Пак Соён – Новый мир (страница 8)

– Позвольте представиться: меня зовут Михо. Я капитан этой яхты. Безопасно доставлю вас до места проведения свадебной церемонии.

Шкипер Михо, стоя у огромного штурвала, похожего на велосипедное колесо, улыбается во весь рот.

– Наш путь не займет много времени, поэтому поднимать паруса мы не будем, но уверен, что фата, развевающаяся на морском ветру, будет не менее прекрасна!

Яхта медленно рассекает волны. Белая вуаль, привязанная к мачте, начинает плавно колыхаться. Сквозь кружева льются яркие солнечные лучи. Идеальная погода для такого дня.

Оглядываюсь на удаляющийся причал: на берегу стоит несколько человек с биноклями. Кое-кто даже устроился на стульях, поставленных друг на дружку, с театральными биноклями. Даже в Сноуболе, переполненном зрелищами, эта церемония – событие, которое нельзя пропустить.

Я вытираю капли пота, струящиеся по лбу. А не холодная ли это испарина? Возможно, дело не в жаре.

Ли Бонхве протягивает мне носовой платок. Видя мою нерешительность, он пристально смотрит на меня, приподняв одну бровь. То самое выражение лица, что было у него на рождественском приеме корпорации «Ли Бон Медиа Групп», организованном в прошлом году: тот же бесстрастный и равнодушный взгляд. Тогда он принял меня за Чо Йосу и изображал безразличие, чтобы скрыть их отношения.

Но сегодня это явно не игра. Ведь я не Чо Йосу, и он это прекрасно знает.

– Спасибо большое!

Вместо меня платок из рук Ли Бонхве ловко перехватывает Пэ Сэрин. Она пододвигается ближе ко мне и шепчет:

– Господин мог и смутиться из-за того, что ты так долго не отвечала на его благородный жест.

И тут, совершенно неожиданно, Пэ Сэрин легкими движениями начинает вытирать пот с моего лица. Меня передергивает от глупой мысли: «Неужели этот птенец кукушки может стереть этим платком и мою душу?»

Пэ Сэрин, заметив мое беспокойство, усмехается:

– Не волнуйся, макияж не размазался.

Она смотрит на Ли Бонхве и его телохранителя.

– Чобам сегодня особенно красива, не правда ли? Я сама ее красила.

Этим утром, усадив меня на диван в гостиной, Пэ Сэрин старательно наносила мне макияж. Чо Мирю и Онги наблюдали за этим с большим умилением. Фальшивая улыбка, светящаяся прямо перед моим лицом, раздражала, но тогда я хотя бы не вздрагивала от прикосновений ее рук, как делаю это сейчас. Ведь в тот момент я еще не пришла к выводу, что на всей земле только Пэ Сэрин, играя меня, может пойти на убийство Ко Мэрён.

Бабушка учила меня и Онги не судить других опрометчиво. Но Пэ Сэрин не кто иной, как птенец кукушки. Причем она выталкивает меня из гнезда куда наглее, чем я могла предположить. Она хочет сделать из меня убийцу и упрятать за решетку…

– Вау, как же здесь великолепно!

Бодрый голос шкипера Михо вырывает меня из потока мыслей.

Мы вплотную подплываем к стеклянному кубу, наполненному роскошными цветочными композициями и не менее роскошно одетыми гостями. Прозрачный прямоугольник, вырезанный из стекла, настолько чист, что кажется, будто свадебная площадка парит над водой. На других яхтах, приближающихся с разных сторон, также развеваются белые кружевные вуали.

Одна грань стеклянного куба отъезжает по диагонали, образуя вход. Первыми с яхты сходим мы с Пэ Сэрин, за нами следуют Ли Бонхве и его телохранитель. Внизу – стеклянный пол, по которому можно ходить, не боясь случайно поскользнуться, а прямо под ним течет синее море. Пэ Сэрин, как ребенок, радуется, видя тропических рыбок, плавно плывущих по волнам.

– Такой роскошной свадьбы еще не видели в этом мире!

В ответ на слова Пэ Сэрин Ли Бонхве тихо усмехается, и в этот момент появляется одетый в белый смокинг главный герой сегодняшнего торжества.

То, что я видела в тот день

– Вы пришли! – восклицает Фрэн Краун, бросаясь к нам с широкой улыбкой.

На нем белый смокинг, а поверх него накинута фата, похожая на ту вуаль, что висела на мачте. Он уверенно шагает вперед.

– Ваше высочество, для меня большая честь, что вы присоединились к нам в этот день! – говорит он, обращаясь к Ли Бонхве, стоящему рядом со мной.

– Это же свадьба нашего ведущего прогноза погоды, я не мог не прийти. Поздравляю от всего сердца, – отвечает Ли Бонхве.

Фрэн ждет, пока он первым не протянет руку, а затем крепко сжимает его ладонь обеими руками.

– Я так благодарен, что даже не знаю, как выразить свою благодарность словами, – произносит он, и его глаза сияют от счастья.

– Хоть я и представляю сегодня корпорацию Ли Бон, президент и вице-президент тоже прислали подарки, – оборачиваясь, добавляет Ли Бонхве.

Вдалеке я замечаю яхту семьи Ли Бон. Она чуть больше той, на которой прибыли мы, и доверху набита подарками. На мачте развевается флаг с эмблемой корпорации «Ли Бон Медиа Групп».

