Павэль Богатов – Когда отключат интернет (страница 3)

Но когда он выглянул в окно, он увидел, что во дворе – люди. В час ночи. Они стояли группами, смотрели в телефоны, жестикулировали. Кто-то пытался завести машину и не мог – сигнализация блокировала двигатель, а снять блокировку можно было только через приложение, которое не работало.

Антон включил телефон. Тот долго искал сеть, потом показал отсутствие сигнала.

Он оделся, спустился во двор. Холодный ветер с Москвы-реки дул в лицо. Антон подошёл к группе людей.

– Что случилось?

– Интернет пропал, – сказал парень в спортивном костюме, лет двадцати пяти. – Связи нет, деньги не снять, метро не работает.

– Свет есть? – спросил Антон.

– Свет есть. А интернета нет.

Антон кивнул. Он посмотрел на свой автомобиль – старенький «Логан», без всяких электронных ключей, обычная механика. Машина завелась с полоборота.

Он достал из бардачка бумажную карту Москвы, которую купил год назад в книжном магазине. Продавщица тогда удивилась: «Зачем вам бумажная? У вас же навигатор в телефоне». Антон не ответил. Он просто любил карты. Любил чувствовать бумагу под пальцами, видеть улицы целиком, а не кусочками, которые выдает приложение.

Сейчас он развернул карту на капоте. Вокруг собрались несколько человек.

– Вы что, на карте смотрите? – удивился парень в спортивном костюме. – У вас есть бумажная карта?

– Есть, – сказал Антон. – Вам куда?

– Мне в Бутово, – сказала девушка. – Я на такси ехала, но таксист сказал, что у него навигатор не работает, он не знает дороги. Вывел меня у метро и уехал. А метро закрыто.

– Садитесь, – сказал Антон. – Я вас довезу.

Девушка посмотрела на него с недоверием.

– А вы знаете, как в Бутово ехать?

Антон кивнул. Он знал. Он знал этот город так, как знают его единицы: не через экран, а через дороги, дворы, эстакады, перекрёстки. Двадцать лет за рулём, из них пятнадцать – без навигатора.

Они сели в машину. Антон завёл двигатель. Выехал со двора и повернул налево, туда, где горел зелёный свет светофора. Светофоры работали – они были автономны.

– Как вы ориентируетесь? – спросила девушка.

– По улицам, – сказал Антон. – Сейчас мы выедем на Волгоградский проспект, потом на МКАД. А оттуда – по указателям.

– А указатели есть?

– Есть. Мы просто перестали их замечать.

…

В 02:00 Святослав проснулся.

Его разбудил странный звук – не писк телефона, не голос ассистента, а тишина. Именно тишина была слишком громкой. Он протянул руку к тумбочке, взял телефон. Экран не загорался. Он нажал кнопку – ничего. Поставил на зарядку. Через минуту телефон ожил, но показывал «Нет сети».

Святослав сел на кровати. Он провёл рукой по лицу, пытаясь проснуться окончательно. Включил ночник – тот загорелся, значит, электричество есть. Встал, прошёл на кухню. Умный чайник не реагировал на голос. Он включил обычный электрический чайник – тот закипел.

Он взял телефон, попытался зайти в мессенджеры. Бесконечная загрузка. Попытался позвонить матери. Вызов не проходил.

Тогда он оделся, вышел на лестничную клетку, спустился пешком (лифт работал, но он хотел пройтись) и вышел во двор. Ночь была холодной, ясной. Луна висела над домами, и было видно звёзды – то, что в Москве обычно скрыто за смогом и световым загрязнением.

Во дворе стояли люди. Кто-то курил, кто-то сидел в машинах, пытаясь зарядить телефоны. Святослав подошёл к подъезду соседнего дома, где жила мать. Набрал код домофона. Домофон не работал – он был привязан к городской цифровой сети.

Он постучал в дверь подъезда. Ему открыла соседка снизу, которая выходила выносить мусор.

– Ой, Святослав, а у нас связи нет! – воскликнула она. – Телефоны не работают!

– Я к маме, – сказал он.

