Остин Бейли – Костяная дверь (страница 16)

– У тебя не будет уроков с другими учителями. – Он начал спускаться по верёвочной лестнице, и я направился вслед за ним.

– Мастер Хоук, – спросил я, – почему вас назначили моим попечителем?

Он замер и удивлённо взглянул на меня.

– Я думал, это очевидно.

Я покачал головой.

– Ну, – ответил Хоук, спрыгивая вниз, – как я уже говорил, любые попытки обучать тебя обречены на провал или, по крайней мере, на неудачу. Никто не знает, как научить Фейтера использовать магию, поскольку среди нас нет других Фейтеров.

Хоук стоял перед дверью кабинета, а я прислонился к верёвочной лестнице рядом с синим факелом, делая вид, будто слушаю, но на самом деле думал об окованном цепями сундуке.

– Все магические дары отличаются друг от друга, – продолжал Хоук. – Как музыкальные инструменты. У них много общего, но в конечном итоге из пианиста выйдет плохой учитель для того, кто хочет научиться играть на гурунке. – Он помолчал. – Это ведь всё земные инструменты?

– Только пианино.

Хоук слегка смутился.

– Поэтому другие Мастера не захотят запятнать свою репутацию этим провалом. В то время как моя репутация, – он театральным жестом поднёс руку к груди, – уже запятнана, и поэтому мне нечего бояться.

– Уверен, вы не так уж плохи, – с надеждой заметил я. Меня не радовала мысль о том, что моим попечителем будет школьный неудачник, пусть даже он и был рыцарем Круга.

– Ты заблуждаешься, – пылко ответил Хоук. – Я совершенно не умею учить. Но во всём остальном я просто гений. Я не в состоянии научить собаку сидеть, не говоря уж о том, чтобы обучить юных магов обуздывать скрытую силу. У меня не хватает терпения. – Он улыбнулся. – Понимаешь? – Хоук захлопнул разделявшую нас дверь, и факел погас, оставив меня в кромешной темноте.

– Хоук! – позвал я.

Тишина.

Меня охватила паника. Он сказал, что это самая опасная комната на Складе и что я сам узнаю почему. Неужели он имел в виду именно это? Неужели он и правда бросил меня здесь? Если я выберусь отсюда, смогу ли я найти путь обратно?

– Хоук!

– Страшно, правда? – раздался из-за двери его сдавленный голос.

– Вовсе нет, – спокойно ответил я. – Я просто ужасно по вам соскучился. Пожалуйста, откройте дверь.

– Нет. Пришло время произнести своё первое заклинание.

– Но я ведь даже ещё не раскрылся!

– Жаль, – радостным голосом ответил Хоук. – Тогда тебе будет намного труднее. Готов?

Я заставил себя успокоиться. Вряд ли он оставит меня здесь умирать. Я вёл себя глупо.

– Готов, – ответил я.

– Ты слышал, как я произносил это заклинание всё утро. Голубое пламя.

– Как это делается?

– Просто скажи волшебное слово, – насмешливо ответил Хоук.

– Гибея?

– Ай-ай, – укоризненно произнёс он. – Тебе надо вложить в него побольше силы.

– Гибея! – приказал я. Мой голос эхом разлетелся в стенах, и я почувствовал себя глупо. Ничего не произошло.

– Ну же, – продолжал Хоук. – Попробуй ещё.

– Я пробую. Гибея!

Ничего.

– Ну и ну, парень. Я видел мокрые носки, в которых было больше страсти, чем в тебе. Побольше огня!

– Вы мне даже не объяснили, как это делается! – сердито крикнул я. – Вы не можете просто… Проклятие! Вы ужасный учитель. Гибея!!!

Факел рядом со мной вспыхнул голубым пламенем.

Я тупо уставился на него. В животе снова запорхали огненные бабочки.

– Вот так-то лучше, – похвалил Хоук и открыл дверь. – Ты только что произнёс своё первое осознанное заклинание. Как видишь, магическая сила тесно связана с нашими эмоциями. Об этом знает любой влюблённый подросток. – Хоук хлопнул себя по животу. – Ты это почувствовал?

Я кивнул.

– Значит, я всё-таки раскрылся?

Он хмыкнул.