– Это первая свадьба действующего ведущего прогноза погоды, поэтому президент очень хотела присутствовать лично, но врач посоветовал ей пока избегать выходов в свет, – поясняет Ли Бонхве.

– Конечно, здоровье президента важнее всего! К тому же в этом году я лишь временно кое-кого заменяю, – отвечает Фрэн, бросая смущенную улыбку мне и Пэ Сэрин.

Я задумываюсь: если бы Пэ Сэрин не воткнула мне шприц в шею или если бы я не вошла с Ча Хян за руку в телестудию, могла ли одна из нас до сих пор притворяться Ко Хэри и предсказывать погоду?

– Спасибо и вам, что пришли сегодня, мои младшие коллеги, – говорит Фрэн, переводя взгляд с меня на Пэ Сэрин и обратно. Его брови слегка хмурятся, принимая форму восьмерки. – Сегодня вас особенно трудно разли… – добавляет он, но не успевает закончить, как Пэ Сэрин бросается к нему и тепло обнимает.

– Поздравляю со свадьбой!

Фрэн указывает пальцем на затылок Пэ Сэрин и беззвучно спрашивает меня: «Сэрин?» Я киваю, и он, улыбаясь, легонько хлопает ее по спине.

– Спасибо, Сэрин.

Я тоже очень рада этой свадьбе, но Пэ Сэрин, кажется, находится в еще более приподнятом настроении.

– Живите счастливо вместе!

На суде прокурор, объясняя, как я подружилась с Ча Хян, упомянул, что меня сослали в поселение для отставных режиссеров. Поясняя, он рассказал, как Пэ Сэрин «подставила» меня. История разлетелась по СМИ, и зрители начали недолюбливать Пэ Сэрин. Они не прекращая судачили о том, какая же Пэ Сэрин отвратительная и как такой вообще можно было родиться. Но Фрэн пригласил нас обеих к себе домой, угостил шоколадной пастой и вручил приглашения на свадьбу, не делая между нами никакого различия. Для Сэрин это, похоже, значило очень многое.

– А, кстати, чуть не забыла! Благодаря вашему совету мы помирились, – говорит Пэ Сэрин, сжимая руку Фрэна и улыбаясь мне. – На следующей неделе в нашем сериале «Я, ты и мы» вы сможете это увидеть своими собственными глазами, – добавляет она.

Фрэн радуется, называя это лучшим свадебным подарком. Я сухо улыбаюсь, избегая взгляда Ли Бонхве, который выглядит слегка удивленным.

Я уже предвкушаю, как в следующую субботу буду смотреть эпизод, где Пэ Сэрин извиняется передо мной в лодке, а в воскресенье – сцену, где я убиваю Ко Мэрён, которую Пэ Сэрин назвала бабушкой.

Если Пэ Сэрин, воткнувшую мне в шею всего лишь шприц, все считают «отвратительной», то как назовут меня, вонзившую нож в человека?

– О, вы пришли, ваше высочество! – восклицает Чин Чинсо, заметив в толпе гостей Ли Бонхве.

Она спешит к нам, и ее свадебное платье переливается, как море, а длинные черные волосы волнами струятся по плечам. На шее – жемчужное ожерелье в форме бабочки. Она приветствует Ли Бонхве с должным почтением, а затем нежно касается щекой лица Фрэна. В ее ногах сидит ее пес Мансэ, весело виляя хвостом. Мансэ – десятилетний шпиц и самый любимый пес в Сноуболе. Если бы не эта связь с ним, Чин Чинсо давно бы изгнали из Сноубола и этой свадьбы бы не было.

– Рада вас видеть, Сэрин. И вас, Чобам, – говорит Чин Чинсо. Ее добрый взгляд скользит от Пэ Сэрин ко мне.

Фрэн с восхищением смотрит на свою невесту, которая безошибочно может различить нас.

– Как ты всегда сразу понимаешь, кто есть кто? – спрашивает он.

– У меня зоркий глаз. Не то что у тебя, – улыбаясь, шепчет Чин Чинсо своему жениху, который уже во второй раз получает отсрочку от смерти. – Благодаря зоркому глазу я и нашла такого замечательного мужчину, – добавляет она.

Лицо Фрэна озаряется счастьем – именно счастье, а не толстый слой макияжа, скрывает его болезненный вид.

А я снова сдерживаю в себе вопросы, что жгут мне душу.

Это твоих рук дело, Пэ Сэрин?

Если бы я спросила, то не смогла бы продолжать даже притворно улыбаться. Наша злость и гнев испортили бы самый счастливый день Фрэна. А счастья у него осталось так мало.

Все гости на свадьбе, будто сговорившись, решают отложить свою ненависть к Пэ Сэрин. Глядя на нее, они видят не «отвратительную девчонку», которая украла жизнь Ко Хэри и предала Чон Чобам, а просто младшую коллегу Фрэна, о которой он заботится. Пэ Сэрин улыбается и разговаривает со всеми так мило, словно желает, чтобы теплое отношение к ней распространилось по всему миру, а не было заперто в этом небольшом пространстве. Она похожа на Ко Хэри. Это напоминает мне дни, когда и я пыталась подражать Ко Хэри, и сердце сжимается.

– Ха-а… – выдыхаю я, чувствуя себя все хуже и хуже.

Мне тяжело даже говорить с людьми. Я слежу за Пэ Сэрин взглядом, мечтая, чтобы свадьба поскорее закончилась и я смогла вернуться домой. Внутри стеклянного купола тепло и уютно, но воздух кажется спертым.