Оливия Стилл – (Не)желанный малыш для доктора Титова (страница 2)
Стук в дверь вырывает меня из тяжёлых размышлений.
В кабинет входит главврач с недовольным лицом, явно раздражённый необходимостью вести этот разговор.
Да, у нас сложные взаимоотношения… По большей части из-за того, что я ушел с поста заведующего гинекологией… Не вовремя , как оказалось, но для меня это было самое подходящее время!
– Костя, у нас чрезвычайная ситуация, – говорит он резко, не давая мне возразить. – Наш акушер-гинеколог… Зоя Ефимовна, заболела, а пациентов перенести не получилось… Банально не на кого! Ты единственный специалист, который может её заменить.
Я напрягаюсь, мгновенно раздражаясь от его слов.
– Я давно не веду приём как акушер, вы это прекрасно знаете, – отвечаю холодно и непреклонно. – Найдите кого-нибудь другого.
Главврач бросает на меня строгий взгляд и делает шаг вперёд.
– Кого другого, Титов?! Я понимаю твою позицию, но сейчас не тот момент, когда ты можешь отказаться. Ты же знаешь, что я в праве тебя дернуть, если это требуется…
Я стискиваю зубы, чувствуя, как раздражение нарастает, но спорить бесполезно.
– А я в праве уйти на больничный, – усмехаюсь я, откинувшись на спинку кресла. – Как на зло с утра шея не двигается…
– Слушай, – начинает кипятится начальник. – Хотя бы пару дней, а?! Я постараюсь вернуть Елизавету из командировки, но хотя бы на первых порах подхвати, будь человеком!
Я пристально всмотрелся в лицо своего руководителя… Нет, мужик он нормальный. Прикрыл даже нас с парнями не так давно, когда мы вскрыли голову нынешней жене Кравцова… Грех не помочь так-то…
– Хорошо, – выдыхаю я, поднимаясь из кресла. – Дайте мне полчаса.
Главврач облегченно вздыхает, кивает и выходит, а я остаюсь в кабинете, медленно переводя дыхание и пытаясь избавиться от навязчивых мыслей. Я давно ушёл из акушерства, ушёл сознательно, чтобы не сталкиваться с тем, что так глубоко задевает меня лично. Но теперь мне предстоит вернуться туда, откуда я так отчаянно бежал…
Тряхнув головой, пытаюсь сосредоточиться на работе.
В моей жизни нет места слабости, нет места сомнениям. Я принял решение и буду следовать ему до конца.
Но почему-то где-то в самой глубине души болезненно вспыхивает тихое и горькое сожаление, которое я не хочу признавать даже перед самим собой.
Глава 3
Арина Максимова.
Полгода.
Ровно столько прошло с того момента, как Костя Титов жестоко и безжалостно разбил моё сердце. Шесть месяцев, полных слёз, отчаяния и борьбы за жизнь моего малыша. Трижды я едва не потеряла его, трижды проходила через адские боли и отчаяние, надеясь на чудо. И каждый раз, лёжа на больничной койке и уставившись в белый потолок, я мечтала, что дверь откроется, и он войдёт ко мне, скажет, что ошибся, что испугался, что хочет быть рядом.
Но он не приходил. Ни разу. Даже намёка на то, что он искал меня, не было. Что, конечно же, не лучшим образом сказалось на моей и без того растоптанной самооценке.
Я думала, что отношения – это работа двоих, где каждый готов идти навстречу и поддерживать. Но стоило случиться чему-то вне идеально выстроенного мира Титова – сразу развод и девичья фамилия.
Ну и ладно!
За эти полгода я успела отрастить себе такой панцирь, что теперь никто не мог меня задеть. Я стала сильнее и увереннее, хотя боль, обида и разочарование в мужчинах остались со мной навсегда.
– Ариш, тебе в прятки играть противопоказано! – хихикнула Аня, выглянув из-за угла и с преувеличенной театральностью осмотрев меня, громко засмеялась. – У тебя пупок вперед тебя из-за угла выходит. Эм… Что ты делаешь, дитя моё?
Я устало вздохнула, стоя босиком на прохладной плитке, и раздражённо покосилась на свои балетки, которые теперь ненавидела всеми фибрами души. За всю беременность мне так и не удалось найти нормальную обувь. Ноги отекали ужасно, порой даже домашние тапочки казались орудием пыток.
– Ноги отекли, – проворчала я, ерзая пальцами по холодному полу.
– Котёнок, я понимаю, но стоять на холодном полу тоже такая себе идея, – Аня моментально стала серьёзной, нахмурила свой курносый нос и тут же присела на корточки, помогая мне натянуть ненавистную обувь. – Не надо мне тут капризничать, потерпи чуток!
Да куда уж деваться?
За последние месяцы я пережила всё, что только можно представить: жуткий токсикоз, окончания которого ждала, как воробей крошек хлеба, но он продолжался и до сих пор мучил меня по утрам. Вдобавок ко всему этому проклятый резус-конфликт, который превратил мою беременность из «самого чудесного времени» в настоящую полосу препятствий, каждый день которых я проходила буквально на зубах.
