Павел Бебнев – Вальё (страница 13)

– Не знаю, может, девичья фамилия матери, или какой-то герой.

– Это не так важно. Есть кое-что еще. Я спросил про номер, убирали ли его после того, как Саймон покинул отель. Девушка сказала, что, разумеется, номер уже убрали, как и положено, в нужный час. Но я надавил еще немного, и оказалось, что номер еще не убирали. Думаю, тебе это понравится.

– Да, может, что-нибудь и найдем. Но зачем же ты так грубо с девушками? Купер, именно поэтому у тебя и нет жены.

– Ты обходишься с ними мягче, Лесли, но и у тебя нет жены. Беру пример со старших.

– Жена у меня была, просто… не сошлись характерами. И она улетела куда-то на острова… Купер, понимаешь, сложно мне было изо дня в день возвращаться домой, в рутину. Наши отношения удерживала на плаву только работа и… Сара. Но и это не спасло. Не хватало мне свободы.

– Лесли, этот разговор не для телефонного звонка, оставим его для парочки кружек пива.

– Пары-тройки.

– А дальше как пойдет.

– Другой разговор, Купер, это мне уже нравится. Как только найдем Саймона. Будет что отметить.

– Только за Трейси приглядывай и держи меня в курсе.

– Будет исполнено, до встречи, Купер.

– Удачи.

Самый ближайший рейс, на который удалось купить билеты, отходил через четыре часа. Было время немного поспать. Тревога Балма слегка улеглась, и он последовал ее примеру.

Через три часа капитан уже двигался по улице к дому Трейси. Он написал ей сообщение, телефон она не брала, и надеялся, что девушка будет готова к его приходу. Балм поднялся на второй этаж и замер: перед порогом, в небольшой луже крови, лежала мертвая крыса. Входная дверь была слегка приоткрыта.

– Трейси, ты здесь? Трейси, – позвал капитан.

Ответа не было, тогда Балм открыл дверь, достал пистолет, и, аккуратно ступая, прошел внутрь. В квартире царил разгром: повсюду валялись какие-то коробки, битая посуда, на двери виднелась небольшая вмятина. Капитан медленно обошел всю квартиру, но никого не обнаружил. Тогда он достал телефон и набрал Трейси. Из соседней комнаты раздался сигнал. Балм прошел туда. Телефон валялся на полу под пустой полупрозрачной коробкой.

Капитан сбросил вызов и направился к выходу.

– В подъезде есть камеры, нужно получить запись. А еще пообщаться с соседями, может, они что-то видели.

Балм задумчиво крутил в руке телефон Трейси. Что произошло в ее квартире, воры? Но ценные вещи стояли на своих местах, а телефон остался в квартире. Капитан прекрасно знал, что молодая девушка могла расстаться с телефоном только в случае крайней необходимости. Произошло что-то странное. «Интересно, она хоть успела поспать?», – мелькнула в голове несвоевременная мысль.

Записи удалось получить только через полчаса, и снова это была заслуга Купера. Соседи мало что смогли прояснить. Только в двух квартирах в это время находились жильцы. В одной молодая мама с двумя маленькими детьми, в другой старушка. Первая сказала, что ничего не слышала из-за криков детей, был правда один момент, когда звук смог превозмочь крики, и девушка различила сильный удар. Она выглянула на площадку, но на ней было пусто. Крысы рядом с дверью Трейси она не заметила.

Старушка сказала гораздо больше, вообще, поговорить ей явно хотелось, и капитан внимательно ее выслушал. Записи еще добывал Купер, поэтому делать особо было нечего.

Капитан постучал в дверь пожилой дамы. Раздались негромкие шаги, старушка подошла к двери, но ее не открыла.

– Кто там? – спросила она.

– Капитан Балм, следственное отделение, – как можно менее официально ответил Балм.

– Ох, батюшки, полиция, – пробормотала старушка, и за дверью послышалась возня.

Дверь слегка приоткрылась, но все еще была заперта на щеколду, в проеме показалось маленькое лицо старушки.

– А точно из полиции? Ну-ка покажи удостоверение. А то выдумать то вы что угодно можете. Чай форма была бы на тебе.

Капитан слегка улыбнулся и протянул даме удостоверение. Старушка надела очки и внимательно взглянула на него. Удостоверение высунулось обратно, щеколда отворилась, и дверь распахнулась. Квартира была маленькая и уютная. Из кухни раздавался запах пирогов, а из комнаты доносились звуки включенного телевизора. Капитан прошел внутрь.

– Проходи, проходи. Будь как дома. Это ты про сорок седьмую квартиру спросить пришел? А я только вот пироги закончила стряпать. Ко мне должна была прийти подруга, а может и внук заглянет вечером. Ты проходи, проходи, – старушка быстро говорила, но капитан сумел различить почти все слова.

Голос у нее был приятный, она постоянно двигалась, и как только капитан зашел в квартиру, сразу же закрыла за ним дверь, подошла к шкафу и достала с нижней полочки тапки, затем взглянула на огромные башмаки капитана и взяла пару побольше. Проделала она все это так быстро, что капитан даже слегка растерялся. Потом он кашлянул и хотел было сказать, что, пожалуй, постоит на пороге, но потом смутился, взглянув на жизнерадостное лицо и начал снимать обувь. Он решил, что так будет гораздо более уважительно по отношению к старушке. Но и запах пирогов сыграл свою роль. Пахло сладко, то ли малиной, то ли какой-то другой ягодой, этого капитан еще не понял.

Тапочки оказались капитану в самую пору, он их надел и поблагодарил старушку за гостеприимство. Роста она была небольшого, худенькая, маленькая, голова ее была покрыта блестящими волосами, покрашенными в темно-рыжий цвет, на лице сияла легкая улыбка, глаза были голубые и, казалось, тоже улыбались. Капитан поймал себя на мысли, что забыл настоящую цель своего визита. Эта старушка гипнотизировала его своей энергий и будто сияла какой-то неистощимой внутренней красотой, хоть он этого и не мог знать, но чувствовал, ощущал это тепло всем своим существом.

– Спасибо, да. Вы что-то слышали? Подозрительные звуки, крики. Или кого-то видели?

– Я готовила пироги на кухне, слышу, стучит что-то, – она активно жестикулировала руками, а на лице ее отражался весь спектр прочувствованных эмоций.

Капитан невольно улыбался, глядя на нее. Было в ней что-то крайне притягательное. Это ощущение сформировалось в его мозгу в первую секунду, как он зашел в квартиру. Образ этой пожилой женщины, ее добродушный тон, облик квартиры и атмосфера, что царила здесь. Ощущение было необычное, раньше капитан такого никогда не испытывал.

Есть приятные люди, есть добрые, с некоторыми интересно и легко общаться, а здесь было все и сразу. Она притягивала к себе, от нее исходила положительная энергия, ее голос лился трелями летних птиц, а глаза излучали тепло. Капитану хотелось здесь находиться, хотелось слушать ее разговоры, продолжать с ней говорить. Есть места, которые просто не хочется покидать.

Балм понял, что задумался и пропустил большую часть ее рассказа. Пришлось попросить повторить. Старушка улыбнулась и с удовольствием рассказала все еще раз, снова приукрашивая историю эмоциями, словами и жестикуляцией. Балм совсем забыл представиться полностью и сделал это только после того, как она закончила, а потом спросил и ее имя.

Старушку звали Люси Офелин, ей было чуть больше восьмидесяти лет, но выглядела она максимум на семьдесят. Капитан удивился и удивления своего сдержать не смог, как не пытался, когда услышал о возрасте мадам Офелин. Балм оглянулся по сторонам, – к этому моменту старушка уже усадила его за стол, – и увидел рядом с собой, как и по всей квартире, идеальную чистоту. Пол сверкал, в воздухе пахло чем-то приятным, а квартира так и блистала под заботливыми руками мадам Офелин.

Она рассказала о том, что услышала какие-то посторонние звуки и крики из квартиры Трейси, пока пекла пироги. Тогда она выскочила в коридор и заметила, что дверь в квартиру девушки приоткрыта. Она уже собиралась звонить в полицию, но из квартиры выбежала Трейси и покинула дом. Мадам Офелин она не заметила, но, судя по рассказу последней, Трейси была не совсем в порядке. Она дрожала и двигалась очень нервно. Но мадам Офелин этому значения не придала, решив, что девушка просто куда-то опаздывает. Из квартиры больше никто не выходил, старушка постояла еще несколько минут и вернулась к себе. Что дверь осталась приоткрыта, она не заметила – со стороны ее двери этого увидеть было нельзя.

– Потом еще раздался какой-то шум, грохот, но я не уверена, что это происходило в квартире Трейси, ведь она покинула дом, и я решила, что звуки доносятся из соседней квартиры. Знаешь, там живет такой подозрительный тип. Постоянно громко включает музыку и иногда что-то кричит, – сказала мадам Офелин.

– Угу. А когда вы выглянули в коридор, рядом с дверью ничего не лежало?

– Нет, там все было как обычно.

– Может, вы не заметили, все же квартира Трейси находится на другой стороне площадки, – аккуратно спросил Балм.

– Зрение у меня хорошее, – она задумалась, – если бы там что-то лежало, я бы обязательно заметила. Как-то раз я стояла у окна, ждала гостей. Погода была хорошая, и я вышла на балкон. В такую-то погоду побыть на балконе за счастье. И представляешь, различила всех своих гостей c другого конца двора. Но то я в очках была, – добавила мадам Офелин и мягко рассмеялась. – А в другой раз и на часах время не вижу, а часы у меня, знаешь, теперь другие, раньше с кукушкой были, старые, красивые, в другой комнате висят, но сломались, а я их даже и снять не могу, тяжелые заразы. А так приятно под них засыпать было, – она вздохнула и продолжила свою историю.