Он поднялся на третий этаж, постучал в дверь. Мать открыла почти сразу – она не спала.

– Слава, – сказала она спокойно. – Свет есть, газ есть, вода есть. А интернет пропал. Я уж и по стационарному пробовала звонить тебе – тишина.

– Стационарный тоже не работает?

– Не знаю. Может, просто линия перегружена. Люди-то все звонят.

Они прошли на кухню. Мать поставила чайник на газовую плиту – обычный, свистящий. Достала пирог с яблоками, который испекла днём.

– Садись, – сказала она. – Поешь.

– Мам, я не голоден.

– Поешь, говорю. Всё равно сейчас ничего не сделаешь. Сядь.

Святослав сел. Мать налила чай в кружку. Они сидели в тишине, нарушаемой только тиканьем настенных часов. Святослав вдруг понял, что не слышал этого звука очень давно – часы всегда заглушались шумом уведомлений.

– Что случилось-то? – спросила мать. – Война?

– Не знаю, – сказал Святослав. – Сбой, наверное. Технический.

– А-а-а, – протянула мать. – Ну, если технический, то починят.

Она говорила так, будто речь шла о прорванной трубе или отключении горячей воды. Для неё это было явление того же порядка – неприятное, но переживаемое. Святослав вдруг остро ощутил разницу между ними. Для него отсутствие интернета было как потеря конечности. Для неё – как дождь, который идёт, но когда-нибудь кончится.

– Мам, – сказал он. – А ты помнишь время без интернета?

– Помню, – она улыбнулась. – Я вообще без интернета родилась. Мы жили, знаешь, неплохо. Ходили друг к другу в гости, писали письма, читали книги. Твой отец, царствие небесное, все газеты выписывал. Вечером садились, обсуждали.

– А сейчас? – спросил Святослав.

– А сейчас ты в телефоне сидишь, – сказала мать без осуждения, просто констатируя факт. – Я тебя иногда вижу только, когда ты на кухню заходишь.

Святослав замолчал. Он посмотрел на свои руки. Они были пусты – без телефона. Он почувствовал странное ощущение, похожее на зуд. Руки сами тянулись к карману, где лежал смартфон. Но там не было сети, и он понимал, что доставать его бессмысленно.

– Слава, – сказала мать. – Ты иди домой, выспись. Утро вечера мудренее. Если что, я здесь.

Он кивнул, поцеловал её в щёку и вышел.

На улице было уже около трёх ночи. Люди во дворе не расходились. Они стояли, пытаясь поймать связь, поднимая телефоны к небу, как молящиеся. Кто-то плакал. Кто-то громко ругался.

Святослав подошёл к своей машине – электромобилю. Он попытался открыть её с телефона, как делал всегда. Приложение не загружалось. Он вспомнил, что у него есть физический ключ – тот, который он носил в бардачке на всякий случай и ни разу не использовал. Он нашёл ключ, открыл дверь механически.

Сел внутрь. Машина была тиха. Электромобиль не издавал звуков, но приборная панель загорелась. Уровень заряда – 78 процентов. Этого хватило бы на пару дней езды, если бы не холод.

Он завёл машину, включил печку. Вместо того чтобы ехать домой, он остался сидеть. Смотрел на двор, на людей, на луну.

Его телефон, лежащий на пассажирском сиденье, вдруг завибрировал. Святослав схватил его. На экране высветилось: «Обнаружена сеть Wi-Fi». Но подключиться не удалось.

Это был последний всплеск.

Потом телефон погас окончательно.

…

В 04:00 Надя проснулась.

Её разбудил не будильник – будильник не прозвенел, потому что телефон разрядился. Её разбудил инстинкт. Она открыла глаза и первым делом потянулась к телефону.

Экран был чёрен.

– Что за… – она нажала на кнопку. Ничего. Поставила на зарядку. Минуту спустя телефон показал иконку батареи, но сеть не ловил.

Надя вскочила. Она подбежала к окну. На улице было темно, но горели фонари. Свет был. Она подошла к ноутбуку – тот не показывал Wi-Fi.