Ольвия Фил – Шепот судьбы (страница 9)

– Можешь или нет?

Лоренцо медленно кивнул:

– Я постараюсь.

Он снова взглянул на письмо. Почерк выдал многое: спокойствие, внутренняя дисциплина, странная, почти отстранённая решимость.

– Она просит, чтобы ты забыл её.

– А я – не могу. И не буду.

– Почему, как ты думаешь, она не хочет быть с тобой? Любая бы согласилась…

– Ради власти и громкого имени? Может, она одна – кто видит за титулом человека.

Он замолчал. Потом резко повернулся.

– Ты упоминал мастера Оле? Я должен увидеть его. Сегодня. Срочно. Мне нужно знать – могла ли судьба соединить меня не с младенцем, а с взрослой.

– Хорошо, – кивнул Лоренцо. – Если ты настаиваешь.

Он спрятал письмо в секретный отсек, наблюдая, как Алекс почти бегом покидает кабинет. Забыл об осторожности, о тайне, обо всём.

Лоренцо остался стоять у шкафа, глядя на задвинутую дверцу.

Что-то в этом письме тревожило его сильнее, чем просто совпадения.

Глава 9

Здание Столичной Академии, полдень.

Коридоры Академии были наполнены особой тишиной – не гробовой, нет, но той, что бывает в местах, где привыкли думать. Лоренцо шагал уверенно и бесшумно, словно знал здесь каждый камень. За ним, немного напряжённый, следовал Алекс. Академиков попадалось немного: те, кто всё же пересекал им путь, погружённые в свои свитки, не удостаивали их ни взгляда. Такое равнодушие, казалось, забавляло Советника.

– Мне определённо стоит приезжать сюда отдыхать, – негромко заметил он. – Я здесь словно невидимка. Ни один отец не пытается выдать за меня свою дочь, ни одна матрона не строит заговоры с пирогами и улыбками. Почему ты раньше не показал мне это место?

Лоренцо улыбнулся краешком губ. Друг, похоже, приходил в себя.

– Академия известна всей стране. Не думал, что ты настолько далёк от цивилизации, – тихо заметил он. – Профессор Оле Ранро должен был получить моё письмо, но, признаться, мы немного нарушили приличия. У него могли быть планы.

– Я не мог ждать до вечера, – твёрдо сказал Алекс.

Это было правдой. Лоренцо понимал: та неудержимая настойчивость, что с недавних пор поселилась в друге, не могла быть случайной. Алекс стал одержим идеей найти свою Пару. Сам Лоренцо никогда не чувствовал ничего подобного – и, возможно, поэтому до конца не мог понять это стремление. Но, как всегда, был рядом. Потому и привёл Алекса к человеку, который знал о магии Пар больше, чем кто бы то ни было.

Они остановились у массивной двери. Лоренцо постучал, не теряя достоинства. За дверью что-то проворчали, и вскоре в щели появилось лицо – морщинистое, недовольное, с характером, отпечатанным в каждой складке кожи.

– Кто вы ещё такие? – осведомился старик, явно не настроенный к визитёрам.

– Лоренцо де Монтереале. Писал вам сегодня утром. Простите, что без предупреждения, дело срочное.

– Профессор Ранро, – вступил Алекс, кивнув. – Алекс ди Фэрроуинд. Рад встрече.

Старик скользнул по ним долгим, цепким взглядом.

– И что понадобилось Главному Советнику и его цепному псу?

Алекс нахмурился, Лоренцо промолчал. Время, чтобы спорить с упрямым стариком, у них не было.

– Мы можем поговорить в вашем кабинете? – спокойно уточнил Лоренцо.

– Ни в коем случае! – старик выпрыгнул из двери и тут же захлопнул её за собой. – Это мой кабинет.

– Тогда, возможно, в Академии найдётся место для конфиденциального разговора? – терпеливо предложил Лоренцо.

– Без посторонних, – добавил Алекс, всё ещё переваривая прозвище «цепной пёс».

