Паулин Ленц – Aurental. Volumen II: Saeculum virti et silentii (страница 4)

Глаза – спокойные, тяжёлые. Почти уставшие.

Он не представился. Просто подошёл к доске и написал:

Органическая нестабильность: теория саморазрушения.

И повернулся к аудитории.

– У вас есть мнение, что химия – это предсказуемо. Это ошибка. В любой формуле всегда есть доля хаоса. И вопрос не в том, произойдёт ли реакция. А в том, кто её переживёт.

Он говорил тихо. Без пафоса. Но с такой интонацией, будто говорит лично каждому.

Именно в этот момент дверь скрипнула.

Ориэлла вошла. Поздно. С чуть растрёпанными волосами, без макияжа, с явными следами недосыпа. Осанка – всё та же: ровная, без извинений.

Все повернулись. Но Готье не взглянул. Ни тени удивления.

Она заняла место в третьем ряду. Достала тетрадь. Он продолжил:

– Любая система может быть приведена в точку перегрева. Даже та, что кажется стабильной. Вопрос – в катализаторе.

Он сделал паузу.

И тогда впервые посмотрел прямо на неё.

Не как на студентку. Не как на нарушителя.

Как химик смотрит на вещество, которое он когда-то сам разрушил.

Ориэлла держала его взгляд.

Спокойно.

Не вызов – но и не подчинение.

Готье склонил голову.

– Вы опоздали.

– Не привыкла к утрам, – ответила она ровно. – Тогда постарайтесь не проспать взрыв.

Над аудиторией повис странный смех – короткий, нервный. Но они оба уже больше не улыбались.

В воздухе всё ещё витало эхо слов Готье.

«Постарайтесь не проспать взрыв».

Некоторые нервно переглянулись. Другие записывали дословно – будто от этого зависела стипендия.

Тишину нарушил голос из первого ряда.

– Простите, доктор Альвескард. Но я считаю недопустимым подобное поведение. – Староста группы, – добавил он чётко. – Устин Даллер. И я не потерплю, чтобы ктото срывал урок и проявлял неуважение к вам.

Он повернулся к Ориэлле, уверенный, что все взгляды – на его стороне:

– Прошу вас выйти из аудитории.

Пауза.

Ориэлла даже не подняла головы от тетради. Только сказала:

– Заткнись.

В зале повисло оцепенение. Кто-то выронил ручку.

Устин побагровел.

– Что ты сказала?..

– Ты услышал, – медленно подняла на него глаза Ориэлла. – Или тебе это тоже нужно записать?

Он обернулся к Готье, в надежде на поддержку.

Но Готье смотрел не на него.

Он смотрел на неё.

И в этом взгляде была не злость. Не раздражение. А заинтересованность. Как будто он только что получил ответ на незаданный вопрос.

Он отложил мел.

– Устин, присаживайтесь.

– Но…

– Система измеряется не строгостью правил, а тем, кто их нарушает, – сказал он. – Сегодня вы увидели катализатор. – А теперь – продолжим.

Ориэлла вернулась к тетради.

На лице – ни капли победы.

Просто пустая, спокойная тень.

ГЛАВА 4. Тень над Асквевальдом

Ночь медленно опускалась на Академию Асквевальд. Здания, отлитые холодным стеклом и бетонным камнем, отражали огни уличных фонарей, словно напоминая о своей невозмутимой мощи. Но внутри этих стен царила тревога – тревога, которую не могли скрыть даже хладнокровные лица охраны и преподавателей.

Внезапно раздался оглушительный взрыв – один из складских корпусов, хранивший материалы и редкие артефакты, был охвачен огнём. Пламя заливало небо, а клубы чёрного дыма рвались вверх, вырываясь из разрушенных окон. Паника мгновенно охватила всех, кто находился на территории.

Посреди хаоса стояли две фигуры – Ориэлла Морель и её лучшая подруга Тесса. Лица их были спокойны, а глаза светились решимостью. Рядом слышались крики,

шум бегущих шагов, но они будто находились в другом мире – в мире, где давно привыкли к войнам и взрывам.

Из темноты появилось двое в капюшонах, лица которых скрывали тени. Они приблизились к девушкам без страха, будто пришли за тем, что давно было обещано.

Ориэлла, не моргнув, улыбнулась с лёгкой насмешкой и сказала:

Опять решили устроить шоу? Скучно, ребята. Придумайте что-то получше, или хотя бы маски поменяйте – а то уже как дежавю.

Второй из нападавших хмыкнул, оглядываясь: – Ты уверена, что хочешь продолжать этот разговор?

– Не обижайся, – ответила Ориэлла, повернувшись к Тессе, – но вы, похоже, вообще не умеете выбирать цели. Намекаю – выберите кого-нибудь, кто хоть немного боится.

Мгновение – и холодный голос прервал напряжённость:

– Ну что, снова встретимся.

– Ещё увидимся, – спокойно кивнула Ориэлла. – И постарайтесь в следующий раз не разочаровать.

Тени скрылись так же внезапно, как и появились, оставляя после себя запах дыма и лёгкое послевкусие угрозы.

На следующее утро в комнате для допросов военного сектора Академии царил холод и тишина. Тяжёлый воздух сгущался под тяжестью вопросов, которые ещё предстояло задать.

Лирхт сидел напротив, неподвижный и бескомпромиссный. Его взгляд был острым, как лезвие, он внимательно изучал каждую мелочь – каждую тень на лице Ориэллы и каждое дрожание в жестах Тессы.

– Взрыв, пострадавшие, разрушения… – его голос был тих, но каждому слову придавалась сила приговора. – Почему вы были так близко к эпицентру? Что вы знаете о тех, кто это сделал?

Ориэлла подняла глаза, спокойная и уверенная: