Патрик Несс – Война хаоса (страница 77)

Лицо у вожака невозмутимое, но Шум ревет и грохочет от ярости.

От осознания, что мэр говорит истинную правду.

– Я посмотрел в глаза твоего вестника, – говорит мэр, – и увидел в них твои. Я все прочел. Я слышал глас и знал, что вы придете. – Он подносит комм ближе к лицу, так что на проекции оно становится еще крупнее. – А теперь слушай и запоминай. Если дело дойдет до войны, победу в ней одержу я.

В следующий миг мэр отключается. Его лицо, мигнув, исчезает, и Небо смотрит сквозь пустоту прямо на нас. Слышится рев двигателей, но корабль еще в долине и лететь ему далеко. Спэклы вокруг нас вооружены – впрочем, Небо легко справится с нами и без посторонней помощи.

Но Небо молчит, ураган его Шума зловеще закручивается кверху, и снова у меня возникает чувство, будто за нами наблюдают все спэклы планеты. Наблюдают, оценивают случившееся…

И обдумывают следующий ход.

Небо шагает нам навстречу.

Я невольно пячусь и врезаюсь в Брэдли, который кладет руку мне на плечо.

Да будет так, говорит Небо.

И добавляет: Мир.

Мир, разносится по площади единственное слово, и все мы видим на проекции лицо вожака…

Площадь взрывается ликующим ревом.

– Как ты это сделал? – спрашиваю я, озадаченно глядя на свой комм.

– Иногда ты все же спишь, Тодд, – смеется мэр. – Разве плохо, что я интересуюсь новыми технологиями?

– Поздравляю, сэр! – Мистер Тейт пожимает руку мэру. – Вы им показали!

– Спасибо, капитан. – И мэр поворачивается к мистеру О'Харе: тот до сих пор дуется, что мэр отправил его ловить несуществующего врага. – Вы отлично поработали, капитан. Я ничего вам не рассказывал, чтобы вы выглядели убедительно.

– Конечно, сэр, – отвечает О'Хара, хотя ему ничуть не полегчало.

И тут вокруг нас смыкается толпа солдат: каждый хочет пожать мэру руку, каждый восхищается тем, как он перехитрил спэклов, каждый твердит, что именно он, президент, добился мира, причем без помощи переселенцев. Вот это герой, вот это подвиг!

А мэр молча принимает похвалы.

Каждое слово, восхваляющее его единоличную победу.

И на секунду, на долю секунды я почти что им горжусь.

Я заношу нож

Я заношу нож, украденный по дороге сюда из кухни, – нож, которым убивали дичь, длинный и тяжелый, острый и грубый.

Я заношу его над Источником.

Я мог бы помешать заключению мира, я мог сделать эту войну бесконечной, я мог вырвать сердце Ножа…

Но не сумел.

Я увидел клеймо.

Увидел боль – она легко читалась на лице безголосой.

Бездна заклеймила любовь Ножа – так же, как и Бремя, с тем же результатом.

Я вспомнил эту страшную боль, не только физическую, но боль от того, как стиснули и раздавили меня самого, мою сущность, сделали меня крошечным, чтобы отныне Бездна видела только мое клеймо, а не меня, не мое лицо, не мой голос, который тоже отняли.

Отняли, чтобы сделать нас безголосыми.

Я не смог ее убить.

Она была как я. Ее клеймили, как и меня.

А потом зверь встал на дыбы и ударил меня передними ногами в грудь, сломав, наверно, не одну кость в моем теле – они болят и теперь, – однако это не помешало Небу схватить меня и бросить в руки Земли, показав: Если ты никогда не станешь Землей, то лишь потому что сам сделал этот выбор.

И я понял. Меня изгнали по-настоящему. Возвращенцу нельзя вернуться.

Земля подняла меня на ноги и увела в глубину лагеря, где грубо велела мне уходить.

Но я не уйду без последнего обещания, данного мне Небом.

Я украл нож и пришел сюда…

Чтобы убить Источник.

Я поднимаю глаза: до Конца Всех Троп дошла весть о неудавшейся попытке Неба атаковать Бездну. Так вот что он задумал: хотел показать Бездне, какие мы сильные, как мы можем беспрепятственно войти в их крепость прямо во время мирных переговоров, забрать нужных нам врагов и воздать им за совершенные преступления. Тогда мир, который воцарится на планете, будет продиктован нами.

Вот почему он просил меня о доверии.

Но ничего не вышло. Небо признал поражение. Он согласился на мир. Отныне Земля будет вечно пресмыкаться перед Бездной, и в этом мирном противостоянии мы будем не сильной стороной, а слабой…

Я стою над Источником с занесенным ножом. Наконец свершится месть, в которой мне давно отказывали.

Я готов его убить.

Я знал, что найду тебя здесь, показывает Небо, входя в круг.

Разве ты не должен договариваться о мире? – не сходя с места, спрашиваю я. Разве тебе нечем заняться?

А тебе, стало быть, есть чем. Ты хочешь убить человека.

Ты обещал, показываю я. Ты обещал, что он теперь мой и я могу делать с ним что захочу. Так вот я сделаю – и уйду, не волнуйся.

Тогда Земля навек потеряет Возвращенца. А Возвращенец потеряет себя.

Я показываю ножом на свое клеймо.

Я потерял себя, когда на меня надели это. Я потерял себя, когда они убили всех моих близких. Я потерял себя, когда Небо отказалось мстить за мою жизнь.

Что ж, мсти, показывает Небо. Я не стану тебе мешать.

Я заглядываю в его глаза, в его голос и вижу там поражение.

Здесь, в Конце Всех Троп, мне открывается другая сторона этого поражения.

Ты хотел отдать мне Ножа, восхищенно показываю я. Хотел меня порадовать. Ты бы отдал мне Ножа!

Мой голос начинает гореть от этого осознания. Я мог заполучить Ножа, самого Ножа…

Но тебе не удалось и это, яростно показываю я.

Однако ты все еще можешь отомстить, у тебя есть Источник. Я не стану мешать.

Конечно, презрительно показываю я, еще бы ты стал!

Я вновь поворачиваюсь к Источнику…

И заношу нож…

Он лежит передо мной, голос бурлит сновидениями. Земля вернула его из тишины, и он поведал нам все свои секреты.

Источник. Отец Ножа.

Как Нож будет рыдать, когда узнает! Как он будет выть, рвать на себе волосы, проклинать себя и меня, отнявшего у него самое дорогое…

(я чувствую голос Неба: он показывает мне мою любовь… но почему сейчас?..)