Орлова Валентина – Очарованная женская душа (страница 6)

– Ну, а это что?! Это же просто… «зависть богов»! – Ему вспомнился фильм, под таким названием. В нём главная героиня, которую играла Вера Алентова, произносит сакраментальную фразу: – Такая любовь лишь раз в сто лет даётся избранным. Даже Боги не могут так любить. И вот они, завидуя, жестоко мстят людям, за эту любовь!

ПРИЗРАК УГРОЗЫ

Провожая взглядом женскую фигуру, отплывающую в ванну, Чистяков ещё раз отметил: – Точно, третья грация! Та, что самая миниатюрная и изящная. Из всех троих в композиции, именно эта древнегреческая богиня нравилась ему больше всего. Вспомнилось, что именно она навеяла ему мысль о том, что эстетический и эротический идеал – не одно и то же.

– Да уж! – опять сказал он себе, смежив веки, и, продолжая разглядывать фигуру Александры, ставшей теперь его любовницей. – Тут, наряду с эстетикой, можно говорить и о чём-то другом…Интересно, а сама-то она знает, что её сексуальная внешность, разбудит и мёртвого!? Знает, конечно, иначе бы не вела себя так смело. Надо же, а поначалу казалась такой…

– Точно, добром всё это не кончится! – заключил Юрий, вспомнив печальный финал, нашумевшего когда-то фильма. И ему опять стало тревожно, в предчувствии беды, которая настигнет и их неизбежно, как и героев этого фильма. И это будет расплатой за всё, что случится с ними в дальнейшем.

А что случится, это он теперь уже точно знал. И дело было не только в ситуации, в которую они попали, а скорее в самой Александре, в её натуре. Именно в ней самой крылось нечто… Чистяков интуитивно почувствовал, в этой обыкновенной женщине, нечто особенное. Какую-то силу, неведомо какую, но явно не обещающую, ничего хорошего… Ему показалось, что призрак угрозы витает по квартире, и она становится для него всё более и более неприветливой, даже враждебной…

Глава 3: «ОПАЛЁННЫЕ ЛЮБОВЬЮ»

ГУСАРЫ ЭТО НЕ ЛЮБЯТ!

В ранней молодости, опалённый мучительной любовью, Чистяков постиг всю бездну страдания, на которое может обречь женщина, магически действующая на мужчину, и заставляющая его совершать опасные, непредсказуемые поступки. Образ такой женщины на веки запечатлелся в его сердце. Пережив такое, мужчины становятся безнадёжными циниками, панически избегают привязанностей, и надолго остаются холостяками. Вольная принадлежность самому себе становится для них необходимой и чрезвычайно важной вещью.

– Ярким представителем такого рода мужчин был закадычный дружок Юрия – Лёша Казанцев, известный бабник и «ходок», прозванный на курсе «Казановой». Он поучал своих, менее опытных приятелей: – Встретиться с женщиной, с любой, – будь она хоть Королевой Красоты, – это, старики, совсем не сложно. Уверяю вас! А вот расстаться с ней, бывает практически невозможно. Это, скажу я вам, просто пипец! Бойтесь такого расклада. Тут уж, пока совсем не увяз, – надо срочно «делать ноги»!

…Между тем, за окном сгущались сумерки; почти по-летнему тёплый день, устав от тревоги и напряжения, готов был уступить место ночи. Александра дала понять, что их свидание закончилось, надо вставать, одеваться и уходить. Хотя дома её никто не ждал: муж был на дежурстве, а сын – у родителей. Но, как говорится: «Всему своя мера и своё время». Лучше расстаться, с лёгким желанием всё продолжить. И сейчас тот момент, когда улицы пустеют, городок готовится ко сну… Тогда меньше любопытных глаз и ушей.

– Да, занесло меня, однако, не в ту Палестину… Но не бежать же сейчас, с поля боя? Гусары этого не любят! – размышлял про себя Чистяков, одеваясь перед зеркалом. Хотя Александра ещё не сказала, когда они встретятся. Да, и встретятся ли, вообще…

– Ну, да что там, прорвёмся, и не такое бывало! Что, собственно, случилось? – ободрял себя столичный ловелас. – Оно понятно, чужая жена! Само по себе, разумеется, это имеет определённый риск, но мы же взрослые люди… Конечно, нужен строгий контроль и конспирация!

Рассуждая, таким образом, Чистяков старался обрести душевное равновесие, характерное для жизнелюба и опытного повесы. Но тут почему-то вспомнилась мать, читающая ему на ночь религиозно-поучительные тексты. И, желая смахнуть с себя лёгкий, как ладан, дух семейного суеверия, Юрий усмехнулся, глядя в холодную гладь зеркала…

– Но чёрт! Оттуда смотрели на него в упор, чьи-то тревожные глаза! Отвернувшись от зеркала, Юрий сказал себе: – Ну, лейтенант, ты что?! Зачем забивать себе голову библейскими догмами? Пусть древние фолианты лежат спокойно у деда, на полках его библиотеки!

