Павел Басинский – Алиса в русском зазеркалье. Последняя императрица России: взгляд из современности (страница 21)

Затем отправились в Виндзорский замок к бабушке Виктории. В присутствии королевы наследник преподнес невесте подарки от императорской семьи. В основном – украшения с изумрудами и жемчугом, который особенно любила Алиса. Самым роскошным подарком было жемчужное ожерелье, изготовленное Фаберже по заказу Александра III. Оно стоило немыслимых денег – около двухсот тысяч рублей! Это был самый дорогой заказ Фаберже от Романовых.

Королева Виктория качала головой: «Смотри, Аликс, не возгордись».

Узнав, что жених ведет дневник, Алиса начинает делать в нем записи по-английски. Эти записи вполне отражают ее внутренний мир, сентиментальный и несколько экзальтированный: «Много раз целую», «Благослови тебя Господь, ангел мой», «Навсегда, навсегда».

Ему это нравится!

«Une veritable idylle (настоящая идиллия. – П. Б.)», – пишет Николай матери в Россию.

Эту идиллию не нарушает и признание Ники, что у него был роман с Матильдой. Их окончательное расставание случилось, по-видимому, уже после его возвращения в Россию не из Кобурга, как пишет Матильда в воспоминаниях, а из Англии, после того, как он рассказал Алисе о любовном романе с балериной.

”После возвращения Наследника из Кобурга, после его помолвки он просил назначить ему последнее свидание, и мы условились встретиться на Волконском шоссе, у сенного сарая, который стоял несколько в стороне.

Я приехала из города в своей карете, а он верхом из лагеря. Как это всегда бывает, когда хочется многое сказать, а слезы душат горло, говоришь не то, что собиралась говорить, и много осталось недоговоренного. Да и что сказать друг другу на прощание, когда к тому еще знаешь, что изменить уже ничего нельзя, не в наших силах…

Когда Наследник поехал обратно в лагерь, я осталась стоять у сарая и глядела ему вслед до тех пор, пока он не скрылся вдали. До последней минуты он ехал все оглядываясь назад.

Я не плакала, но я чувствовала себя глубоко несчастной, и, пока он медленно удалялся, мне становилось все тяжелее и тяжелее.

Я вернулась домой, в пустой, осиротевший дом. Мне казалось, что жизнь моя кончена и что радостей больше не будет, а впереди много, много горя.

Она ошибалась. Как раз ее жизнь будет долгой и в целом благополучной. А вот Николая и Алису действительно впереди ждало «много, много горя».

КБ: Интересна реакция Алисы на признание Ники. В этом тоже выпукло проявился ее характер. Она вроде не осуждает своего жениха, но и не может удержаться, чтобы не прочитать ему религиозную проповедь:

”Что прошло, то прошло, и к нему нет возврата. В этом мире мы все окружены соблазнами, и когда мы молоды, мы не всегда находим в себе силы устоять перед ними. Но если мы покаемся, Господь простит нас. Прости, что я так много пишу, но я хочу, чтобы ты был уверен в моей любви к тебе и знал, что я люблю тебя еще больше после того, как ты поведал мне ту историю; твое доверие ко мне так тронуло… Хочу всегда быть достойной его… Да благословит тебя Господь, мой любимый Ники…

ПБ: Перед возвращением в Россию Николай с невестой и королевой Викторией некоторое время проводят на берегу моря, на острове Уайт, в летней королевской резиденции. На горизонте – бесконечная вереница яхт с парусами… Разувшись, наследник босиком гуляет по воде, как ребенок. В дневнике Николая появляется запись, сделанная рукой Алисы:

”Любовь поймана, я связала ее крылья. Она больше не улетит. В наших сердцах будет всегда петь любовь.

Прощание с Дармштадтом

ПБ: Из Англии Ники отправляется в Красное Село, где в летних лагерях расквартирован Преображенский полк. И вот здесь он получает телеграмму, что его отцу действительно стало очень плохо. Императорский военный смотр в Красном Селе отменяется. Царская семья едет в Спалу (Польша) в охотничий дом Александра III.

В это время Алиса находится в Вольфсгартене, летней резиденции герцогов Гессенских. Ввиду близости Гессена от Польши Ники опять рвется к невесте. Но серьезная болезнь отца вынуждает его отказаться от этой поездки. Из Вены вызывают профессора Лейдена, который устанавливает точный диагноз: нефрит, болезнь почек. Он советует немедленно отправиться в Крым. И в сентябре царская семья едет в Ливадию в надежде, что мягкий крымский климат поможет больному царю. Однако человек полагает, а Бог располагает. Именно здесь, в Ливадии, 20 октября 1894 года закончится земной путь Александра III и начнется царствование последнего императора России Николая II. И сюда за несколько дней до кончины царя будет срочно вызвана невеста Ники. Но это тема следующего разговора…

КБ: Перед выездом из Дармштадта Алиса получила от Ники большое письмо, которое заканчивалось такими строчками:

”Я думаю, это мое последнее письмо, да, они долго идут. Как странно, наши роли переменились – ты приезжаешь ко мне вместо того, чтобы я летел к тебе. Да благословит тебя Бог, моя милая Аликс, и пусть Он поможет благополучно доставить тебя к нам, к твоему вечно любящему и полностью преданному, страстно обожающему

Ники.

