Папа Добрый – Да будет тень (страница 10)

– Бывало. – О́ша сначала улыбнулась, а потом чуть погрустнела.

Было понятно, что продолжать эту тему не стоит.

О́ша подвела Леру к душевой кабинке.

Кабинка была из прозрачного пластика, круглой формы, и не имела никаких дверок или входа. Чтобы попасть внутрь, нужно было повернуть всю кабинку, и таким образом, пластик поворачивался к пользователю проёмом. Внутри, в душевом поддоне, два углубления в форме стоп, рассчитанных на размер каких-то великанов. Встаём в ниши, поворачиваем стенку душа обратно, пока проём не совместится со стойкой управления. Причём, как только это происходит, и если стоишь внутри, пластик стенки перестаёт быть прозрачным. На стойке появляется изображение мужчины и женщины. При этом, никакого монитора нет, сама стойка словно стеклянная, и изображение появляется прямо на этом стекле. Управление всё интуитивное, понятное, сенсорное. Одним словом, смартфон в человеческий рост.

Выбираем изображение женщины, справа открывается женское меню. В центре, 3-D изображение посетителя. Но не рисованное или компьютерное, а как реальное зеркало, только объёмное, можно покрутить, увеличить, уменьшить. Нажимаем символ душевой лейки, изображение показывает, что нужно опустить руки по швам. По душу снизу вверх, а потом обратно, несколько раз пробегает кольцо фиолетового света. Не дать, не взять – кварцевая лампа. При этом лампы нет, а свет излучается из самой стойки и стенки душа.

Дальше можно выбрать стрижку, в том числе и интимную. Цвет волос, и не обязательно один. Нажимаем изображение ногтей, на стойке загораются символы ладоней, только почему-то с шестью пальцами. Кладём ладони на обозначенное место, получаем, заранее выбранный маникюр и педикюр. Пять минут, всё готово. Выходим сухие и чистые.

– О́ша, а почему тут всё без воды?

– Так мы же на корабле. Тут с водой не забалуешь. Он же не всегда тут валялся, когда-то и по пустоте летал.

– Пустота, это космос?

– Он самый. Мужу своему сможешь показать, как душем пользоваться, всё понятно?

– Да оказывается всё проще некуда.

Забрали почищенные вещи. Лера только сейчас обратила внимание, что О́ша не носит нижнего белья, одевает комбинезон на голое тело.

О́ша, очевидно, заметила это и пояснила. – Комбинезон современный, с функцией очистки тела. Правда он на это энергию жрёт, и голову не моет, так что, всё равно, без душа никуда. Да и чистить его самого тоже нужно.

Платформа прибыла к ангару. Народ потянулся к приёмщику, сдавать вещи категории личных находок. Вир сделал Павлу жест не торопиться, позвал с собой на разгрузку «казённого» имущества.

Через полчаса, разгрузив «казённое», подошли к приёмщику, передав тому ящики с батареями, девять футляров с инструментом, и неработающий игольник. Павел чуть не вынул нагреватель-кругляш, но Вир его вовремя одёрнул.

Приёмщик аж присвистнул, оценивая доставленное. Поговорил с Виром. Из этого разговора Павел понял только «митс», прозвучавшее несколько раз. Это слово было ему уже знакомо, судя по всему означало – дикий или дикарь.

– Всё, помчали домой. – резюмировал Вир, всходя на платформу. Народ самостоятельно никуда не расходился, без команды старшего, все сидели в ожидании.

– Получилось у нас так, – обратился Вир к Павлу. – вам на двоих, причитается тысячу шестьсот кредитов. Поскольку нейросети пока у вас нет, деньги зачислили на мой счёт, после установки переведу. Ну и прогиб с игольником, вам засчитан, как образцово показательный.

– А тысячу шестьсот это много?

– Не мало. Обычно кредитов на двести-триста сдают. У вас, считай, по восемьсот получилось.

Паша обречённо выдохнул, переводя кредиты в дни до выкупа.

В каюте Пашу встретила посвежевшая Лерка. Схватила его за руку, потянула в душ, всю дорогу щебеча, как тут всё, на самом деле, просто и круто-круто-круто.

В душевой пришлось немного постоять в ступоре. Когда говорили, что душ общий, на ум приходили справедливые мысли о раздельном времени посещения. Например, сначала девочки, потом мальчики. Но оказалось – общий в прямом смысле. Народ тут заголялся без всякого стеснения друг перед другом, щеголяя, кто, чем богат. Постояв и потупив немного, Паша, со словами: – Да пусть обзавидуются. – снял с себя одежду, отдал её Лере, и направился к ближайшей свободной кабинке.

Потом был ужин, с ровно таким же рационом, что и вчера, и на завтрак. Лера с Павлом хотели сесть за столик к Виру, но тот подал им знак, что делать этого не стоит. Зато, к ним за стол села О́ша. Оглядев остальных сидящих, вклинилась очень властно, согнав с места какого-то парня, расположившегося ближе всех к Лере. Парней за этим столом было значительно больше, чем девушек, и первые с нескрываемым аппетитом рассматривали прекрасную половину разумных.

