Орнамент – Фиеста Прямоушкина (страница 7)

Примечательно, что хотя Прямоушкин и не соврал, что ему, как талисману, для работы не нужно ничем “размахивать”, эти два обруча помогали ему сосредоточиться. Каждый раз, когда ему приходилось читать разные цепи событий, он брал обручи и играл с ними – вертел, соединял, выполнял упражнения…

Сегодня же он, как раз наоборот – надеялся, что для работы они ему не пригодятся. Дело в том, что эти исключительно кошачьи игрушки в умелых руках… лапах превращаются в подспорье на все случаи жизни: где придержат, где подсветят. А самое главное – они, как и всё кошачье ведьмовство, не в полной мере подчиняются законам Спектра, а потому спокойно нейтрализуют иллюзии.

– Чудесные штучки, – ещё повертелся Прямоушкин и выключил свет.

Тем временем чайные феи засели у беседки в саду камней. Они перешли на родной язык и зашептались.

Звон плазменного ручья заглушал их.

Ченгли не отпускал Пелеринку. Он то и дело поглядывал на модуль кота и всё молчал.

– Ой… – осознал вдруг Когараши, – А мне показалось, или кот так и не сказал, что именно мы должны делать?

Шёпот стих.

– Не показалось, – улыбнулся Ченгли.

Пелеринка почесала голову:

– Мы ведь и не заметили…

А У-Син испугался:

– Он нас обманул что ли?

Помолчали.

Ченгли окинул всех таинственным взглядом, увёл к пещере и велел спрятаться за выступом. Сам же продолжил наблюдать:

– Не может быть, – сказал он, – Талисманы так не поступают. Это он проверяет, достойны мы, или нет.

Остальные, очевидно, не поняли. Ченгли пояснил:

– Смотрит он, побежим ли мы, сломя голову, или… проявим терпение.

– А-а-а… – протянул Когараши, – А как долго терпеть надо?

–Пока он не начнёт посылать нам мысли. Тёмный Талисман говорил, что его ученик может посылать правильные мысли.

Когараши задумался. Он провёл рукой по стене и случайно дёрнул связку – нота “си”, пропетая фальцетом, прорезала воздух, ушла вглубь пещеры и постепенно сократилась до пустого потустороннего шороха.

Обсыпало лепестками.

Феи с испугом смотрели на товарища, а тот стыдливо дулся.

Впрочем, он подсобрался, и аккуратно спросил:

– А… А как мы поймём, что он посылает нам мысли?

Ченгли отвернулся и долго думал. Он глубоко вздохнул, и выдвинул:

– Мы должны наблюдать за ним, и сами догадываться, как поступать.

Чайные феи запереглядывались. Очевидно, им понравился замысел.

И тут Когараши понял:

– Так, наверное, он и эту мысль тебе послал, а? – прикрыл он руками рот.

Ченгли не мог надивиться:

– Ну чародей… – покачал он головой.

А У-Син испугался:

– Так тут ведь мозги нужно будет повключать… А то знаем этих наставников – не поймёшь, чего хотят!

Пелеринка заметалась:

– Ой, а Махровы говорили, что я мозги никогда не включаю! Не трудно вам будет со мной такой вот… ?

– У тебя есть я, – остановил её Ченгли, – И я держу тебя за руку. Вдвоём глупее не окажемся.

– Да! – хлопнул Когараши Ченгли по спине, – Будем думать сообща. Тем более, нас уже пятеро.

Ченгли согласился, но вдруг остановил болтовню и скомандовал всем спрятаться – двери модуля раскрылись.

На пороге появился талисман, и выглядел он ещё блистательнее.

Прямоушкин осматривался. Звук с Петличного утёса не пронёсся мимо его ушей – верный признак того, что во дворе кто-то есть.

Хотя переживать было не о чем – эквалюнианин в занятый модуль не завалится. Но в памяти талисмана ещё жили отголоски тех лет, когда на звездолёте ещё было принято запирать двери.

Прямоушкин осмотрел модуль со всех сторон, подышал немного над обрывом, недовольно просопел и двинул по лестнице.

Ченгли ловил каждое его движение.

– Ну что, послал что-нибудь? Послал? – дёргал Когараши.

– Да, – ответил Ченгли, и скрылся с Пелеринкой в мшистых проходах, – Нам нужно следовать за ним! Держимся пещер, не будем его отвлекать!

– Ну чародей! – Когараши и У-Син с Росинкой последовали за ними…

Прямоушкин вышагивал по музыкальным ступенькам, и нехотя поздравлял соседей. Тем грело душу, что такое лицо не обделило их вниманием на Праздник. Кто-то приглашал его на маффины, кто-то обещал развлечений, но кот отказывался и шёл себе дальше под сводами осветителей.

Ещё не хватало лишней работы! А прими он приглашение – такая точно свалится.

Петличный утёс не замолкал. Прямоушкина преследовала нелепая сбивчивая акапелла. Его это пугало.

Пещеры следили за ним, а за плазмопадами кто-то прятался…

Неужели Спектр и правда задумал его довести?

Точно нет… А если да, то к чему готовиться? Прямоушкин из кожи вон вылезет, но правоту свою докажет!

– Что-то здесь не так… – снова прицепилось из ниоткуда.

Талисман ускорился. И как удивились соседи, когда он перешёл на четыре лапы!

… В проходы пробивался свет.

У-Син запинался за связки и падал. Росинке приходилось поднимать его и отряхивать. Пожалуй, она совсем бы утомилась, если бы на помощь не подоспела Сорочка – шестая. Они взяли У-Сина за руки и ноги, и уже хотели бежать за остальными, но очень сильно отстали.

Благо, там, где-то впереди, Ченгли тоже запнулся и нелепо взвизгнул.

Нашлись по голосу.

Прямоушкин же доскакал до главных ворот, миновал сады и встал на ноги. Он отряхнулся, проверил, не нашёл ли кто-нибудь его поведение странным, и энергично зашагал среди фонтанских павильонов.

Плазма била вверх, и ветер подхватывал брызги. Вокруг катались: господа валились на подушечки и кувыркались на газонах.

Прямоушкин отвечал на приветствия, но старался не сбавлять темп. К тому же, ему не повезло глянуть правее – у подножия утёса рухнул человек. Просто летел, невесть на что наткнулся, и звучно шлёпнулся на площадь.

Талисман отвернулся, набрал воздуха и пошёл ещё быстрее.

Потерпевший же старался объяснить произошедшее. Не сказать, что его настроение было испорчено, но он остался несколько озадачен. Он осмотрелся, и нашёл возле себя вееранта:

– Извините. Это мы не досмотрели, – отдал Ин-Гай потерпевшему банку с авторским кремом, и будто растворился.