Отшельник Извращённый – Ненормальный практик 7 (страница 24)
— Что будем делать? — спросила Ингрид.
Корнелия молчала. Что ей сказать? Что можно сделать против трёх архимагистров⁈ Бежать? Куда⁈ Драться? Как⁈ Обычные практики против архимагистров это совсем не бой, а просто смерть. Ей стало не по себе, ведь собиралась расправиться с самой Аннабель Винтерхолл. А теперь стушевалась всего лишь от её подручных.
Архимагистры приближались. Все трое мужчины в годах. Бледнокожие поселенцы туманного Альбиона, все в безукоризненных мундирах, и все трое излучали особенную холодную уверенность, понимая, что сильнейшие на этом поле боя. Все вокруг — букашки. Мошки, способные лишь мозолить глаза, не более.
Первый, самый высокий с длинными тёмными волосами, выставил ладонь. Вспыхнула печать цвета молока. Тут же принялась расширяться, принимая облик грозного белого медведя. Метров шесть высотой. Крупный, на мощных лапах, а какие эфирные когти! Ходячий комбайн смерти!
Второй архимагистр, выглядевший постарше, с острым носом и в очках, не собирался активировать собственный контур, ведь хватит и бугая-медведя, что разнесёт имперское построение в хлам.
Третий же был самым сильным из тех, кто вышел на поле битвы. Рональд Андерсон. Если все архимагистры были первой ступени, то он, как Аннабель, да и генерал Разин, достиг второй ступени. А значит, по всем меркам, мог побороться за первенство среди практиков происходящей битвы. Знал ли он себе цену? О, ещё как. Поглаживая пышный длинный ус, он скучающе смотрел на перепуганных имперцев, собираясь хорошенько повеселиться, дабы вынудить старого знакомого покинуть штаб и выступить против него в дуэли. Разин обязан среагировать, иначе сэр Рональд уничтожит тысячи. Сотрет с лица земли весь фланг. Одно лишь занимало сейчас мысли британца: сколько у Российской Империи архимагистров? И не получится ли так, что Разин будет занят одним из этих двух? Он бросил взгляд на длинноволосого брита и брита в очках. Одному из этих явно достанется командующий фланговым направлением, а второму — кто? Сам Разин? Остальные ведь архимагистры, по идее, уже должны вот-вот вступить в дуэли. Тогда если Разин объявится, значит у британцев останется свободен один из этой тройки. В таком случае, дела у имперцев плохи. А учитывая, что Аннабель, прознав про выход Разина, и сама тут же выступит, то считай исход решён. Резервы же, что должны уже вскоре завершить многодневный манёвр и ударить сзади, будут последним гвоздём в крышку гроба армии Разина. С этими мыслями Рональд ухмыльнулся.
Длинноволосый британец, усилив голос эфиром, засмеялся:
— Ну что, русские? Готовы сдыхать? Или сразу побежите, сэкономив наше время? Будьте так добры, насекомые, просто исчезните!
Ингрид прошипела сквозь зубы:
— Ублюдок… Хотела бы я его прикончить…
— Не выйдет, — сухо произнесла Фрея. — Никто из нас ему не противник.
Корнелия смотрела на архимагистров умиротворенным взглядом, первой среди всех поняв — это конец. Эти трое не дадут им сбежать. Без шансов.
— Тогда что? Просто стоим и ждём смерти? — возмутилась Ингрид.
— Я… не знаю, — выдохнула Фрея.
— Простите, северянки, — подала голос Корнелия. — из-за меня вы…
— Ты здесь совсем не при чём, имперка, — перебила её Ингрид. — Так что расслабься, мы и без тебя собирались на битву. Жаль, не добрались до Аннабель.
— Но всё ещё можем хотя бы ранить одного из её людей, — добавила Фрея.
Корнелия впервые за прошедший час улыбнулась:
— Вы обе ещё большие дуры, чем я.
— Всё из-за холода, — усмехнулась Фрея. — Отморозили мозги.
— Зато сердца ещё бьются, — добавила Ингрид, перекрутив копьё, а после прокричала: — Клан! В атаку!
— СТОЯТЬ! — раздался грозный голос.
И северяне замерли. Ещё бы. Прогремевший голосище они могли узнать из тысячи, хоть в пургу, хоть в метель.
И тут показались два человека, с активированными мощными аурами.
Полковник Пётр Суворин, командующий правым флангом. Он шёл в длинном зимнем плаще белого цвета с меховым капюшоном. Руки в карманах. Короткая бородка слегка трепетала на ветру.
