Пак Соён – Новый мир (страница 18)

Всего лишь встретившись с ней взглядами, я ощущаю, как сердце начинает биться быстрее, а дыхание перехватывает.

– Нет… в этом нет необходимости, – отвечаю я, стараясь сосредоточиться на настоящем, но рука, которую она все еще не отпускает, заметно дрожит.

– Чобам, вы плохо себя чувствуете? – спрашивает Ли Бонён, внимательно глядя на меня, и тихо шепчет: – Может, вам стоит взглянуть в зеркало?

У меня темнеет в глазах. Я чувствую запах протухшей рыбы, и боль, словно все вены в теле лопаются, охватывает меня. Мое тело падает на пол. Я слышу звон в ушах, и шум удивленных голосов доносится как будто издалека. Телохранитель Ю пытается поднять меня, но каждое ее прикосновение обжигает как огонь. Я крепко прикусываю нижнюю губу, чтобы не закричать.

– Ха-а…

Я хватаюсь за сверкающую раковину и с трудом перевожу дух. Хорошо хоть, что меня не вывернуло прямо на глазах у всех на дорогой костюм Ли Бонён. Сквозь приоткрытую дверь в ванную доносится резкий голос Пэ Сэрин:

– Хватит уже, пошли. Из-за тебя мне тоже приходится тут торчать. Как это раздражает!

В уборную, находящуюся в чайной комнате неподалеку от обеденного зала, меня привела госпожа Ю Чонвон, но ждёт, пока я приду в себя, именно Пэ Сэрин.

– Кто тебя просил тут стоять? Уйди уже, – говорю я.

Пэ Сэрин вздыхает так, словно земля уходит у нее из-под ног.

– Если я уйду одна, это будет выглядеть странно. Для всех вокруг.

– Все равно все вокруг знают, что мы с тобой не так уж и хорошо ладим, – отвечаю я.

Я думала, она замолчит, не желая больше спорить, но тут в чайной комнате появляется президент Ли Бонён и отправляет Пэ Сэрин обратно в зал.

– Я ценю вашу заботу о Чобам, но, Сэрин, вернитесь, пожалуйста, к столу. Мне неловко, что гостья находится здесь одна, – говорит она.

Пэ Сэрин, натянув улыбку, из вежливости пытается отказаться.

Никогда не думала, что настанет день, когда я сама захочу, чтобы Пэ Сэрин осталась со мной и не уходила. Но она, уступив Ли Бонён, уходит из чайной комнаты.

«Ха, ну да, конечно. Ты мне даже в этом помочь не можешь», – проносится в голове.

Ли Бонён с довольной улыбкой входит в ванную, отделанную золотом.

– Я так и знала, что ты явишься на прием, даже несмотря на то, что пережила вчера. В конце концов, именно твой нрав и навлек на тебя все эти беды, – произносит она, поправляя безупречно уложенные волосы. – Хотя, признаться, я и сама хотела тебя увидеть. Мне нужно было своими глазами проверить, как подействовал гипноз.

Я все еще стою, вцепившись в раковину, и тяжело дышу.

– Почему вы так со мной? Убить не можете, так решили помучить?

Ли Бонён становится рядом и смотрит на меня через зеркало. Наши взгляды пересекаются. Всего лишь от простого сочетания двух вещей – Ли Бонён и зеркала – меня охватывает страх, что боль вот-вот снова вернется. Я невольно отвожу взгляд и сжимаю раковину так, что руки начинают дрожать.

Ли Бонён тихо смеется:

– Чобам, я не собираюсь тебя убивать.

– Что?

– Все, что умирает, обрастает мифами. Даже у подонков появляются поклонники, а никчемные становятся героями. – Ее голос становится ледяным. – Поэтому ты будешь жить.

– Но сделаете из меня убийцу? Чтобы все меня проклинали и презирали?

– А ты умна. Хотя было бы лучше, чтобы ты не была такой смышленой.

Она улыбается открыто, почти насмешливо, и продолжает:

– Да, как ты и сказала, я сделаю тебя убийцей. Что бы ты ни сказала, что бы ни сделала, люди будут видеть в тебе только злобную девчонку, несущую вздор.

