Оливия Вильденштейн – Жестокие наследники (страница 9)

— Мне жаль. Я разговаривала с Иба.

Серые глаза Джии сверкнули серебром в фиолетовом полумраке. Я могла бы сказать, что она умирала от желания спросить, о чём, но воздержалась от этого в присутствии Наны Ви.

Хмыкнув, Вероли перевела взгляд на противоположную сторону сада, как будто собиралась подойти к личным комнатам моих родителей и постучать в их стеклянную дверь. Если бы ужин не был через полчаса, держу пари, она бы так и сделала.

— Твоя ванна, должно быть, остыла.

Я улыбнулась низенькой фейри, которую считала своей бабушкой, а не няней, точно так же, как я считала жену Паппи своей бабушкой, хотя у нас с ней не было общей крови. Я никогда не знала настоящую мать Нимы. Она умерла задолго до моего рождения. Очевидно, Гвенельда взяла её душу по ошибке. Иногда, когда Нима наблюдала за тётей Джии, её тоска была такой сильной, что казалась почти осязаемой.

Я поцеловала седеющие волосы Наны Ви, которые она всегда собирала в пышный пучок.

— Я разогрею её.

Она развернулась, направляясь обратно по короткому мостику и вокруг платформы, опоясывающей моё бунгало.

Джия пристроилась рядом со мной и прошептала:

— Ты узнала, по какому поводу был ужин?

— Да.

— И?

Я перевела взгляд на лусионага, парящего в форме светлячка.

— Позже.

Она последовала за мной через открытые окна в спальню, которая когда-то принадлежала её матери, но стала моей в тот день, когда мне исполнилось двенадцать. Как и дом моих родителей, он был сделан из прозрачно-белого стекла, но вместо камня моё бунгало было сделано из лакированного дерева и блестящей меди.

Я опустила руку в ванну, пахнущую измельченными панцирями жуков и жимолостью. Вода, нагреваясь, покрыла бисером мои пальцы и суставы, и моя погруженная в воду кожа начала блестеть крошечными медными чешуйками, любезно предоставленными моим наследием Дэниели.

У меня были отношения любви и ненависти с моей кожей рептилии — любовь, потому что она привязывала меня к Ниме и позволяла мне часами плавать под водой без необходимости выныривать за воздухом, и ненависть, потому что она принесла мне гаджой. Хотя моя помолвка с дьявольским отродьем была отстойной, необходимость отплатить Джошуа Локлиру была ещё более отстойной.

Как будто он почувствовал, что я думаю о нём, мой браслет передал сообщение.

ДЖОШУА: И что?

Украдкой взглянув на свою двоюродную сестру, которая стояла перед зеркалом, приглаживая каштановые волосы, которые Нана Ви превратила в блестящие волны, я коснулась чипа, имплантированного в кость за ухом, и моё предложение появилось под предложением Джоша.

Кое-что всплыло. Доберусь до этого только через несколько часов.

ДЖОШУА: Не забывай.

Я: Я уверена, ты бы напомнил мне, если бы я это сделала.

ДЖОШУА: Ты хорошо меня знаешь.

Я выпрямилась и нажала на браслет, чтобы вся моя одежда исчезла.

Джия повернулась ко мне.

— Хотя бы скажи мне, хорошо это или плохо.

Я погрузилась в ванну, издав легкое шипение от удовольствия.

— Это нехорошо.

— Чёрт…

— Джия Джемива, у тебя слишком красивый рот для такого уродливого слова, — упрекнула её Нана Ви, суетясь в ванной в поисках мыла. — А что нехорошо?

Джия закатила глаза в ту секунду, когда Вероли повернула голову, и я улыбнулась.

— Моя личная жизнь, Нана Ви.

Я откинула голову на мятно-зеленый кварц и закрыла глаза.

— У тебя есть парень? — воскликнула Нана Ви.

Я едва не фыркнула от её потрясения. Едва, потому что тот факт, что у меня появился парень, так сильно удивил её, что нарисовал жалкую картину моей любовной жизни.

— Стала бы я скрывать это от тебя, если бы он у меня был, Нана Ви?

— Тебе лучше не делать этого, дорогуша. Потому что мне нужно будет узнать человека, которому ты отдала своё сердце.

Я улыбнулась.

— Ты и Иба одинаковы.

Хотя я вполне могла вымыть голову сама, Вероли нравилось это занятие, поэтому я позволила ей распутать мои длинные локоны и натереть их маслянистым мылом, изготовленным из тех же панцирей жуков с мускусным ароматом и ароматных белых цветов, которыми была пропитана моя ванна.

Когда Джия рассказала мне о последнем предприятии Сука — её близнец всегда что-то изобретал… совсем недавно он создал доски для серфинга из волитора — я быстро отскребла свою чешуйчатую кожу, затем встала. Огонь в моих венах убирал воду с моего тела в виде тумана. Я высохла ещё до того, как ступила на коврик для ванной, но моя кожа всё ещё мерцала, и это будет продолжаться в течение часа или около того. Однако чешуйки разгладились в считанные минуты.

— Вот, — Вероли провела пальцем по своему Инфинити и просияла, глядя на платье, которое я должна была надеть. — Твоя тётя прислала это сегодня днём.

Когда наши биометрические браслеты стали стандартными аксессуарами в Неверре, мать Джии отправилась на Землю, чтобы пройти курс цифрового дизайна одежды. Вскоре после этого она вернулась и открыла первый бутик, в котором продавалась не физическая одежда, а цифровая, наряды, которые можно было хранить внутри наших браслетов, а затем транслировать на наши тела.

Джия работала со своей матерью в течение долгого неверрийского лета, но чего моя двоюродная сестра действительно хотела, так это стать воспитательницей в детском саду — у неё был бесконечный запас терпения, и она была такой же милой, какой я не была. И поэтому Нини в настоящее время обучала невестку Вероли, Магену, искусству цифровой моды, и Магене это нравилось. И их клиентам тоже, потому что Охотница из клана Джими Каджи добавила в свои дизайны племенные узоры и вышивку бисером, которые стали модными в Неверре.

Я приняла сияющее платье от Наны Ви, затем провела указательным пальцем по его голографическому изображению, чтобы нанести его на своё тело.

Джия изучала творение своей матери — эластичное и непрозрачное сверху, тонкое и прозрачное снизу, — а затем её глаза метнулись ко мне, и с её губ сорвался тихий вздох.

— Оно фиолетовое!

Фейри обручались в фиолетовом и выходили замуж в красном. Хотя ты могла носить оба цвета круглый год в обычной одежде, никто не носил платья таких оттенков, если им не было что отпраздновать.

Или не праздновать в моём случае.

Щётка, которую сжимала Нана Ви, звякнула о бледно-зеленый кварц.

— Я думала, у тебя нет парня!

Я пожала плечами.

— У меня нет его. У меня есть жених. Ну, скоро будет.

Джия свела брови на переносице.

— Ты собираешься обручиться?

Обида. В её голосе звучала обида. Как будто я намеренно держала это в большом секрете от неё.

— С кем?

Я сжала губы, чтобы не пробормотать его имя.

— Это сюрприз.

У извечного романтика Наны Ви слёзы хлынули из глаз.

— О, Небеса, ещё один из моих малышей обручается.

Поскольку она была наполовину фейри, в ней было не так много огня, поэтому слёзы текли прямо по её щекам.

Нана Ви схватила обе мои руки и сжала их так сильно, что остановила приток крови и огня к моим конечностям.

— Какой мальчик украл твоё сердце?