Ещё в курсантские годы, у Юрия Чистякова сформировался свой внутренний кодекс мужской чести. Он считал себя свободным человеком, имеющим право любить, кого хочешь. Для него плохо было то, что ограничивает его разум и волю; а хорошо то, что соответствует его собственной природе…

Конечно, это не значит, что всё можно делать открыто, внешне необходимо соблюдать законы общества. Особенно, в военном городке, где строгие порядки и всё тайное становится явным. Но, предположим, что ты полюбил женщину, которая по закону принадлежит другому человеку: традиционная мораль против этого, однако, если ты чувствуешь, что эти отношения приносят тебе радость и наслаждение, – можно пойти и на такую связь. Но тайно, не принося страдание близкому ей человеку, – мужу, в первую очередь… Ну, и если ты готов платить по счетам, в случае неудачи. Это дело такое!

Чистяков опять повернулся к зеркалу… И вздрогнул! Из зеркальной рамы на него смотрел его дед, Архип Георгиевич! Погрозив ему своим крючковатым перстом, он с хрипотцой произнёс: – Смотри, Юрашка, грех карается болезнью. А то, и смертью! Побледнев слегка, и, как будто соглашаясь с тем, кого больше всего на свете любил, Юрий прошептал: – Да уж, такой вот я у вас… Молитесь за меня, мои родные!

Всё, что было связано с матерью и дедом, вырастившим и воспитавшим его, было

для Юрия «святая святых». Оно тайно хранилось, на самом донышке его души, и редко выходило наружу. Однако на курсе, зная о его поповском происхождении, Чистякова в шутку называли его «Пречистый Юрий».

А вообще и друзья, и отцы-командиры относились к нему с пиететом, как к Ленинскому стипендиату. К тому же, он был действительно умён, образован, остроумен, даже порой ироничен, насколько позволяло ему воспитание и благородный стиль поведения, приобретённый в обществе московской элиты.

ТРАГЕДИЯ РОДА ГАПОНОВ

Александре с первого свидания стало ясно, что внутренний мир её «болгарского мальчика» остаётся для неё тайной, за семью печатями. И она решила зайти издалека, в лабиринты его души… Начала с его корней. Взяв в гарнизонной библиотеке первый том «Большой Советской Энциклопедии», она сделала в нём закладку на букве «Г». Александра уже знала, что мать Юрия имела в девичестве скандально известную фамилию: – «Гапон».

Открыв «Энциклопедию», на странице, с именем «Георгий Аполлонович Гапон», Александра увидела портрет молодого и очень красивого священника, в чёрной монашеской рясе, с массивным крестом на груди. Вглядываясь, и всё больше погружаясь в образ отца Георгия, она представила себе незаурядного и чрезвычайно одарённого человека, поистине легендарную, полную трагизма личность, а не одиозную фигуру попа-провокатора, как повествовали о нём официальные источники советского периода.

Её поразило умное и одухотворённое лицо священника: его высокий благородный лоб, волевой подбородок, прекрасные тонкие черты, напоминающие образ Иисуса Христа, и, в то же время, поразительно схожие с чертами его молодого потомка.

– Вылитый Юрий! – отметила она, – но с длинными вьющимися волосами, и в одеянии священнослужителя, вместо военного мундира.

Помимо всего прочего, в образе опального священника, борца за права народа, ей представился необычайно талантливый человек, способный увлечь и повести за собой огромные массы людей. Это надо же: «Более ста пятидесяти тысяч человек участвовали в восстании 1905 года, организованного Гапоном»! По сути, отец Георгий сделал громадный вклад в скорую, неумолимо приближающуюся революцию, подготовив тем самым почву для деятельности большевиков, и будущих революционных событий, возглавленных, в своё время, Лениным и его единомышленниками.

Обаянием молодого Георгия Гапона прежде были очарованы многие: от рабочих, до госслужащих высокого ранга, полицейских и крупных политических деятелей, не исключая Плеханова, Максима Горького, да и самого Владимира Ульянова, – Ленина. Всем им нужна была эта одарённая личность, пользующаяся огромной популярностью в народе. А потом они жестоко убили отца Георгия, Гапона! Предали это имя анафеме, и заклеймили позором, на многие годы в стране, живущей по высоконравственным коммунистическим канонам.

Уже в городской библиотеке, выписав из картотеки книгу Георгия Гапона «Моя жизнь», Александра узнала и некоторые подробности, касающиеся его детей: Анны и Архипа. Георгию Аполлоновичу удалось сохранить их, отдав, после смерти любимой жены, на попечение её богатым родителям. В характере и облике его отпрысков с детства проступали мощные гены украинских реестровых казаков, Гапонов, доминирующие, в структуре их семейного генофонда, над всеми другими. Это были красивые, страстные и волевые люди. Позже Александра узнала от Юрия краткую историю их дальнейшей жизни.