Папа Добрый – Проект «Мышинария» (страница 30)

Я поднял камушек. Абсолютно холодный. Подержал с полминуты на ладони, протянул Афе.

– Дарю. Ночь свидетель.

Афа мотала головой и прятала руки за спину.

Силой притянул её ладонь, вложил туда кристалл, сжал ей пальцы, глядя в наполняющиеся влагой глаза.

– Даже не вздумай реветь. – распорядился я. – Ты, вообще, кормить меня думаешь?

Афа заслужила шлепок по попке, и спешно покинула мою комнату. Она и так, скорее всего, получит нагоняй от отца, ибо уже как полчаса должна шуршать по кухне, готовя завтрак для немногочисленных постояльцев.

***

Декада протекала в абсолютно рабочем режиме. Днём работа, вечером фехтование с Оли, и раздача от неё зуботычин. Как учитель, гнома была на высоте. Наносила зубодробительный удар, так, чтобы это было чувствительно, чтобы не попадать под него вновь, тут же указывала на допущенную мною ошибку. Объясняла, как блокировать удар, или уйти от него. Потом вновь молотила меня до тех пор, пока у меня не получалось парировать её нападение. За пару часов она изматывала меня больше, чем работа у наковальни.

Рафат сообщил, что больше не намерен взымать с меня плату за проживание и питание. Сказал, что кристаллом четыре восьмых, подаренным Афе, я рассчитался с ним на три жизни вперёд. Это была очень приятная новость, надо заметить.

Афу, кстати, невольно перепугал, чуть не до смерти. Даже не столько я, сколько это сделала Ила. Дракону внезапно вздумалось посетить мою голову, и она беспардонно ввалилась в мой разум со словами: – Здравствуй мой хороший, как я соскучилась по нашим обнимашкам. Сделала она это в самый неподходящий момент, и транслируемые ей чувства, совершенно бесконтрольно, были переданы Афе.

Девушка вскрикнула, и в панике забилась в угол под вешалкой, всячески препятствовала своему оттуда вызволению. Сжималась в комок, прикрывала голое тело руками, отбивалась ногами. Плакала и тряслась в ужасе, чуть не впав в настоящую истерику. Пришлось залепить лёгкую пощёчину, чтобы девушка хотя бы начала воспринимать реальность.

А потом, пришлось объяснять, что у некоторых, особо странных драконоборцев, могут быть не совсем воинствующие взаимоотношения с драконами, о которых, распространяться категорически не стоит. Если Афа будет умной девочкой, и никому не растреплет, то, боятся ей нечего.

Афа была умной девочкой, и рассказывать о случившемся никому не планировала, тем более, кто бы ей поверил. Она просто боялась за свою жизнь, не желая составлять конкуренцию дракону, и своё видение восприняла абсолютно однозначно. Убедить в обратном, мне её не удалось. Уж не знаю, что почувствовала Афа, возможно женщины чувствуют иначе, я, кроме тепла и еле уловимого возбуждения, не ощутил ничего. Но чувство было приятным.

– Представь, как тебе повезло с мужчиной. – прошептал я, целуя Афу в плечо. – Даже драконы не могут устоять перед моим обаянием.

Афа втянула шею, когда поцелуй с плеча переместился туда. Она почти успокоилась, и уже перестала дрожать, и лишь дыхание, всё ещё было чуть сбитым.

– Мне не передастся что-то драконье? – опасливо поинтересовалась она.

– Не переживай, яйца откладывать ты не будешь. – рассмеялся я.

***

Седьмой день декады подходил к концу, и Рома, наконец, объявил мне, что завтра отправляет меня в город. Ничего нового, встретить родственника на рынке, передать инструмент и оружие. В этот раз добрую честь поклажи составляли именно инструменты, неподъёмные кирки, что по силам только гномам, и пара боевых топориков, как отзывался о них, сам Рома.

Утром восьмого дня, Афа накормила меня завтраком, собрала продукты в дорогу, и напутственно шлёпнула по заднице, с наставлениями, особо не шалить.

– Иди уже. – улыбнулась она. – Там уже час тебя твоя ненаглядная эльфа ждёт.

Новости в Чудовицах расходятся мгновенно, и с самого утра, у ограды кузницы отметились жители, которым нужно было что-нибудь передать в город. Селяне всегда старались воспользоваться подобными моментами, пользуясь радушием соседей. Плату за услугу с них не брали, а особого труда в передаче не было. На рынке, у самого въезда, было негласное место, где собирались как раз для подобного случая. Приходил человек, громко называл себя, и ему передавали посылку. Или наоборот, можно было передать что-нибудь родственникам или знакомым в деревню.

Можно было бы воспользоваться и услугами почтового дилижанса, но это стоило денег, хотя в таком случае, посылка доставлялась до адресата.

Уложив товар в телегу, водрузив туда несколько передаваемых корзин, взял пони под уздцы, в окончательный раз выслушал напутствия и поручения гнома, повёл неспешную лошадку к краю деревни.

