Оллард Бибер – Привидения в доме на Дорнкрацштрассе (страница 46)
В один голос Нинка с Веркой ответили:
– Нет, гражданин капитан. Но выпивохой он был приличным. Ни одной пьянки не пропускал.
Капитан Скворцов решил, что больше от свидетельниц ничего не узнает, и, обращаясь к помощнику, сказал:
– Старший лейтенант Дворников, обойдите все квартиры на площадке. Я хотел бы, чтобы и другие люди взглянули на труп и высказались по поводу личности убитого. Думаю, Нина Петровна и Вера Павловна вам помогут.
– Поможем, поможем, – дружно сказали свидетельницы.
Не все жильцы согласились взглянуть на труп Землянского. Лишь одну соседку удалось затащить в квартиру. Она мельком глянула на лежащее тело и признала в нем Землянского.
Скворцов, рассчитывавший на более убедительный результат, спросил:
– Это все, Дворников? Больше никто не знал убитого?
Все та же Нинка вдруг сказала:
– Совсем забыла, гражданин капитан… На этом же этаже живет Кузьма Спицын. Тоже такой тихий выпивоха. Иногда он выпивал с этим Землянским. Уж он-то точно подтвердит личность собутыльника. Правда, в последнее время я Кузьму не видела… Попробуем позвонить…
В сопровождении Дворникова Нинка двинулась к квартире Кузьмы.
Кузьма посмотрел в дверной глазок и, увидев человека в форме, быстро отпрянул от двери и убежал в кухню. Потом перебежал в комнату и снова быстро вернулся в кухню. Ему было страшно. Что делать? В дверь снова позвонили. Кузьма снова сбегал в комнату и запрятал подальше канделябр, В душе он понимал, что поможет это мало. Он снова прильнул к глазку. Сейчас рядом с полицейским он увидел Нинку, живущую этажом выше. От судьбы не уйдешь – Кузьма открыл дверь.
Старший лейтенант Дворников спросил:
– Гражданин Спицын?
– Да, – промямлил Кузьма.
– Вы слышали, что в одной из квартир произошло убийство? Убит некто Виктор Землянский. Не могли бы вы подтвердить личность убитого?
Кузьма подумал, что пока что от него требуется самая малость, и спросил:
– Как это произошло, гражданин полицейский?
– Мы как раз занимаемся выяснением вопроса. Прошу пройти с нами в квартиру Землянского.
На ватных ногах Кузьма вошел в комнату, где побывал совсем недавно, и остановился возле лежащего тела. Капитан Скворцов сказал:
– Гражданин Спицын, нам известно, что вы были знакомы с гражданином Землянским. Посмотрите внимательно. Это Землянский?
Кузьма немного потоптался возле тела, раздумывая, что сказать. Он решил сказать правду.
– Нет, гражданин капитан, это не Виктор Землянский. Убитый похож на него, но это не Землянский.
– А когда вы видели в последний раз самого Землянского?
– Не помню, гражданин капитан, но достаточно давно.
– И вы не слышали и не видели ничего подозрительного в последнее время?
– Нет, гражданин капитан.
Скворцов отпустил Кузьму, и тот подумал, что легко отделался. В любом случае – думал Кузьма – никакой интерпол не ставили в известность о существовании некого Кузьмы Спицына, который может иметь отношение к разыскиваемому преступнику. И это справедливо! Кузьма вернулся в квартиру и, наполнив стакан, залпом опорожнил его.
Распустив свидетелей, Скворцов и Дворников в ожидании прибытия экспертов сидели в квартире Землянского и рассуждали.
– Что ты на это скажешь, Дворников? – спросил Скворцов, закуривая.
– А что тут скажешь? Одни признают в нем Землянского, другие – нет. Странно это. Паспорт на имя Землянского, да и тело находится в квартире по месту, так сказать, прописки. Все говорит за то, что это Землянский. Но этот Кузьма Спицын не подтверждает, а ведь он выпивал с ним… Должен знать даже мелкие признаки. Не мешало бы еще раз допросить его…
Скворцов выпустил струйку дыма.