– А вы не боитесь, что, если оставите меня в живых, я могу отомстить вам и вашей семье?

Зачем я так глупо провоцирую ее? Неужели хочу, чтобы она и правда меня убила? Чтобы избавиться от этой боли и грядущих бед?

Ли Бонён смеется так добродушно, как смеются бабушки, когда внуки выпрашивают у них непомерно дорогой подарок.

– Не утруждай себя, мстя и моему внуку. Он скоро сам ответит за свои грехи.

– Вы собираетесь наказать Ли Бонхве?

Ли Бонён открывает кран и неспешно моет руки.

– А ты бы на моем месте позволила такому глупцу оставаться наследником?

– Почему вы так поступаете? Что мы такого сделали?

Ли Бонён смотрит на меня с жалостью.

– Я не в обиде на вас. На мне лежит обязанность держать этот мир в равновесии и покое.

Она вытирает руки маленьким полотенцем, лежащим у раковины.

– Просто сиди тихо и ничего не делай. Не пытайся вырваться из сценария, который я для тебя написала, не пытайся сочинить свою историю, просто сиди тихо.

Она аккуратно убирает мои растрепанные волосы за ухо.

– Запомни: стоит тебе стать угрозой системе – и поплатятся твои близкие. И неважно, мои это родные или твои.

– Почему вы убили Ко Мэрён? Почему именно ее?

– Она посмела шантажировать меня, требуя вернуть ей ее доброе имя. Если бы молчала, приманкой для тебя стала бы Пэ Сэрин. Так что, можно сказать, она спасла одну юную душу.

– Ха… И вы придумали сценарий, где я мщу Пэ Сэрин? – спрашиваю я.

Ли Бонён, уже выходя из чайной комнаты, тихо добавляет:

– Будь осторожнее, не трогай это зеркало. Оно связано с зеркальным лифтом.

Я вспоминаю, как впервые прикоснулась к такому зеркалу, как впервые мой палец прошел сквозь зеркальную поверхность. Ужасная вонь и сдавливающая боль в груди возвращаются, и я снова падаю на пол.

Ли Бонён с удовольствием смотрит на мои страдания и уходит, а я, корчась от боли, бессильно провожаю ее взглядом.

Похороны врага

Прием проходит как в тумане. На столе, где раньше стояли блюда, вкуса которых я не чувствовала, теперь расставлены чай и десерты, приготовленные по индивидуальным заказам. Мой взгляд следует за Ли Бонхве, сидящим по диагонали от меня. Он безупречно держится, ни на мгновение не теряя самообладания, и непринужденно беседует с гостями.

Ты должен сдержать обещание, данное Чо Йосу. Ча Соль должна заплатить за все сполна.

Ли Бонхве может потерять место наследника всего лишь за то, что он сдержал обещание, данное Чо Йосу. А что будет потом? Что случается с теми, кого лишают статуса наследника?

На ум приходит Ли Бониль, старший сын президента Ли Бонён, который раньше занимал место наследника. Он добровольно отказался от места наследника, и вскоре после этого внезапно выяснилось, что он долго болел. Через некоторое время проходили его похороны.

Но действительно ли он был болен?

Среди весело смеющихся и болтающих людей мне становится все труднее скрывать свое состояние. Сославшись на необходимость сходить в туалет, я ухожу. Прохожу через чайную комнату, иду по коридору и замечаю маленькую дверь, похожую на окно. Открываю ее и выхожу в идеально ухоженный сад.

Вдыхаю аромат зеленого лета, и мне становится чуть легче, но тут же осознаю, что даже этот воздух заперт под куполом. Как же хочется вдохнуть настоящий воздух, свободно гуляющий по миру.

– Что ты тут делаешь одна? – внезапно раздается сзади голос.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь: Ли Бонхве шутливо приподнимает брови.

– Прости, напугал?

– Ничего, я просто вышла подышать свежим воздухом.

Он становится рядом со мной, и мы вместе смотрим на просторный сад.

– Ты выяснила, что там была за ловушка?