Паркер Хантингтон – Мой темный принц (страница 99)

– Я хотел подарить тебе самое большое, самое экстравагантное и вычурное бриллиантовое кольцо в истории. И мог это сделать. – Он остановился у края кровати, опустился на одно колено и открыл коробочку. – Но знаю, что ты хочешь не этого. Что тебе не понравится ходить с бриллиантом, даже добытым этичными методами.

Я прикусила язык, чтобы не сказать ему, что не существует бриллиантов, добытых этичными методами.

– Поэтому я обыскал все чертовы лаборатории в мире в поисках самого большого, самого экстравагантного и вычурного кольца в истории с искусственно выращенным бриллиантом. – Он недовольно скривил губы, подавляя отвращение. – Мне до сих пор немного дурного оттого, что я преподношу тебе искусственный бриллиант. Все равно что ходить в паленых найках. Но ради тебя я готов на все, малышка.

Я подавила панику, пряча ее рядом с ядовитой смесью из изумления, печали и счастья.

– Тебе дурно не от экологичного бриллианта. А от выпивки.

Останови это безумие, Брайар. Сейчас же.

Но как? Я хотела и предложение руки и сердца, и Оливера, и карьеру, и будущего для Себастиана.

Жадность, оказывается, смертельна. Она погубит твое сердце, а потом найдет новых жертв.

– Я окончательно запорол настоящее предложение руки и сердца, да? – Оливер треснул себя по голове, не замечая моего внутреннего замешательства. – Жди здесь. – Он встал, покачнулся и схватил меня за плечи, чтобы не упасть. – Просто… подожди.

Он то ли вбежал, то ли влетел в ванную, включил душ и десять минут чистил зубы. Потом доплелся обратно до кровати, надев костюм-тройку. Я так сильно сжимала коробочку с кольцом, что к его возвращению на ней осталась вмятина. Олли не заметил, спеша закончить предложение.

Он забрал коробочку у меня из рук, снова встал передо мной на колени и с детским ликованием расплылся в улыбке от уха до уха. Он гордился, сиял и, может, был еще немного пьян.

– Обнимашка. – Его голос прозвучал серьезно, как ядерная угроза.

– Катастрофа, – ответила я.

Его радостный смех окутал меня изнутри.

– Я люблю тебя. Без ума от тебя. Я больше никогда тебя не отпущу. Выходи за меня. По-настоящему. Я могу сделать тебя счастливой. Знаю, что могу, потому что готов посвятить этому свою жизнь. – Олли приподнял мой подбородок дрожащими пальцами. – Дай мне еще один шанс. Я не упущу его.

Скажи ему, что ничего не получится. Скажи, что ты должна уйти. Скажи, что нужно прекратить все, пока фиктивная помолвка не зашла слишком далеко и не вышла нам боком.

Но я не могла разбить ему сердце. Только не в тот же день, когда его уже разбил Себастиан. Бога ради, он топил себя в алкоголе.

Я обхватила его лицо ладонями и заставила себя улыбнуться в надежде, что к утру этот прекрасный, безупречный пьяный парень обо всем забудет.

– Спроси меня снова, когда протрезвеешь.

– Я трезв…

– Пожалуйста, – прохрипела я.

Я прильнула к его губам, пока он не успел возразить. У меня вырвался сдавленный стон. Я сползла с матраса на паркетный пол, обхватив бедрами его колено. Он резко вдохнул, выронил коробочку, которая упала с тихим стуком, и сжал мою задницу одной рукой.

Второй он обхватил мой затылок и уложил меня на пол. Прижался огромным возбужденным достоинством между моих ног, не прекращая страстного поцелуя, даже когда пробормотал:

– Как прошли сегодняшние поиски свадебного платья?

Я едва могла сформулировать связное предложение, пока блуждала руками по его телу, спеша снять все, что он только что надел.

– Безуспешно, – наконец ответила я, скользя языком вдоль его подбородка прямиком к шее. Нужно прекратить разговоры о свадьбе, которая никогда не состоится.

Он схватил меня за задницу, оторвал от пола и прижал к своему возбужденному члену.

– Да?

– Ага. – Я прильнула грудью к его голой груди. По коже побежали мурашки. – Пойду голой.