– Это пусть следователь делает. Дождемся экспертов и отправим тело в морг…
Дворников встал со стула и прошелся несколько раз по комнате. Потом в задумчивости подошел к шкафу и открыл дверцу. В шкафу почти ничего не было. На горизонтальной штанге висели пустые вешалки. Дворников сказал:
– Послушай, Скворцов, этот Землянский или все пропил, или его ограбили… Должна же быть даже у пропойцы лишняя рубашка…
– Убивать за тряпки? – Скворцов снова шумно выпустил табачный дым.
Дворников ничего не ответил и приоткрыл другую дверцу шкафа. Он увидел небольшой чемоданчик, наклонился и вытащил чемоданчик из шкафа. Сказал:
– Смотри, Скворцов, что я тут нашел.
Он положил чемоданчик на стол и раскрыл его.
– Пусто, – сказал Скворцов и затушил сигарету.
Дворников залез в боковой карманчик и со словами «не совсем» извлек оттуда пластиковую карточку и бросил ее на стол.
Скворцов взял ее в руки и присвистнул.
– Так это же какое-то удостоверение личности. Вот даже фотография убитого. Правда, все надписи не по-русски. Дворников, ты какой язык в школе изучал?
– Немецкий. Но я ни черта не помню.
– Но если это немецкий, прочесть-то сможешь. У меня с этим еще хуже.
Дворников взял удостоверение и посмотрел на надписи.
– А ты знаешь, Скворцов… Это, пожалуй, по-немецки. Уж имя-то я прочту.
Дворников зашевелил губами, а Скворцов нетерпеливо спросил:
– Ну что, прочел?
Дворников озадаченно смотрел на Скворцова.
– Прочел, но здесь не написано «Виктор Землянский»…
– А что же ты там вычитал?
– Здесь написано: «Эрнест Шмелев».
Скворцов воскликнул:
– Что за чудеса? Одно лицо и два имени… Пусть даже и на разных языках… Надо звонить начальству. Здесь не все так просто. Не случайно этот Кузьма не признал в убитом Землянского…
Капитан Скворцов долго разговаривал по телефону, набирая разные номера. Наконец, он сказал:
– Повезло нам с тобой, Дворников. Похоже, убитый проходит по линии интерпола. Сейчас они сюда приедут и привезут своих экспертов. Это иностранец. А насчет языка ты угадал, полиглот наш. Он из Германии.
– А что же мы, Скворцов?
– А ничего… Домой поедем и будем ждать обещанных интерполом благодарностей. Мы свою задачу выполнили.
Через несколько часов из квартиры Землянского санитары вынесли носилки с телом Эрнеста Шмелева. Кузьма Спицын наблюдал эту сцену через глазок двери своей квартиры. Он еще не был уверен, что для него все закончилось, но твердо знал, что никогда уже не узнает подробности того, как Эрнест Шмелев попал в дом на Дорнкрацштрассе, а потом в квартиру на Проспекте мира. Он радовался тому, что авантюра, в которой он участвовал под руководством покойного Витьки, завершилась с приемлемым для Кузьмы результатом…
42
Кузьма взял ножницы и по самому краю обрезал почтовый конверт. Письмо пришло из Америки, и Кузьма терялся в догадках, от кого бы это могло быть. Ему никто никогда не писал, а тут послание из самой Америки. Всего один листок, написанный по-русски. Кузьма обрадовался. С некоторых пор есть всего лишь один человек за границей, который мог бы написать Кузьме по-русски. Это Катрин Бергер. Но она в Германии… При чем здесь Америка? Руки дрожали. Кузьма развернул листок Убористый бухгалтерский почерк. Строки прыгали перед глазами, но потомок фабриканта взял себя в руки.