десять минут Лукс позорно вышел из кабинета, стараясь не смотреть никому в глаза, и направился на третий этаж. Но при всём его старании ему всё же удалось поймать на себе несколько враждебных взглядов. Несколько людей со страхом бросились от него прочь, едва он вышел из кабинета, другие смотрели, не скрывая своего презрения. Именно этот человек стал виновником смерти шести их коллег. Именно этот пришлый чужак провалил пустяковое задание и потерял половину своей группы. Подобные сообщения читались на лицах тех коллег, с которыми Эрвин успел пересечься взглядом. Последние несколько метров зала Лукс пробежал, закрыв глаза и лицо руками. Его позорное бегство остановилось только возле душевой кабины. Он начал яростно срывать с себя мерзкие, покрытые кровью и позором тряпки. А затем Эрвин влетел под душ, включил ледяную воду и стиснул зубы, чтобы не закричать. Прохладные струи и ощущение бесконечного потока воды над гудящей головой начали приводить разум в порядок. Струи воды омывали покрытое синяками и многочисленными шрамами тело Эрвина. За несколько дней в этом городе он успел изрядно похудеть, и теперь к ожогам и ссадинам добавились ещё жуткие, проступающие через кожу рёбра.

– Эрвин? Ты тут? – где-то далеко раздался голос Конти. Дверь душевой кабины приоткрылась, сначала в проеме возникла копна каштановых волос, а затем бездонные глаза жены обеспокоено взглянули на мужа. – Ты как?

– Изо всех сил пытаюсь смыть свой позор и кровь людей, которые от этого пострадали, – прорываясь через шум воды, прохрипел Эрвин. Сперва он бросил беглый взгляд на жену, но затем отвернулся и старался больше на неё не смотреть.