– Нет. Раскрытие означает, что ты обрёл осознание своей силы. Что ты можешь чувствовать её и использовать, когда захочешь. Нет, ты ещё этого не достиг. Скорее, ты испытал то, что мы называем «трепетом». Мимолётное случайное озарение.

Мне захотелось рассказать о трепете, который я испытал, глядя на сундук, но его следующие слова заставили меня обо всём забыть.

– Ты вызвал пламя. И не просто обычное пламя. Ты вызвал Полуночный Синий. Осмелюсь сказать, на это не способен ни один другой ученик Скеллигарда. – Хоук нахмурился. – По правде говоря, на это способны даже не все учителя. Поэтому мы можем сделать вывод, что ты действительно маг, и очень могущественный. Конечно, мы это и так знали.

– Знали?

– Совершенно очевидно. Ты ведь Фейтер. Реллик тоже был Фейтером, а он был самым могущественным магом в истории. – Хоук хлопнул меня по плечу. – Я не сомневаюсь, что ты его превзойдёшь.

Глава 5

Враги

Высшее военное искусство – подчинить врага без боя.

По пути со Склада у меня голова шла кругом. Меня ошеломили слова Хоука, непостижимый размер Склада и мучительная тайна сундука Реллика. Я был настолько погружён в свои мысли, что почти не слышал Хоука, зато пока он не видел, успел записать на руке путь до Кабинета диковинок[60].

Вот что я написал:

«ЛЛПЛЛВНЛНЛМПЛМПНПВМПВ».

«Л» – левый поворот, «П» – правый. «Н» – наверх по лестнице и т. д. «М» означало, что мы прошли мимо входа. Конечно, когда я вернусь, чтобы открыть сундук, мне придётся пройти этот путь в обратном порядке, но это будет несложно. Самое сложное – придумать, как украсть у Хоука ключи.

Мне почти удалось сохранить свою маленькую карту. Хоук велел мне отнести гравюру Мастеру Иодену и остаться на уроке истории, и я уже выходил за дверь, когда он внезапно схватил меня за запястье и дёрнул вверх, почти подняв меня над полом.

– Очень остроумно, – прошептал Хоук. Его нос был в дюйме от моей руки. – Ты не первый, кто это придумал. А теперь сотри.

Он выпустил мою руку, и я сердито уставился на него. В отсутствие более достойного способа я облизал руку и принялся тереть, пока чернила не превратились в расплывчатое пятно.

– Вот и хорошо, – весело сказал Хоук. – А теперь иди. – И он захлопнул дверь.

Я вызывающе улыбнулся закрытой двери и вытащил из-за пояса джинсов ключи Хоука. Забавно, но, если бы он меня не поймал, я бы не смог залезть ему в карман. Он сам натолкнул меня на эту мысль своим нелепым вопросом во время собеседования, и я решил, что он это заслужил[61].

Я спрятал ключи в ближайшие доспехи и направился наверх. Конечно, меня не должны были поймать с ключами, и я сомневался, что Хоук догадается заглянуть в доспехи. Теперь мой план по проникновению в Кабинет диковинок был почти готов. Конечно, потеря карты стала ударом, но не смертельным. За несколько секунд, стирая её с руки, я успел её запомнить. Мне повезло, потому что однажды Аттикус всё лето обучал меня изнурительным продвинутым техникам запоминания, и мне особенно удавались бессмысленные рифмы для запоминания списков. Конкретно для этой карты я придумал вот такие странные фразы.

Летающие львы подняли легко ягнёнка (ЛЛПЛ)

Летали выпить нижнее бельё (ЛВН)

Липосакция нижнего белья (ЛН)

Львы моргали, что (не) правы (ЛМП)

И тому подобное. Рифма оказалась не слишком хорошей и к тому же совершенно бессмысленной, но не будьте слишком строги: я придумал её за пять секунд под ястребиным взором рассерженного мага, поэтому я был доволен собой.

Но моя радость длилась недолго.

Когда я добрался до класса Иодена, мне стало ясно, что он не просто меня недолюбливает. У меня появился враг. Немного отвлекусь от темы и скажу, что у меня на плечах откуда-то вдруг взялась очень болезненная жгучая сыпь. Знаю, что это не имеет отношения к моему рассказу.