Мы всюду ласкали друг друга руками, сплетались ногами и дышали в унисон. Наши сердца бились в одном ритме. Я снова и снова прижималась к нему бедрами, чувствуя возбужденный член под брюками. С трудом расстегнула его ремень. Он спустил брюки, безуспешно пытаясь стянуть с меня платье с запáхом.

Оливер со вздохом оторвался от моих губ.

– Тебе нравится это платье?

– Что сказать, лучшее из супермаркета… – Я терлась о его ногу, отчаянно желая прикосновений. – Выпущенное примерно семь сезонов назад.

– Разозлишься, если я его разорву?

– Я разозлюсь, если ты этого не сделаешь.

Он взялся зубами за шнурок, державший платье, и разорвал его. Я сделала резкий вдох. Прохладный воздух коснулся обнаженной кожи, как только ткань соскользнула с тела. Оливер сжал мои трусики в кулаке и спустил их, жадно посасывая сосок.

– Я одержим каждой клеточкой твоего тела, Брайар.

– Вот так совпадение. – Я задела его плечо зубами. – Каждая клеточка моего тела одержима тобой.

А потом он вошел в меня до самого основания и без защиты. Мы оба замерли на мгновение, наслаждаясь единением наших тел. Я закрыла глаза.

Не плачь, не плачь, не плачь.

Но мне хотелось плакать, ведь я знала, что больше никогда этого не испытаю. Я впилась ногтями ему в спину. Отпустить этого мужчину будет равносильно смерти.

Олли начал двигаться, но я все же сумела сказать сквозь туман удовольствия, блаженства и печали:

– Презерватив.

Я перестала принимать противозачаточные, пока лежала в больнице, и не сподобилась взять новый рецепт.

– Вот черт, – простонал он, но не перестал двигаться во мне, а я не прекращала притягивать его ближе, глубже, покусывая и царапая зубами. – Мне остановиться?

– Ну… наверное, можешь потом вытащить, – внезапно выпалила я, когда он увеличил темп, и тогда я поняла, что не сошла с ума – у меня его не было и в помине.

А что до Оливера – он хотел на мне жениться. Если забеременею, его это, наверное, не напугает.

– Я вытащу, – пообещал он, войдя глубже.

Оливер закинул мою левую лодыжку себе на плечо. Более глубокий угол проникновения усилил трение, и у меня вырвался гортанный стон. Он двигал бедрами по кругу, каждый раз задевая клитор, всегда ставя мое удовольствие в приоритет.

И посреди личного ада Оливера я обрела свой рай в его объятиях. Я прижалась еще ближе, оказавшись на грани чего-то масштабного, превосходящего простой оргазм.

Он прекратил круговые движения.

– Не разбивай мне сердце, Брайар, – предостерег он, выходя.

– А что случится, если разобью?

Олли без предупреждения вошел в меня как никогда глубоко. Я сжала его член мышцами, впившись зубами ему в плечо. Он ускорил темп. Пот капал с его лица на мое. Глаза защипало, и чуть не полились слезы.

Конечно, именно из-за пота. Будем так считать. А не потому, что ты вот-вот разобьешь сердца вам обоим.

– С тобой? – Он запрокинул голову, открыв передо мной свою безупречную шею. – Ничего. Ты будешь жить долго и счастливо с кем-то другим. А вот со мной… – Олли стал двигаться рывками, сбиваясь с ритма и теряя самообладание. – Мне настанет конец. Настолько велика твоя власть надо мной. Ты способна уничтожить мою привычную жизнь.

Я кончила в его объятиях, цепляясь за него изо всех сил, пока мое тело охватывал ураган восхитительного желания и удовольствия. Каждая клеточка трепетала и горела.

Оливер вышел из меня и поднялся вдоль моего тела.

– Я сейчас кончу.

Он поднес блестящий от влаги член к моему лицу. Он выглядел болезненно возбужденным и набухшим, головка побагровела и стала скользкой, а из отверстия на ней выступила смазка.

Оливер сжал член в кулаке и направил к моим губам.

– Можно?

Я открыла рот, кивая с энтузиазмом. Он ввел его до самого горла.

– Такая красивая. – Олли схватился за край матраса для равновесия, и стал трахать меня в рот, наблюдая, как в уголках моих глаз выступили слезы. – Такая безупречная. Ты так прекрасно выглядишь, обхватив мой член губами, малышка.

Я издавала довольные булькающие звуки, пока он проникал, поглаживая по щеке и по волосам, осыпая меня похвалой и указаниями.