Пак Соён – Новый мир (страница 29)

В этот момент за спиной двери лифта закрываются. Чтобы не поддаться страху, что не смогу вернуться в безопасное место, я смотрю только вперед. Вниз тоже отказываюсь смотреть. Даже если я знаю, что это иллюзия, страх высоты никуда не девается.

С покалыванием в пальцах ног я делаю еще один шаг вперед, как вдруг кружится голова, и мир переворачивается вверх дном. Я рефлекторно зажмуриваю глаза, а затем сразу же открываю их, надеясь, что ничего не случилось.

Но за это время пейзаж передо мной полностью изменился.

В белой комнате, излучающей слабый свет, висят сотни зеркал, похожих на то, что парило в воздухе. Они плотно покрывают стены, потолок и пол.

– Что это еще такое? Неужели я должна найти, какое из них вход в настоящий зеркальный лифт? Не зря Бухэ считается лучшим гипнотизером Сноубола.

Я прикасаюсь к ближайшему зеркалу, и оно тут же трескается. Мое отражение в паутине трещин насмешливо улыбается и говорит:

– Чон Чобам, ты правда думаешь, что сможешь победить президента корпорации «Ли Бон Медиа Групп»?

Я инстинктивно оборачиваюсь, и в другом зеркале еще одно мое отражение смотрит на меня с жалостью.

– Какой у тебя план? Разоблачить подземную электростанцию? Думаешь, Ли Бон рухнут, если выяснится, что геотермальное тепло – подделка? Фальшивое тепло никому не вредит.

В одном зеркале я плачу навзрыд, в другом – кричу с перекошенным от ярости лицом.

– Почему ты не понимаешь, что из-за тебя и другие подвергаются опасности!

– Я не хочу умирать! Не хочу!

Я затыкаю уши и одно за другим пинаю ногой уродливые отражения. С треском стекла разлетаются миллионами осколков, но зеркал здесь бесконечно много, так что какофония голосов из сотен зеркал становится все громче. Я отчаянно затыкаю уши и сажусь на пол, но и на полу миллион зеркал. Странные шепоты, вздохи, смех и плач окружают меня отовсюду.

– Пожалуйста! Хватит!

Но громче всего кричу я.

– Я не могу просто сидеть на месте и позволить им все у себя отнять!

Все звуки мгновенно умолкают.

Я продолжаю лежать, скорчившись на полу. Лишь немного приподнимаю голову. Из трещин разбитых зеркал просачивается вода. Сначала она стекает медленно, как дождь по стеклу, а затем хлещет, как прорвавшаяся плотина.

– Ничего, это всего лишь иллюзия.

Я встаю, пошатываясь, но холодная вода мне уже по пояс.

Ощупываю одежду – она мокрая и тяжелая.

– Вода вполне реальна…

В следующее мгновение меня накрывает огромная волна, поглощая с собой белую комнату. Я отчаянно барахтаюсь в бурлящей воде. Поднимаю подбородок, чтобы сделать вдох, но в рот заливается горькая морская вода.

Запах гнилого моря наполняет комнату.

– С-спасите…

Бесконечные волны погружают меня под воду. Пузыри изо рта и носа мешают видеть. Я задыхаюсь, бешено молочу руками и ногами, но снова глотаю воду. Тело постепенно коченеет, сердцебиение замедляется.

Неужели я так и умру?

Я вспоминаю Хва, ползущую на четвереньках к потерявшему сознание Моку. На ее образ накладываются лица мамы, бабушки, Онги. Моя семья также ползет ко мне, к моему мокрому трупу, на четвереньках. Из их рук, коленей и даже глаз течет кровь, будто слезы. А за их спинами президент Ли Бонён удовлетворенно расплывается в улыбке.

В конце концов у тебя отберут даже то, что ты до последнего будешь пытаться защитить.

– Нет, этого не будет.

Я не позволю тебе разрушить мой мир.

Выдыхаю последние пузырьки воздуха из легких и медленно двигаю кончиками пальцев. Тут же понимаю, что могу дышать под водой. Я двигаю руками и ногами, как тренировалась неделями в бассейне, и рассекаю воду. Плыву к единственному оставшемуся зеркалу, погруженному в море.

Вскоре в зеркале отражается мое лицо. Я думала, что плыву под водой, но в зеркале отражаюсь я, стоящая на полу.

