Папа Добрый – Да будет тень. Чародеи. Курс второй (страница 5)

Привычное, самодостаточное поселение с минимально необходимым набором производств. Кузня, пекарня, бондарня, плотницкая и столярная мастерская, апатекарии и врачевальни, цирюльни, модисты, и многое другое, без чего не обойтись современному городу.

– Смотри, – указала Яшма. – у них даже свой морг есть.

Чердак порадовал своим спартанским уютом. Ничего лишнего и всё необходимое, даже отдельный вход имеется, по крутой лестнице с заднего двора дома. Коечки, вешалки, пару комодиков для вещичек. Помывочная и туалет во дворе, в отдельном здании. Обеды в хозяйской столовой, входят в стоимость проживания. Даже по поводу нежити хозяева не сказали ни слова, у самих трое. Дань пиратской традиции. В те времена разбойники пользовали рабов, а сейчас, считается дурным тоном, не иметь в хозяйстве нежить. Вообще, кажется, что это первый город с таким количеством мёртвых.

Пиратская тематика прослеживается повсюду, словно местные гордятся прошлым острова. У наших соседей балкон второго этажа стилизован под корабельный бак с бушпритом, на котором развивается флаг берегового братства. К слову, и сам порт все неофициально зовут пиратским.

Конечно, видя такие изменения, нет никакого смысла искать артефакт в городе. Здесь действительно всё перерыто на сто рядов, даже не в ходе поисков, а элементарно, в ходе строительства. Единственная часть города, что претерпела минимальные изменения, это укрепления береговой батареи, на примыкающей к городу горе.

Вообще, у поселения две горы. Побольше, та, что слева, если смотреть из города в порт, возвышается метров на сто пятьдесят, и её морской склон обильно усеян оборонительными фортификациями, а на самом верху, теперь красуется маяк, коего не было в пиратские времена.

Правая, она же малая, что высотой всего метров семьдесят, оборудована наблюдательной каменной башней, и двумя каскадами подковообразной стены с пушечными бойницами. Уступает конечно по дальности своей стратегической соседке, но вооружена ничуть не хуже.

Обе горы соединены дугой невысокого кряжа, прикрывающего город с тыла.

Городской склон не очень крутой, на нём даже гнездятся несколько домишек, и пасутся местные козы, а вот противоположный, крутой голец, всего с несколькими извилистыми тропками, ведущими на противоположный берег острова. Берег этот, надо отметить, возвышается над морем метров на пятнадцать, и густо усеян крупными валунами, не позволяющим кораблям подходить к берегу.

Вечером прогулялись по городу, экскурсии ради, а подъём на горы запланировали на утро, чтобы со свежими силами, так сказать. Была у меня одна задумка.

Вооружившись домашними расстегаями, в качестве провизии, и небольшим запасом воды, отправились на высокую гору.

Я давно приметил, что испорченные артефакты, те, с коих оборвало канал, не до конца лишаются магии. Точнее говоря, обрыв канала происходит совсем не так, как у нежити. В случае упокоения, я перетягиваю его на себя, как бы с корнями, с кончиком, похожим на паутину нервных окончаний. С глифами ситуация иная. Канал разрывается не у самого глифа. Даже не знаю, как описать, чтобы было наглядно. Это похоже на последние секунды жизни погасшей свечи, когда огня уже нет, а от дотлевающего фитиля поднимается тонкая струйка дыма. Так же и с глифами. И чем мощнее был канал, тем длиннее дымок. У гребешков у моих, что частенько выходят из строя, он совсем коротенький, словно зацепившийся волосок. Там ведь магии-то всего, на две-три причёски. Кстати, знающие люди подсказали, что порча гребешков напрямую связана с моим даром. Есть за начинающими некромантами такой грешок, портить попавшие в их ручонки глифы, непроизвольно перекрывая каналы. Пройдёт со временем, как только будет наработан должный опыт.

Мы прогуливались по тропинкам вдоль укреплений, и я внимательно смотрел под ноги и по сторонам, пытаясь обнаружить оторванные каналы. Особых надежд не питал. Понимаю, что моя уловка позволит обнаружить совсем немногое, и только то, что совсем не глубоко оказалось под землёй. Но, в качестве пробы затеи, это был отличный вариант, принёсший некоторые результаты.

За день поисков обнаружили в основном мелочёвку: несколько нательных амулетов, пару колец. Одно колечко, кстати, было рабочим. С него-то и начались поиски, вдохновив на свершения. Судя по глифу, кольцо предупреждало о наличии ядов. Простенькое, медное, позеленевшее от времени, но вполне работоспособное. Его мы потом отдали дочери владельца дома.

Из ценного, или необычного: пиратский кортик, что никак не отреагировал на долгое нахождение в земле, не заржавел и не затупился, и неразорвавшееся пушечное ядро, угодившее в землю перед одним из укреплений на высокой горе.