Старик подозрительно поджал губы, но, не произнеся ни слова, резко развернулся и засеменил по коридору к винтовой лестнице. Гости переглянулись и молча последовали за ним. Один пролёт, другой, третий… В какой-то момент старик остановился столь внезапно, что Лоренцо чуть не врезался в него.

– Здесь, – объявил он.

– На лестнице? – с недоумением уточнил Алекс.

– Конечно нет, болван.

Алекс поперхнулся воздухом. Старик тем временем выудил из кармана ключ, нащупал в стене крошечную щель и, повернув его, толкнул кусок стены, который послушно отъехал в сторону, открывая узкий проход в каменное помещение.

– Прошу, – бросил Ранро, пропуская их внутрь. Камень вернулся на место.

Профессор плюхнулся в одно из кресел с видом человека, которого отвлекли от по-настоящему важного дела.

– Ну?

Алекс, скрыв раздражение, сел напротив и кратко, без лишних деталей, изложил суть. Без имён, без личного.

– То есть вы хотите знать, – перебил профессор, едва дослушав, – может ли человек стать чьей-то Парой не с рождения, а позже, скажем, в зрелом возрасте? Конечно, может. Случаи были. Вот, например, одна женщина – в неё попала молния. Почти умерла. А потом… имя другое, мужа не узнаёт. Уехала, вернулась через пару лет туда, где выросла. Встретила старого друга. И – бах. Оказались Парой.

Он махнул рукой, будто это было не редчайшее явление, а обычная история на вечернем базаре.

– Были и другие случаи. Но мне лень о них рассказывать.

– То есть, гипотетически, если кто-то едва выжил после сильного заклинания, он мог… стать чьей-то Парой? – уточнил Алекс, весь подался вперёд.

– А я, по-твоему, тут что толкую, дурень?

Лоренцо поспешил вмешаться, пока друг не вышел из себя окончательно.

– Профессор, скажите… кто-нибудь ещё к вам приходил с подобным вопросом?

– Нет. Не ко мне. Вообще, магия Пар мало кого интересует, что удивительно. Те, кто нашли друг друга, довольствуются самим фактом. А зря. Это тонкая, глубокая материя. И если уж затронула тебя – стоит разобраться.

Он помолчал, словно собираясь с мыслями.

– Истинные Пары – не просто счастливые союзы. Их связь – живая. И дети от таких Пар… особенные. Магия у них хлещет через край, природу они чувствуют, как продолжение себя. Только вот Пары у таких детей не бывает. Или, по крайней мере, ни одного случая не зафиксировано. Хотя, может, просто не встретили вовремя. Мы ведь редко живём в одну эпоху со своей судьбой.

Гости провели у профессора куда больше времени, чем планировали. Лишь к вечеру они покинули каменное убежище – утомлённые, но с крупицей знаний, за которой и пришли.

***

Королевский дворец в Блэкхейвене.

Слуга бесшумно распахнул створки высоких дверей, склонился почтительно и произнёс:

– Ваше Величество, прибыл посол.

Мужчина средних лет вошёл неторопливо, с достоинством. Его фигура в дорожном плаще казалась чуть уставшей, как и лицо, отмеченное сединой у висков. Остановившись у подножия трона, он склонил голову.

– Как Белла? – спросил король, устало опершись на резной подлокотник.

– Она передаёт пожелания долголетия и процветания, мой повелитель, – ответил посол, выпрямляясь. – Пережила отказ достойно.

Старик тихо вздохнул, взгляд его затуманился.

– Я надеялся… Столько говорили об этом юном советнике, ди Фэрроуинде. Думал, он станет не просто супругом, а будущим правителем. Надеялся на союз двух королевств. Объединение. У меня нет наследника – ни крови, ни духа. Что ж, чем она ему не угодила?

Посол развёл руками, едва заметно.

– Простите, Ваше Величество, но разве не каждый отец считает свою дочь прелестнейшей? Однако Белла действительно необычайно хороша. Молодой советник не пожалел комплиментов. Был вежлив, учтив, но тверд. Он отказался, объяснив, что обрёл свою Пару. Недавно. Едва младенцем наречённую.

– Пару? – в голосе монарха зазвучала ироничная грусть. – Что ж, по крайней мере, причина достойная. Они виделись?