Добравшись до тракта остановился на краю луга, нарезал травы, вспоминая практику предыдущего похода в город.

Подхватил эльфу за талию, и в одно движение погрузил в душистую, мягкую траву, благоухающую полевыми цветами.

Работа с молотом и махание тренировочным мечом не прошли даром. Дин мне показалась настоящей пушинкой, совсем невесомой Дюймовочкой.

Сегодня я впервые видел её в таком наряде, и он, мне откровенно нравился.

Светло-голубое платьишко, с едва различимыми ромашками, было прикрыто короткой лёгкой курточкой, не имеющей никаких застёжек. Воздушный широкий подол, до средины бедра, вторил плавным покачиваниям её походки, и охотно отзывался на дуновения ветерка. Её изящные ножки были обуты в босоножки на плоской кожаной подошве, с высокой, по щиколотку шнуровкой. В волосах красовалась заколка, в виде яркого четырёхлистного клевера, и белая лента, струящаяся из-под неё.

– Ты стал сильнее. – подметила Дин. – Так быстро меня закинул в телегу, что даже не успела насладиться силой твоих рук.

Она улыбалась, хлопая своими густыми ресницами, поправляла подол платья, словно стеснялась меня.

– Могу повторить. – горделиво сообщил я, усаживаясь на край подводы, протягивая руку к Дин.

Она шлёпнула меня по запястью, чуть прищурила левый глаз, игриво смочила губы языком.

– Не спеши. – повелевающим тоном сказала Дин. – У нас вся ночь впереди.

Я завалился в траву рядом с ней, любезно подложив свою руку ей под голову. Её ладонь легла на мою грудь. Я гладил три замечательных пальчика этой ладони, и рассказывал ей о Земле, выдавая своё повествование за истории о других странах. Она благодарно слушала, увлечённо и не перебивая, и лишь иногда поднимала голову, что бы заглянуть мне в глаза. Возможно, проверяла, вру я или нет.

– Завидую, – говорила она. – столько стран посмотрел. А я вот, нигде не была.

Детства своего Дин не помнила. Как и многие, она была убеждена, что родилась здесь, но вряд ли смогла бы вспомнить год и место своего рождения. Помнила, что училась в школе, но естественно, не помнила в какой. Не могла она толком вспомнить и своих родителей, хотя могла многое о них рассказать, но вот как покинула отчий дом и решилась на самостоятельную жизнь, большой вопрос.

В общем, у многих на этой планете, память была крайне избирательна. Поговаривают, что это последствия темпоральной чумы, споры которой достались планете от прошлых цивилизаций.

Все эти сражения всех против драконов, драконов против всех, и всех против всех, не что иное, как последствие вируса древней и могущественной расы, что когда-то главенствовала в мире. Считая себя высшими существами, древние всячески принижали достоинства остальных рас, лишая их прав и свобод. Всякому, кто не являлся древним, была уготована судьба, если не рабов, то слуг, смиренно исполняющих все распоряжения своих господ.

Древняя раса была очень могущественной. Кроме людей, у них в услужении были машины и сильная магия, творившая настоящие чудеса. Легенды гласили, что спасаясь от выпущенной ими чумы, древние вознеслись к звёздам, и до сих пор, продолжают оттуда наблюдать за планетой.

– Зачем древние выпустили чуму? – задал я единственный вопрос, после того, как в моей голове сложилась некое представление о пришельцах с большими головами, щупальцами, и множеством космических кораблей, покидающих планету.

– Чтобы лишить нас памяти. – Дин надавила пальцем мне на лоб, не удивляясь, что я не знаю простейшего. – Чтобы мы забыли обо всём, о том, кто наш настоящий враг. Первыми лишились памяти драконы. Они стали нападать абсолютно на всех. Светлые и тёмные эльфы забыли, что у них общий предок. Гномы вышли из пещер, и схватились в страшных баталиях с людьми. Оборотни кинулись убивать друг друга.

– И как давно это было?

– Не знаю. – игриво улыбаясь, и разводя руки в стороны, ответила Дин. – Может тысячу лет назад, может две. Никто не помнит.

В этот раз Бобур встречал более приветливо, чем в прошлый, и воин у ворот даже не удостоил нас своим полным вниманием. Сам предположил, не на рынок ли мы прибыли, и, услышав подтверждающий догадку ответ, махнул рукой, дозволяя проезд.

Умудрённый предыдущим опытом, я взял с собой разменной монеты в достатке, что бы попутчица моя не имела ни в чём стеснения.

Гостевой дом, в котором мы нашли место и остановились на ночлег, порадовал нас сытным ужином и небольшой комнатушкой с двухместной кроватью. Всего за половину той стоимости, что мне обходится месяц проживания у Рафата, в нашем распоряжении оказалась мягкая постель, чистое бельё, плотные ставни на окнах, и добрая улыбка молоденькой особы, что помогала нашему размещению.