Ядро и амулеты сдал в адмиралтейство. Подарили местному музею. А вот кортик, Яшма оставила себе, не смотря на то, что, возможно, глиф не работал. Тут как бы был спорный момент. Возможно, чары отвечали за сохранность и остроту холодного оружия, а возможно, всё дело было в качестве стали. Тем не менее, нож был красив, особенно костяная ручка, с головой дракона на торце.

Отоспавшись, поутру, выполнив традиционную зарядку «для хвоста», имею ввиду медитации, отправились на рынок, дабы прикупить продуктов в поход.

Тяжело конечно назвать прогулку длиною в четыре с половиной километра походом, но, тем не менее.

Обрывистый берег встречал великолепным пейзажем моря до самого горизонта. Дон –И-Линд один из немногих островов, с берега которого не увидеть соседей, потому-то, наверное, и был облюбован пиратской братией, за своё уединение.

Теперь нужно было обнаружить небольшой мыс, справа от которого приставали к берегу шлюпки Биисанта.

Мыс обнаружился. За время прошедшее с момента событий битвы ландшафт берега не изменился, ну, разве что, вода да ветер чуть больше подточили прибрежные камни. Увязали верёвку да спустились на каменистый пляж. Дно здесь мелкое, с крупными камнями под водой. Не удивлюсь, если матросы так и высаживались в воду, не достигнув самого берега. Тяжко им было, тут и так можно ноги переломать, а им пришлось на себе тащить пушки, снятые с корабля, ядра и порох.

И так. Осмотрел берег, прошёлся по сухому, всматриваясь между камней. От одного ориентира до другого метров шестьсот. Позади мыс, впереди небольшой водопадец, устроенный мелким ручьём. Вообще, мы его уже дважды форсировали, добираясь до берега. Крошечная журчалка буквально на шаг шириной.

Берег был чист, да и осматривал я его ради успокоения души.

– Вот тут они поднимали пушки. – указал на самое низкое место, там, где было русло ручья. – Что, попробуем подняться и мы?

Первой отправили Самандари. Она без труда поднялась по отвесной стене. А вот с верёвкой была проблема. Как мы не объясняли, что верёвку нужно привязать, нежить всякий раз аккуратно клала конец на край обрыва. Пришлось подниматься Яшме. Кстати, она взобралась куда шустрее нежити. Сказывался и рост и особенности физиологии. Меня она просто втянула на верёвке.

Самандари расстроилась. Условно конечно, но всем своим видом давала понять, что задача была поставлена совсем не по уму. И верно, следовало бы догадаться, раз нежити не могут развязать узел, то как они его завяжут? Надо было попросить просто подержать верёвку.

Вынул из рюкзака схематическую карту. Её я перерисовал из книги, сделав необходимые пометки из текста и того, что нам рассказали на Бакия́т-Ка-Джаси́ра-Ну́ма. Провёл пальцем по схеме, вкратце пересказывая историю себе самому.

– Получается, что отсюда они пошли к кряжу, двигаясь вдоль ручья. Придётся и нам повторить переход Суворова через Альпы.

– Что? – не поняла Яшма.

– Один полководец перевёл целое войско через горы. Длинная история. – попытался уйти от подробностей, прикрывая собственный залёт.

Ничего не напоминало о том, что когда-то тут прошла добрая сотня людей, волоча за собой нелёгкую поклажу. Время и природа стёрла любые упоминание о том далёком событии. Однако, где-то на двух третях пути, Яшма меня одёрнула, указывая чуть в сторону.

– Ты чего? – обернулся я.

– Русло. – Яшма разгребла траву, демонстрируя округлые камушки.

Действительно, под обильной порослью всяких цветущих и лиственных, прослеживалась вполне внятная извилистая дорожка, приглублёная, с вкраплениями округлой гальки по всему маршруту.

Так мы добрались до небольшого озерца, которое, на наше счастье, никуда не сместилось из каменной ниши, и, как и раньше, пополнялось сбегающим с горы ручьём. Именно здесь, по легенде останавливались матросы за несколько часов до боя.

Ходить по зарослям не самое лучшее развлечение. И хоть я и не готов сказать, что мы устали, но вполне натопались. И раз уж решили повторить путь Биисанта, то решили заночевать у озерца, а утром продолжить восхождение на кряж.

Место здесь было хорошее, тихое. Можно даже сказать, красивое, если бы не голец, чуть портящий картину. Но, благодаря ему, ручей звонко стекал в озеро, баюкая округу своими трелями.

Подготовили место для ночлега. Примяли траву да очистили почву от крупных камней. Ими я выложил костровище, насобирал сухих веток, развёл небольшой костерок. Так, исключительно для антуража.

Хорошо, спокойно, тихо. Веточки потрескивают, ручей журчит, от озерца веет прохладой, да и вековые дубы прикрыли своей листвой от зноя Роши. Лепота.