Патриция Хайсмит – Бестолочь (страница 23)

Как и похоронная контора, о чем гласила неоновая над­пись над входом.

— Это все? — спросил Уолтер.

— Все.

Уолтер вышел. На улице было пасмурно. Он не сразу сообра­зил, где оставил машину, а когда направился к ней, вспомнил про Кларин чемодан. Пришлось возвращаться.

Полицейский сообщил, что чемодан еще не осматривали и по­этому доставят завтра вместе с телом. Уолтеру показалось, что по­лицейский ведет себя с нарочитым упрямством и равнодушием.

Синий парусиновый чемодан Клары, разбухший от втиснутых в него вещей, стоял у стены всего в двух ярдах.

— Но в нем нет бумаг, только одежда,— возразил Уолтер.

— Правила есть правила,— ответил полицейский, даже не взглянув на него.

Уолтер сердито на него посмотрел, повернулся и вышел.

Он уже включил мотор, когда его осенило предупредить Элли. Было около четырех часов, она как раз приходит домой из школы. Он открыл дверцу, чтобы вылезти из машины, но снова закрыл. Он понял, что не хочет, чтобы лейтенант видел, как он будет звонить, хотя лейтенанта поблизости не было. Уолтер проехал несколько кварталов и позвонил из аптечного магазина.

Он сообщил Элли, что Клара погибла и что полиция считает это самоубийством. Оборвав поток вопросов, он произнес:

— Я звоню из Аллентауна. Полиции я заявил, что встречался с тобой вчера вечером. Тебе могут позвонить проверить.

— Хорошо, Уолтер.

— Я не уточнил, когда именно. Конечно, придется сказать, что в первом часу ночи.

— Разве это имеет значение?

Уолтер сжал зубы, проклиная ее непонятливость. В любом слу­чае Пит его там видел в начале первого.

— Нет,— ответил Уолтер,— не имеет.

— Я скажу, что ты пришел около половины первого,— продол­жала Элли таким тоном, будто ждала возражений.— Разве не так?

— Да, конечно.

— Ты освободился? Хочешь приехать?

— Да, прямо сейчас.

— Ты можешь оставить машину и ехать поездом?

— Оставить машину?

— У тебя такой расстроенный голос, может, лучше не садить­ся за руль?

— Я еду. Буду через пару часов. Жди.

Глава 18

— Не могу я как ни в чем не бывало утверждать, что не виноват,— воскликнул Уолтер, выбросив перед собой руки.— Я должен был заставить ее пойти к психиатру. Должен был настоять на том, чтобы поехать с ней в Гаррисберг. Я не сделал ни того, ни другого.

— Ты твердо уверен, что это самоубийство? — спросила Элли.

— Не твердо, но, скорее всего самоубийство, и мне следовало это предвидеть.

Он внезапно уселся в кресло.

— Судя по тому, что ты рассказал, все в ее жизни за послед­нее время указывает на самоубийство, даже автомобильная ава­рия несколько дней назад.

— Да.

Уолтер только что поведал Элли и про снотворное. Элли, видимо, не очень удивилась. Похоже, она многое знала о его от­ношениях с Кларой — то ли подсказала интуиция, то ли догада­лась сама.

— Но я-то не уверен, что это самоубийство. У меня просто в голове не укладывается, чтобы она взяла да бросилась вниз с обрыва. Она бы нашла способ полегче.

— Но ведь полиция намерена провести расследование?

Уолтер пожал плечами:

— Да, насколько сумеет.

— И все-таки, Уолтер, ты не имеешь права говорить, что это твоя вина. Нельзя же силком тащить человека к психиатру.

Уолтер знал, что Джон скажет ему то же самое.

— Она про нас знала? — спросила Элли.

Уолтер кивнул:

— Подозревала. Еще несколько недель назад, когда я на тебя и внимания не обращал. Стоило мне вечером не приехать домой, как она считала, будто я проводил время с тобой.

Элли нахмурилась.

— Почему ты мне ничего не сказал?

Уолтер помедлил с ответом.

— Она была патологически ревнива, даже к друзьям меня рев­новала,— тихо произнес он.

— Плохо, что она подозревала. И это тоже могло подтолк­нуть ее на самоубийство. А тут еще развод...

— На самом-то деле она не считала, что я в тебя влюбился.— Уолтер встал и снова принялся расхаживать.— Ей обязательно требовался повод, чтобы меня приревновать. В данном случае она случайно попала в точку, вот и все.

— Так что ты сказал полиции, где ты был вчера вечером? — спросила Элли.

Уолтер заколебался. Ему хотелось рассказать Элли правду, но он вспомнил про Корби: все его ответы записаны у Корби в блок­ноте.

— Я сказал, что сперва... по-моему, я сказал, что долго ез­дил — искал тебя и ждал. Потом отправился домой, пробыл там какое-то время, снова уехал и вернулся уже очень поздно.

Элли принесла из кухни тарелку с сандвичем и поставила на кофейный столик. Поглядев на него, она сказала, тщатель­но подбирая слова:

— Я подумала, если... если они не уверены, что она покончила с собой, то дело может выглядеть так, будто у тебя были основа­ния ее убить.

— Почему ты так думаешь?

— Ну... то, что ты приехал ко мне. Вообще все вместе.

— Да не станут они про это расспрашивать,— возразил Уол­тер, нахмурившись.— Корби тебе даже не позвонил.

— По их словам, это случилось где-то в половине восьмого, верно?

— Да.

— Где ты был в это время?

Уолтер еще сильнее нахмурился.

— По-моему, дома. Я поехал домой, усадив Клару в автобус.

— Гордон звонил тебе около половины восьмого. Никто не от­ветил.

— Может, я уже уехал.

— Он еще раз звонил в половине девятого. Я знаю, я как раз сидела рядом.

— Ну, в это время меня уже точно не было.