Он даже не подозревал, насколько он был прав. Это письмо действительно было последним, что он написал своей «обожаемой невесте», когда та еще была невестой. В дороге они обменивались короткими шифрованными телеграммами, используя для них код из купленной принцессой книжечки. У Алисы была эта непонятная страсть – шифровать письма и дневники.

Алиса покидала Дармштадт в сложных чувствах. С одной стороны, ей было тяжело расставаться со своей родиной и своим любимым домом. Здесь она провела и радостные, и горестные дни, но всегда бесконечно любила свое родовое гнездо.

Однако дом для нее становился слишком пустым и полным скорбных воспоминаний. В одном из писем Николаю она призналась:

”Я скучаю по Эрни, который раньше мог в любую минуту вбежать в мою комнату, а сейчас женат и счастлив, и ему не до меня. Никогда не было брата добрее и милее, если не считать, конечно, моего козлика и моего любимого папу, – ужасно думать, что никогда больше мы не встретимся с ним в этом мире. С каждым днем мне все больше и больше его не хватает, особенно сейчас, когда, благодаря тебе, мое сердце так полно любви. Завтра моей младшей сестре Мэй было бы 20 лет. Только подумать, какой бы уже взрослой и милой она была…

Алиса снова чувствовала себя одинокой. Теперь ее окружали только призраки мамы, папы, малышки Мэй… Сестры давно покинули родовое гнездо, а Эрни обзавелся новой хозяйкой.

С другой стороны, в это время гессенская принцесса была как будто на полпути в другую жизнь. С наполовину показавшимся из земли корнем. Телеграммы Ники вырвали этот своеобразный, хрупкий цветок из Гессенской земли, обещая дать новую плодородную почву. Алиса уже рвалась в Россию, чтобы быть рядом с женихом, а вскоре – мужем, строить с ним новую жизнь под новым православным именем.

После спешного отъезда Алисы в Ливадию гессенцы загрустили. В одной из дармштадтских газет появилась прощальная статья. Процитирую ее полностью.

”Немецкий народ с чувством искреннего огорчения и сожаления следит за отъездом великодушной и всеми любимой принцессы Аликс. Не могу побороть в себе предчувствие, что принцессу, которая так горько плакала, покидая Дармштадт, на чужбине ожидают слезы и разочарование. Не нужно быть пророком, чтобы представить, что творится в душе августейшей невесты в эти судьбоносные недели. Ведь, согласно человеческим законам, жена должна следовать за своим избранником навстречу неизвестности.

Однако немцы не вправе радоваться или восторгаться этим браком. Они не вправе забыть слова поэта: «Принцы лишь рабы своего положения; они не должны следовать велению своего сердца».

Если мы посмотрим на царя, борющегося со смертью, на «частную жизнь» жениха, на перемену принцессой религии, которой она была верна до настоящего дня, то должны признать, что лишь героическая натура способна преодолеть все эти испытания… Наши сердца преисполнятся радостью, если мы узнаем, что принцесса обрела подлинное и прочное счастье. Пока же мы можем лишь пожелать ей благополучия и надеяться на самое лучшее, несмотря на неопределенное и шаткое будущее.

Глава пятая

Алисина неделя

Синдром предков

ПБ: Вам не кажется знаменательным факт, что свадьбе Николая и Алисы, как и свадьбе отца Николая и датской принцессы Дагмары, будущей императрицы Марии Федоровны, предшествовали трагические события? И не просто предшествовали, но они-то и были главной причиной того, что эти браки состоялись.

Цесаревич Александр, сын Александра II, женился на бывшей невесте старшего брата Николая, который считался наследником престола до своей смерти в Ницце в 1865 году. Николай и Дагмара нежно любили друг друга. И они подходили друг другу по всем статьям. И он и она отличались внешней красотой, были умны, образованны, прекрасно держали себя в светском общении. Мария Федоровна даже в пожилом возрасте оставалась красивой, жизнерадостной женщиной. Ее умение вести себя на людях, эффектно одеваться, поддерживать беседы вызывало всеобщее восхищение. В отличие от Алисы, ее любили во Дворе. Она обладала качествами, которых так не хватало ее невестке.

Что касается ее жениха Николая, то при его жизни никто не сомневался, что это готовый будущий император, достойный продолжатель дел своего отца. Чего не могли сказать о его младшем брате – неуклюжем, стеснительном и, как многим казалось, слабохарактерном Александре. Даже их общий учитель К. П. Победоносцев не смог сначала разглядеть в этом малоинтересном юноше будущего царя Александра III. Он проигрывал брату во всем. Когда Николай умер, Победоносцев был растерян. Сколько усилий он потратил на воспитание цесаревича Николая, как верил в него! А вот Александра не разглядел. Ему казалось, что Александр никогда не сможет заменить Николая. Потом он понял, как ошибался.