– Тапратх цафе. – шикнула О́ша на парней, явно интересующихся Лерой. Те тут же виновато опустили свои взоры в непритязательный ужин.

Ну вот, местная речь уже и не казалась какой-то тарабарщиной, и пара раздельных слов вполне явственно можно было различить и даже повторить. Вот только бы ещё знать, что это означает.

– Мало слов. – по-русски сказала О́ша, обращаясь к Лере и Павлу. – За тебя и за тебя Вир смотрит. Решит. Скажет.

После этих слов, О́ша спокойно приступила к трапезе.

Удивительно, как уверено себя чувствовала О́ша. Складывалось ощущение, что её боятся. Вира слушают, может, не уважают, но как старшего слушают беспрекословно. А вот О́шу, точно побаиваются. Не зря же Вир говорил, что не рискнул бы связываться с этой креаткой.

Где-то за час до отбоя, в стену каюты Паши и Леры постучали. Дверей в каютах не было, их роль выполняли занавески, и стук в стену явно намекал, что кто-то хочет войти по приглашению.

Паша распахнул шторку, за которой стояла О́ша, со свёртком в руках. Вошла она, не дожидаясь никаких приглашений.

Девушка присела на постель, напротив ребят, показала Лере, что надо включить переводчик.

–Принесла вам нормальную одежду. – протянула свёрток. – Это комбинезоны для техников, но второго поколения. Вир вам со склада взял, те, что бесплатно раздаются. А на складе одно только старьё. Эти комбезы автономные, как у меня. Переодевайтесь.

О́ша даже не собиралась выходить, и Лере пришлось заслонить Павла собой.

– Ой, как ты своё драгоценное бережёшь. – рассмеялась она. – Не бойся, не уведу, но поглядеть-то поделись.

Переоделись, стоят как два балванчика, всё большое, всё весит.

– Вот здесь, на рукаве клапан. – показала О́ша. – За клапан потянуть до щелчка.

Потянули за язычок клапана, щёлкнуло, клапан зафиксировался. Чёрная лента ткани с символами. О́ша показала куда нажать. Символы сменились иконками последовательности действий. Поприседали, помахали руками, вверх, вперёд, в стороны, вниз. Комбинезон зашипел, подтянулся по фигуре, обувь подогналась по размеру, брючины слились с берцем ботинок, стали единым целым.

– Ну вот, куда лучше. – оценила О́ша. – Дальше мелкие настройки, но надо язык выбрать, а кода вашего языка я не знаю. Теперь снова за клапан надо потянуть, он спрячется.

Потом О́ша показала, как поменять стол и кровать местами, чтобы получилась единая, а не две раздельных.

– О́ша, а что ты в столовой сказала? – поинтересовалась Лера.

– Что вы семья. У нас нельзя так чужую женщину или мужчину рассматривать. Административное нарушение. Если пожалуются, можно декаду на исправительных работах провести.

– Так тут и в рабстве цивилизованные законы? – это уже уточнял Павел.

– Конечно. Вам же сразу сказали, что беззакония тут нет. Да и разве кто будет против, если раб неделю или две, отработает без права на комиссию.

– Резонно. – кивнул головой Павел.

– Чем на вашей планете вечерами занимаются? – сменила тему О́ша.

– Смотря кто? – уточнила Лера.

– Ну, например, молодая семья. По вам же видно, что вы совсем недавно поженились. Вас хоть не со свадьбы выкрали?

– Нет, не со свадьбы. – улыбнулась Лера. – У нас влюблённые на звёзды смотрят.

– Тогда пошли, что покажу.

И не дожидаясь согласия, О́ша взяла Леру и Павла за руки, повела за собой.

На улице они попросту устроились на белые маты, те самые, что были обильно настелены вдоль борта корабля. При этом, О́ша опять разогнала народ, так как лучшее место было занято.

Чёрное небо поражало своими видами. Прямо над головой, тянулась абсолютно прямая линия из семи звёзд, ярких и разноцветных. Да и вообще, звёзды здесь были и ярче и крупнее чем на Земле. А вот привычной полоски Млечного пути на этом небе не было.

– А теперь вот сюда. – О́ша указала обеими правыми руками в сторону горизонта.

Там, медленно взбирались две луны. Зрелище было потрясающее. Одна такая же крупная, как наша Земная, вторая помельче, с менее различимым рельефом. Очевидно, находилась несколько дальше от планеты, и сливалась в один блестящий шар. Хотя, одно крупное лунное море, разглядеть было можно.

К кораблю подъехал Вир, на какой-то крохотной гравиплатформе, размером с наш самокат.

– Непривычно, да? – начал тот. – Дней через пять, третья взойдёт. У вас же, на Земле, только одна луна?

– Вир, – Павел посмотрел на парня. – Ты знаешь русский, знаешь название планеты, даже про одну луну в курсе. Может, ты всё же поведаешь нам, откуда всё это.

Павел спросил с такой настойчивостью, даже, можно сказать, с вызовом, что Вир, поразмыслив немного, всё же ответил.