Патрик Уикс – Тевинтерские ночи (страница 104)

Все, кого опросила Ириан, болтали что угодно, лишь бы не упоминать о семнадцатом причале. Болтали много, и звучало это явно фальшиво. Разговор заходил о любых частях города, даже о набережной, но только не о семнадцатом причале. Тот, кто учил горожан осторожности, не сильно старался, а я не собиралась это исправлять.

После этого было не так уж сложно найти нужный причал. Все та же история: он был изолирован и почти не просматривался. Во всяком случае, я ничего сделать не могла. Ириан было проще. Она слилась с другими эльфами, без труда приняв такой же серьезный и мрачный вид, как у них, и отправилась на разведку, пока я бродила вокруг и сталась не попадаться не глаза.

– Они погрузили припасы, – сказала Ириан, сев возле меня. – Продовольствие для долгого плавания. В бочках – соленая свинина и копченая рыба, а еще пресная вода, гаатлок, все такое. Похоже, они собираются покинуть порт до конца дня. Ох.

Нехорошо-то как. Мне лишь чудом удалось найти путь воров до Конт-Аара. Обнаружить дальнейший я уже не смогу…

Действовать нужно было немедленно. А это означало одно из двух: либо мы идем в лобовую атаку (чего мне точно не хотелось), либо пробираемся скрытно. Второй вариант казался более безопасным, но на корабле кунари был только один вход, он же выход. И потом, Ириан сошла бы за местную, а вот я, вероятно, нет.

– Так каков план? – спросила я.

Критически осмотрев меня с головы до пят, Ириан улыбнулась. Мне не понравилась эта улыбка.

– Соленую свинину любишь?

Никогда не думала, что я клаустрофоб. Конечно, когда не сидишь в бочке с солониной, ни о чем таком не думаешь. Не говоря уже о том, как мне пришлось извернуться, чтобы поместиться.

Соленая свинина мне очень нравилась. По крайней мере, до этого дня. Уверяю, больше я на нее не взгляну. Повсюду этот запах!.. Оставалось только надеяться, что отверстий в бочке достаточно и я не задохнусь. Не должна же свинина стать последним, что я запомню.

Толчок, потом тяжелый глухой удар; я почувствовала, как мясо скользит вокруг меня. Бочку переносили. Сквозь деревянные стенки и толстые куски солонины снаружи долетали слабые отголоски разговора.

Мы посчитали: от хранилища с припасами до корабля примерно триста шагов. Теперь я пересчитывала их в уме. И все ждала, что бочку с грохотом уронят, она откроется и лающий голос отдаст приказ…

Но этого не произошло. Я услышала, как стражник на корабле поздоровался с тем, кто нес меня. Затем мы поднялись по трапу и спустились по ступенькам.

Бочку осторожно поставили на пол. Звук шагов стих. Я ждала, считая до ста… затем до двухсот… Попытавшись выбить верх емкости, я услышала голоса и вновь присела. Дерьмо! Надеюсь, никто не станет пристально осматривать бочку, в которой я нахожусь…

Голоса поблизости звучали глухо, но слова были вполне различимы.

– Кто-нибудь пытался как следует искать тех двоих? – произнес мужской голос.

Говор походил на эльфийский.

– Нет, сер, – ответил женский, более грубый. Возможно, кунари.

– Возьмите половину стражников. Прошерстите таверны и доки. Найдите их. Они должны прийти за реликвией. Если придут, то, скорее всего, они работают на него. Нельзя допустить, чтобы они проникли на корабль.

Кого здесь ищут, я понимала, а вот что означало «они работают на него» – понятия не имела. Но кажется, мы провернули наш трюк вовремя.

– Да, Гатт.

Топот одной пары ног. В тяжелой обуви. Шаги удалялись.

Пару мгновений спустя обладатель первого – мужского – голоса вздохнул, снова послышались удаляющиеся шаги. Тяжело стукнула закрывшаяся дверь. Выждав еще минутку, я выбралась из бочки и принялась счищать с волос и плаща шматки соленой свинины.

Я была в трюме, заставленном стеллажами, что уходили вглубь и образовывали целые коридоры. На полках – горы ящиков с кунарийскими надписями.

Я открыла наугад один: магический артефакт. Правда, не тот, что я искала. Второй, третий ящик – то же самое… А еще в каждом заметки. Кунари не просто коллекционировали артефакты, а изучали их. Я покачала головой. Зря только время трачу.

Тут дверь приоткрылась, и я напряглась. Прятаться негде! Однако это была всего лишь Ириан, самостоятельно проникшая на дредноут и по-прежнему одетая в кожаные доспехи. Но соленой свининой от нее не пахло.

Ириан посмотрела на меня, я – на нее, взглядом требуя объяснений. Она лишь улыбнулась.

Тогда я указала на бесчисленные ящики:

– Не знаю, как искать здесь Безумие Думата.

– Нужно разделиться. Ты пойдешь на север, я – на юг, – произнесла она, открывая очередной ящик.

Дельная мысль. Будем надеяться, что кому-нибудь из нас повезет.