А теперь ещё одно испытание – установка акушерского пессария.
Страшно ли?
Очень. Безумно. Особенно после того, как я начиталась в интернете ужасов про боль и осложнения. Но Зоя Ефимовна убедила, что иначе никак. Она до последнего надеялась, что мы сумеем избежать этой процедуры, но вес моего маленького футболиста последние пару недель резко вырос, словно его кормили комбикормом, и теперь диктовал свои правила.
– Не боись! – Аня приобняла меня за плечи и подтолкнула к выходу. – Мы же сто раз уже всё перечитали! Чуток неприятно – и всё… А может, ты вообще ничего не почувствуешь!
– Да знаю я, – кивнула я, опустив голову, хотя сердце колотилось в бешеном темпе, и внутри бушевало неприятное предчувствие. Последние дни малыш вёл себя слишком активно, отбивая мои внутренности с завидным упорством. То печень, то почки, то мочевой пузырь – удары были настолько сильными, что я иногда разве что не скулила.
Но ничего, Ариш, ты почти справилась… Почти весь срок отмотала! Совсем скоро ты станешь мамой…
Эта мысль каждый раз вызывала у меня слёзы и мурашки по коже одновременно. И не важно, что папка наш такой гад оказался! Мы сами справимся, правда?
За эти полгода я миллион раз прокручивала в голове ту страшную сцену, и с каждым разом ярость к Титову лишь усиливалась. Что бы там ни стало причиной его нелюбви к детям, я-то тут причём?! Я знала, что он их не хочет, но никто не застрахован. Не хочешь детей – работай кулачком!
Тряхнув головой, я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить разбушевавшееся сердцебиение. Сын, словно почувствовав моё волнение, забился внутри меня ещё активнее. Очень не вовремя…
– Идём? – Аня крепко схватила меня за локоть, ведя по коридору. – Последний рывок, а потом мороженку! Договорились?
Кабинет Зои Ефимовны располагался в самом конце второго этажа. Странно, но сегодня очереди совсем не было. Обычно народ сидел в ряд вплоть до лестницы. От этого моя тревога лишь усилилась.
– Всё, иди. Я тут тебя жду. Если меня нет – ушла за водой, не уходи без меня никуда!
– Да поняла я, – улыбнулась я, чмокнув сестру в щёку. – Пошла я.
– Ни пуха!
– К чёрту, – выдохнула я, постучала в дверь и дернула за ручку, заглядывая внутрь. – Зоя Ефимовна, можно?
– Входите, – раздался ледяной голос, от которого сердце моё на секунду остановилось, а стадо мурашек табуном понеслось по спине. – Зоя Ефимовна ушла на больничный, сегодня ваш врач – я.
Нет.
Этого просто не могло быть.
Мне это снится, правда?
Я даже со спины узнала его. Высокий, широкоплечий, с идеально выверенными движениями, которые я до сих пор не могла забыть. У меня была возможность прямо сейчас развернуться и сбежать, и он бы даже не понял, что я тут была.
Как можно быстрее я сделала шаг назад, пытаясь тихо выйти, но…
– Арина? – его голос прозвучал резко и ясно, словно выстрел.
Всё. Шарик, ты попал. Теперь пути назад нет.
Глава 4
Арина Максимова.
У меня буквально секунда на то, чтобы принять решение.
Сердце с бешеной скоростью бьется где-то в горле, а в ушах пульсирует кровь. Я отчаянно пытаюсь вдохнуть поглубже, но воздух словно застыл в лёгких. Одна мысль пронзает мой мозг мгновенно и отчётливо:
«Бежать!»
Не поворачиваясь на Титова, я дергаю дверь и вылетаю из кабинета, пытаясь как можно быстрее двигаться по длинному белому коридору клиники. Ноги отказываются работать, будто специально, каждая мышца буквально кричит от усталости и отёков, живот тянет вниз, словно малыш, почувствовав близость отца, решил устроить настоящее представление, барабаня своими маленькими ножками и ручками по моим внутренностям.
– Арина! – раздаётся за спиной голос, такой до боли знакомый, что я непроизвольно ускоряю шаг. Сердце колотится ещё быстрее. – Арина, стой!
Паника захлёстывает меня, но далеко уйти не удаётся. Титов догоняет меня моментально и резко хватает за локоть, разворачивая на себя. Его взгляд падает на мой округлившийся живот, и он буквально застывает в шоке.
Мною овладевает странная эмоция. Страх внутри внезапно лопается, словно натянутая струна, и его место занимает жгучее раздражение, граничащее с яростью.
– Не смей меня хватать! – яростно рявкаю я, пытаясь вырвать руку из его сильной хватки.
– Ты… беременна? – Он задаёт, кажется, самый тупой вопрос во Вселенной, и я чувствую, как внутри всё сжимается от злости.