А рядом с ним…
Человек, которого Ингрид узнала мгновенно.
— Папа…
Да, это был Хальвдан, вождь племени Белого Клыка. Её отец. В белой шкуре, с распущенными белыми волосами. Урожденный варвар. В крепких руках два внушительных топора. Он бросил на Ингрид тяжёлый, волчий взгляд, но, как ни странно, полный одобрения:
— Какая смелая дочурка у меня, да, Пётр Иваныч?
— Не то слово, вождь, — улыбнулся полковник Суворин. — Племя в надёжных руках.
Хальвдан громко засмеялся.
Северяне тут же воскликнули:
— Железный взор здесь!!!
— Да здравствует вождь!
— Великий Хальвдан! Великий Хальвдан!
Суворин и Хальвдан прошли мимо рядов имперцев и северян. И остановились метрах в ста пятидесяти от британцев. Полковник произнёс провокационно:
— Аннабель бросила троих против моего правого фланга? Неужто испугалась, что я выстою, раз пригнала такую толпу?
Длинноволосый ухмыльнулся:
— Довольно бахвальства, имперец, мнишь себя великим стратегом, но до тебя так и не дошло, что мы сильнее и лишь предпочли покончить с вами в удобное для нас время.
— Своими выходками ты стал мишенью. — поправил очки остроносый. — Растопчем твой фланг, и ляжет вся ваша оборона. Логично, не находишь?
— Вот как. Тогда позвольте спросить, кто из вас троих готов к дуэли? Очевидно нас двое против вас троих, а потому — попрошу одного дождаться своей очереди.
Рональд захохотал. Надменно, вызывающе:
— Какой дерзкий, империшка! С чего ты решил, что третий будет стоять⁈ Я заставлю вашего командующего появиться! И лучше ему подорвать свой зад и поторопиться!
Хальвдан тихо сказал Суворину:
— Беру того, с медведем. Очкастый с той ещё хитрой рожей, это по твоей части, Пётр Иваныч.
Полковник кивнул. Являясь по характеру мозговым штурмовиком, нежели берсерком, ему куда более подходят каверзные противники:
— Что будем делать с третьим? Он — второй ступени.
Хальвдан пожал широкими плечами:
— Что предлагаешь?
Суворин задумчиво промычал. Что они могут сделать в данной ситуации? Ничего. У них итак серьёзные противники, а тут ещё свободный архимагистр второй, мать его, ступени! Никакая тактика не поможет против превосходящей силы. Увы. Придётся игнорировать его.
— Для начала постараемся выжить в дуэлях, а после попробуем сдержать его, — произнес в итоге полковник.
— Если он не вмешается раньше, — хмыкнул Хальвдан, предполагая, что бой может быть просто три на два, безо всяких дуэлей. Понятно, что в таком случае англичанин получит клеймо бесчестия на всю оставшуюся жизнь, если вмешается в чужую дуэль, но такие случаи бывали, при чем множество раз на всех континентах.
Британцы переговорили, в итоге Рональд произнёс:
— Эй, вы двое! Вот ваши соперники! — и указал на напарников. — Что до меня — попробуете атаковать, и я вмешаюсь в ваши дуэли. А потому бейтесь в сторонке и знайте — каждую минуту я буду убивать сотню ваших, пока кто-то из вас не закончит собственный бой и не бросит мне вызов. Либо не объявится Разин.
Суворин тяжело вздохнул. Британец прямо сказал, что будет развлекаться, убивая низших практиков, пока ему не бросят вызов. И с этим ничего не поделать.
— Всем отрядам! Отступайте! Назад! Кто останется, умрёт! — это всё, что он мог сделать в данный момент для своих солдат.
Хальвдан крикнул северянам на их языке. Ингрид не расслышала слов сквозь завывающую пургу, но смысл был ясен — бежать. Убираться как можно дальше.
Рональд только улыбнулся. Это всё равно не поможет. Он повеселится вдоволь! И всё во славу Британии!
Тем временем, приказы разнеслись по всему флангу. Войска оттеснились.
И начались дуэли.
Старик Свартбьерн, сместившись после отступления, оказался рядом с троицей воительниц.
— Хватит прожигать взглядом горизонт, — проворчал он, взглянув на напряженную Ингрид, что пыталась рассмотреть среди вспышек впереди, как же там обстоят дела у отца.
— Он справится, я знаю, — ответила она сухо и взглянула на деда глазами, полными слез. — Так ведь? Справится⁈