Паркер Хантингтон – Мой темный принц (страница 100)

«Я мог бы жить в тебе».

«Кричи мое имя с моим членом во рту».

«Такая узкая, такая совершенная, моя».

«Будь умницей и заставь меня кончить».

По щекам побежали слезы. Это очень походило на прощание.

Оливер смахнул их, видимо, решив, что они вызваны рвотным рефлексом.

– Кончаю.

Он начал отстраняться, но я схватила его за ягодицы, удерживая во рту, и случайно задела кожу его члена зубами. Этого хватило, чтобы он кончил мне в рот. Его горячая, густая сперма потекла в горло.

Я проглотила ее всю до последней капли.

Он провел пальцем по моей шее.

– Такая жадная.

Ты даже не представляешь.

Когда я закончила, он рухнул на меня и со стоном уткнулся мне в шею. Он был тяжелым, но так приятно окутывал собой, что это дарило ощущение безопасности. И я правда чувствовала себя в безопасности, пока мы вместе.

– Ты моя тихая гавань, – выдохнула я ему в шею.

Оливер громко захрапел в ответ. Охренеть. Он заснул прямо на мне. Как же его вымотал сегодняшний день.

Но перед тем, как вылезти из-под него, я услышала, как он сонно прошептал:

– А ты моя.

Глава 87

– Нам нужно поговорить.

Услышав слова Брайар, я со стоном накрыл лицо подушкой, желая, чтобы солнечный свет убрался туда, откуда появился.

– А это может подождать, пока комната перестанет кружиться? Мне не нравится эта карусель. Хочу возмещения расходов.

– К слову о возмещении…

Я выглянул из-под подушки и посмотрел на Брайар, которая сжимала в руках коробочку с кольцом. На ней даже осталась вмятина. Я задумался, когда это случилось.

А вообще, как она ее нашла?

Вот черт.

Комната закачалась, когда я заставил себя сесть, пытаясь вспомнить, что произошло после того, как Ромео с Заком приволокли меня домой за руки и за ноги. Эти придурки ударили меня головой об каждую стену, пока поднимались по лестнице.

Все, что я помнил после того, как отключился: как проснулся от прикосновения теплых пальцев Брайар к щеке, как меня вырвало прямо на пол, а потом ее восхитительные губы обхватили мой член.

В этот момент он оживился и поприветствовал меня под простынями.

Брайар уставилась на бугор в области моих бедер и приоткрыла рот – надеюсь, чтобы обхватить его губами, а не чтобы «поговорить», потому что прозвучало очень серьезно, а я не в состоянии вести серьезные разговоры с таким похмельем.

Ее телефон завибрировал на тумбочке, прервав потенциально самое прекрасное утро после адского дня. Меня поразило, что я даже не потрудился проведать Себастиана после того, как бросил в его крыле, как ребенка на каникулы.

На звонке у Брайар стояла заглавная композиция из «Наследников». Я, черт возьми, женюсь на этой женщине, даже если это станет последним, что сделаю в жизни.

– Дай я отвечу. – Она отложила коробочку с кольцом и взяла телефон. – Хм. Скрытый номер.

– Не отвечай, – предостерег я. – Тебе не нужно понижать задолженность по кредитке. Ты скоро выйдешь за миллиардера, который настолько без ума от тебя, что даже не станет просить брачный контракт.

Я превращу эту фиктивную помолвку в настоящую, как только улажу все нюансы своего предложения руки и сердца.

Улыбка Брайар померкла, а вскоре сменилась скептическим взглядом.

– Может, это Даллас. Она звонит со скрытого номера.

Ах да.

В прошлом году Даллас внесли в черный список во всех местных ресторанах за то, что она случайно бронировала столики по два, а то и три раза.

Брайар провела по экрану и включила громкую связь.

– Алло?

– Брайар?

Температура в комнате упала на десять градусов. При звуке узнаваемого голоса Филомены Ауэр полная надежды улыбка Брайар сменилась хмурым взглядом.

Я не жестокий человек, но в этот момент не мог исключать, что сделаю с ее родителями такие чудовищные злодеяния, для которых закон еще не нашел подходящего наказания.

– Слушаю, Филомена. – Голос Брайар звучал холодно, под стать выражению ее лица.

– Я бы хотела, чтобы ты называла меня мамой.

– А я бы хотела иметь крылья и милый пушистый хвостик. Все мы порой желаем невозможного. Что тебе нужно?

«Ты бы очаровательно выглядела с пушистым хвостиком», – произнес я одними губами, сумев вызвать у нее смешок.

– Ладно. – Филомена прокашлялась. – Будь по-твоему. Пусть запись телефонного разговора покажет, что я пыталась наладить отношения.

– То есть примазаться ради легких денег? Ясно. Так чем я могу тебе помочь?

– Я так понимаю, что ты не пригласишь нас с отцом на вашу свадьбу.

– Ты имеешь в виду, тебя и Джейсона, который мне не отец? Все верно. – Брайар подтянула колени к груди, засунув их под свободную футболку – мою футболку, как я вдруг понял. Я изо всех сил старался не выпятить грудь от гордости, что было единственной уместной реакцией на то, что самая сексуальная девушка на свете носит твою футболку. – Как я уже говорила, я только подумаю об этом, если ты дашь мне информацию о моем биологическом отце.

– Зачем тебе вообще с ним знакомиться? Очевидно же, что он тебя бросил.

– Он хотел присутствовать в мой жизни. Это ты его прогнала.

В груди вспыхнула гордость. Наверняка ей было трудно противостоять той, чью любовь она когда-то вымаливала. Однажды Брайар станет прекрасной матерью.

– Я дам тебе информацию о твоем доноре спермы. – Казалось, будто Филомене приходится с усилиями выдавливать из себя слова. – Если…

– Если? – Брайар посмотрела на меня с надеждой в глазах.

Я показал ей два больших пальца.

– Ты дашь нам денег на погашение судебных расходов, – закончила Филомена. Вот зараза. На ее фоне даже Ди-Ди Бланшар [54] выглядела приличной матерью. – Расплатившись с этими мерзавцами, мы совсем остались без денег. Твой отец…

– Не отец.

Умница.

– Джейсон, – поправила Филомена, – продает кофе в гольф-клубе, чтобы нас обеспечить.

– О, отличная работа. Ты удивишься, узнав, сколько людей так зарабатывают себе на жизнь. – Брайар помолчала. – Сколько тебе нужно?

– Пятьсот тысяч долларов должны обеспечить нам хороший старт.

Я не мог поверить, что Филомена дала ответ, даже не колеблясь. А вообще мог. Эта женщина не поняла бы, что такое стыд, даже если бы тот расставил флаги у нее во дворе и расположился там, как дома.

– Господи, – выпала Брайар. – У меня нет таких денег.