Море, поглотившее меня, – иллюзия, а это зеркало – настоящее. Как только я это осознаю, вся вода в комнате мгновенно испаряется и передо мной расстилается реальное пространство. Оглядываюсь и вижу лифт башни SNOW TOWER, а перед ним стоит маленький стол. На полу – разбитая ваза, лужа воды и сотни цветов, таких же, как в зале детоксикации. Больше ничего нет, даже камер. Моя футболка мокрая в районе талии – наверное, я, испугавшись иллюзии и пятясь назад, опрокинула вазу.

Я снова смотрю на свое отражение в зеркале и протягиваю руку.

Внутри зеркального лифта, как всегда, темно, и на этот раз он движется сам. Стремительно взлетает, быстро покидая темный туннель, и поднимается все выше и выше по ночному небу, где летают мыльные пузыри, – словно ракета из военной цивилизации.

Так зеркальный лифт достигает огромной крыши Сноубола. И там меня встречает самый искусный архитектор нашей эпохи.

История, о которой не пишут в учебниках

– Почему так долго? – озадаченно спрашивает женщина, сидя в инвалидном кресле. На лице у нее читается усталость.

Когда я в последний раз смотрела на часы, ожидая лифт в больнице, было чуть больше одиннадцати вечера, но часы на ее запястье показывают, что сейчас почти пять утра. Видимо, иллюзия длилась довольно долго. Или, может быть, когда я думала, что задыхаюсь и теряю сознание, я действительно его потеряла.

– Вы не представляете, как трудно было добраться сюда, – говорю я, следуя за ее инвалидным креслом, колеса которого движутся автоматически.

Оно выглядит точно так же, как то, на котором она была на свадьбе Фрэна. Впервые вижу кресло, которое движется само по себе. Ни во внешнем мире, ни в сериалах Сноубола таких не было. Женщина оглядывается, чтобы проверить, иду ли я за ней, а кресло в это время само по себе останавливается.

Я спрашиваю ее об этаже, до которого можно доехать, только нажав поочередно на цифры с визитки: правда ли, что лифт, прибывший на этот этаж, не закрывает двери и не двигается на другие этажи, пока человек не выйдет? Она кивает и добавляет, что это секретная слепая зона башни SNOW TOWER. Затем я благодарю ее легким поклоном, и она хмурит брови:

– За что?

– Благодаря тому, что лифт не двигался, я смогла встретиться лицом к лицу со своей травмой.

Даже думая о зеркальном лифте, я больше не чувствую запаха гнилой рыбы. Женщина, будто не понимая, о чем я, слегка улыбается и указывает на желтое одноместное кресло.

– Садитесь туда.

Ее мастерская окрашена в теплый кремовый цвет. Большое зеркало, соединенное с зеркальным лифтом, заменяет входную дверь, а в конце короткого коридора – гостиная. Простое пространство без телевизора или даже маленького окна. Рядом с желтым креслом на вешалке висит толстое меховое пальто, явно не по сезону.

Я сажусь за прямоугольный металлический стол с закругленными углами и снова задаю вопрос:

– Зеркальный лифт может взлетать, как ракета?

Женщина слегка улыбается и останавливает кресло напротив меня.

– Тоннель лифта от вершины SNOW TOWER до этого места сделан из тех же стеклянных панелей, что и купол Сноубола.

Находясь внутри тоннеля, можно увидеть внешний пейзаж, но снаружи тоннель не виден из-за неба, проецируемого на экране. Она заканчивает краткое объяснение, добавив, что то же самое касается внешних стен мастерской.

– Как в таком месте может быть мастерская… или, вернее, где именно мы находимся?

После ее объяснения я еще больше заинтригована и наклоняю голову, а она уверенно улыбается.

– Давай увидишь все своими глазами.

Ее правая рука берется за один из углов стола. Вся столешница начинает светиться ярким светом, как фары автомобиля. Я смотрю на потолок и вижу, что часть, на которую падает свет, превратилась в зеркало.

– О-о?

То же самое было на куполе поселения для отставных режиссеров, когда фары грузовика, управляемого выжившей Хван Санной, осветили его.

Женщина подбородком указывает на белое меховое пальто, висящее на вешалке рядом с креслом.

– Сначала оденься как следует.

Она ловко надевает меховое пальто, которое до этого лежало у нее на коленях, как одеяло.

– Я сделала его длинным, чтобы оно закрывало и ноги.

Сказав это, она надевает капюшон и плотно завязывает шарф с обеих сторон.

– Вы предлагаете выйти наружу? На крышу купола?