– Ладно. Услышишь кунари – свисти, поняла?

– Будет сделано, – кивнула Ириан, – я же не какая-нибудь свинья.

Она сдерживала смех, но тот так и прорывался. Никакого уважения!

Я спустилась. Внизу еще один огромный ярус стеллажей. Задача казалась титанической, и я сомневалась, что мы успеем обшарить весь трюм, прежде чем кто-нибудь нагрянет.

Я вздохнула. Думай.

Я оглядела помещение, вновь обратив внимание на импровизированный коридор. Полки уходили все дальше в лоно дредноута. Виднелись отпечатки сапог, не слишком свежие. Вероятно, трюм заполняли с палубы, а значит, последние добытые артефакты складировали у входа.

На некоторых ящиках лежал тонкий слой пыли. Их можно было не открывать: Безумие Думата доставили на корабль не далее как два-три дня назад. Нужный мне груз не успел бы покрыться пылью.

Передо мной шесть ящиков. В первых четырех – ничего полезного, зато в пятом…

Открываю ящик. А вот и Безумие Думата! Я заулыбалась: все удалось!

Я вынула из сумки полученную от клиентки руну, желая убедиться, что артефакт настоящий. Причин думать иначе не было, но я ведь пообещала проверить артефакт. Придвинутая мной руна задрожала, засветилась…

Кольнуло сомнение: что-то не так. От энергии руна гудела, я чувствовала, как реликвия реагирует на нее, но эта магия была неукротимой. Более того, ее сила росла. Голодная сила…

Я полуобернулась, ища глазами Ириан.

– Отличная работа, – раздался голос за моей спиной.

Магия хлынула сквозь меня – я не успела создать защитный барьер. Слишком поздно… Меня окутала энергия, мышцы скрутил спазм. Мой посох со стуком упал, я – за ним, оглушенная; голова отскочила от пола с такой силой, что звезды заплясали перед глазами.

Она вышла из глубин трюма. Одинокая эльфийка. Моя клиентка.

Вместо плотной зимней одежды – простая мантия с вышитым на ней неведомым символом. Волосы зачесаны назад, подальше от острых ушей.

Она шла ко мне спокойно и неторопливо. Спешить и впрямь не было нужды. Я не могла пошевелиться из-за парализующего заклятия, причем довольно сильного. Опустившись на колени, клиентка воззрилась на меня; в ее взгляде смешались жалость и презрение.

Затем, наклонившись, разжала мои пальцы, забрала руну, которую сама же дала мне, с недоверием осмотрела. Она бормотала единственное слово: «Фелассан… Фелассан… Фелассан…» Послышалось гудение – руна загорелась ровным, но неприятным красным светом. Я была достаточно сведуща в магии, чтобы понять: дело дрянь.

– Не зря я тебя наняла. Рада, что ты оправдала мое доверие. Хорошая работа – для шема.

Последнее слово она произнесла чуть ли не с отвращением. Я не могла шевельнуть губами, а тем более нахмуриться; пришлось довольствоваться нелестным мысленным эпитетом.

– Кто втянул тебя в это? – спросила я… или попыталась спросить.

Рот по-прежнему не подчинялся, скованный параличом, как и все тело. Вышло что-то вроде: «Фо фавул хефя фефо?»

Клиентка ухмыльнулась. Думаю, она поняла.

– Я действую по своей воле. Ради Ужасного Волка. Хочу вернуть то, что некогда было нашим – и вновь должно принадлежать нам.

Ужасный Волк! Вот дерьмо. Разумеется, до меня доходили слухи, что десятки эльфов ушли, повинуясь зову какого-то бога. Похоже, я напоролась на одну из них.

– Кунари улизнули раньше, чем я думала. Их и след простыл. Но у меня была ты. Ты нашла их для меня. Нашла оружие. Я знала, тебе это удастся. А теперь взгляни, что именно ты помогла мне совершить.

– А настоящее Безумие Думата?

Я уже могла шевелить губами, но слова все еще давались с трудом.

Эльфийка холодно посмотрела на меня:

– В Минратосе. Или было там… Оно мне без надобности. Как только я забрала его из дворца, сразу закопала.

Выходит, в городе мы нашли подлинник. Его заменили чем-то другим – тем, что позже украли кунари. Но зачем тратить столько усилий, чтобы заставить их это сделать?

Свой ответ я получила. Клиентка подняла руну и прижала ее к Безумию Думата. Казалось, они слились воедино, руна стала частью артефакта – и тот принялся испускать ритмично пульсирующий свет: каждая новая вспышка чуть ярче. Воздух нагревался. Что происходило, я не знала, но явно что-то плохое.

Случилось кое-что еще: энергия из всех открытых ящиков потекла к артефакту. На земле засиял магический кинжал (я бросила его, спеша перетряхнуть весь трюм), от него к артефакту потянулась ниточка магии, и клинок рассыпался в пыль у меня на глазах. Тоже ничего хорошего.

– Хитроумное устройство. Не осколок Черного Города, как подлинное Безумие Думата, но пришедшее к нам из того же времени. Оно притягивает магию, хранит ее, а когда заполнится…