Оливия Стилл – Диагноз: Бывшие. Исцели меня, Рыжая! (страница 7)
Его голос звучал низко, тихо и соблазнительно. Я буквально чувствовала, как моё тело откликается на его близость, и вся решимость дать отпор начала таять с катастрофической скоростью.
– Отвали, Романов, – прошептала я, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Докажи, – тихо произнёс он, мягко касаясь губами моего виска и спускаясь ниже, к моим губам. – Докажи, что я тебе безразличен, Юль.
Он медлил всего секунду, а потом жадно и властно впился в мои губы. Я не смогла сдержаться и тут же ответила ему, теряя остатки самообладания и здравого смысла.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали, а взгляд Артёма был полон победы и удовлетворения.
– И кто из нас лжёт теперь, Никольская? – спросил он хрипло, не сводя с меня взгляда.
– Пошел к черту!, – рыкнула я, изо всех сил толкая наглеца в грудь.
– Аналогично, врунишка, – улыбнулся он, касаясь кончиком носа моей щеки. – Но зато какая же ты сладкая и манящая…
– Имей совесть! – меня разрывало от собственной слабости и вообще происходящего в моей квартире.
– Пока мы будем разбираться с квартирой, вообще ко мне не подходи!
– Ага-да… Повтори еще раз двадцать и может быть ты сможешь себя в этом убедить!
У-у-у-у! Невыносимый гад!
Но коленки до сих пор предательски дрожали от его поцелуя…
Глава 10
Артем Романов.
Господи, какой же это кайф играть с ней, как кошка с мышкой!
Да, Юлька изменилась… Нет, я не простил ее за выходку в прошлом, но сейчас… Сейчас у меня были развязаны руки. Главврач дал мне выходной, отлежаться после прилета, а я посвятил его… Атакой на мою новую соседку. Как же круто она реагировала! Лучше и не придумаешь!
Чего только стоит гора ее нижнего белья, которую я обнаружил в стиральной машине… Пунцовая Юля так быстро перебирала ножками, пряча от меня красные стринги и кружева, что я даже не пытался сдерживать смех!
Не давай мне девушка ответную реакцию, я может быть бы и успокоился, но она давала! Весь день! Никуда не поехала, не закрылась в комнате, а продолжала курсировать по квартире разжигая во мне азарт!
Но, правда, меня беспокоило, что я так на ней залип… Вечер подкрался незаметно, а я так и не смог полностью избавиться от навязчивых мыслей, которые не давали мне покоя с самого утра. Сколько бы я ни убеждал себя, что Юля просто ещё одна женщина в моей жизни, что она прошлое, тело предательски откликалось на её присутствие. Каждая её колкость, каждое раздражённое замечание заставляло меня улыбаться внутри. Она бесила, выводила из себя и одновременно притягивала так, что от одного взгляда на её упрямый подбородок и вспыхивающие щёки становилось жарко.
Я поймал себя на абсолютно сумасшедшей мысли, что моя квартира внезапно обрела совершенно иной смысл. Теперь она ассоциировалась не только со мной, но и с ней. И что самое ужасное – это чертовски нравилось.
Юля стояла на кухне, увлечённо что-то смешивая в миске и явно пытаясь доказать, что она вообще не замечает моего присутствия. Я же молча наблюдал за ней, стоя в дверном проёме, и чувствовал, как внутри поднимается какая-то непонятная нежность, смешанная с едкой иронией. Что эта девчонка делает со мной?
– Что там, Никольская? Ты вообще собираешься меня сегодня кормить, или будешь демонстративно голодом морить, показывая своё несогласие с моим существованием рядом?
Она вздрогнула и бросила на меня раздражённый взгляд, нервно прищурившись.
– Еще чего! – фыркнула упрямица. – Я тебе не нанималась в кухарки! Если хочешь есть – возьми и приготовь сам. Или тебе, звезде медицины, ручки пачкать выше твоего достоинства?
Её голос был дерзким и вызывающим, и я невольно ощутил укол азарта.
– Ох, Юлька, доиграешься ведь, – с ухмылкой протянул я, медленно направляясь к ней.
– Утром йогурт отбирала, а сейчас угрожаешь ужина лишить… Может, тебе просто хочется немного внимания?
Она быстро отвела взгляд, щёки её снова начали заливаться ярким румянцем. Я подошёл к ней вплотную, заглядывая в миску, где она отчаянно пыталась замесить какое-то тесто, и слегка усмехнулся.
– И что это будет, осмелюсь спросить?
– Пирог, – пробурчала она, стараясь не встречаться со мной взглядом.
– И если ты будешь так раздражать меня, то я добавлю сюда соли в три раза больше, чем надо.
– Ты уверена, что это остановит меня? – я осторожно положил ладони на её плечи, чувствуя, как она слегка вздрогнула от моего прикосновения.
– Я ведь могу просто сменить объект своего внимания на тебя и забыть о пироге.
Она резко повернулась ко мне, глядя с вызовом и одновременно с таким едва скрываемым трепетом, что я чуть не забыл, зачем вообще пришёл на кухню.
– И что, думаешь, я испугаюсь? – дерзко спросила она, приподнимая подбородок и с вызовом глядя мне в глаза.
– Ты вообще слишком до фига на себя берешь, Романов!
Её взгляд буквально бросал вызов, и я понял, что больше не в силах сопротивляться собственному желанию. Моё дыхание сбилось, сердце забилось быстрее, и я, больше не раздумывая, шагнул ближе, зажимая её между собой и кухонным столом.
– Юль, будь осторожнее, – тихо прошептал я, склоняясь ближе к её губам и чувствуя, как внутри меня всё буквально загорается.
– Ты же знаешь, что долго терпеть я не умею.
Она прищурилась, явно собираясь огрызнуться, но я уже не дал ей шанса. Вообще не понимаю, что мной двигало, но мои губы накрыли её поцелуем – жадным, требовательным, почти грубым, от которого даже у меня самого закружилась голова. Её руки судорожно схватились за мою футболку, и она тут же ответила мне, забывая обо всех колкостях и дерзости.
Юля пахла моими снами, моими тайными желаниями, которые я старался скрыть даже от себя. В её объятиях я терял остатки разума и чувствовал, как меня затягивает в водоворот эмоций, из которого я не хотел выбираться.
– Артём, это… – прошептала она, едва оторвавшись от меня, тяжело дыша и глядя на меня таким взглядом, что я чуть не лишился рассудка окончательно.
– Это именно то, чего мы оба хотим, – прошептал я ей на ухо, покрывая шею лёгкими поцелуями и чувствуя, как она невольно выгибается навстречу моим прикосновениям. – Прекрати уже сопротивляться. Мы же оба знаем, что никуда от этого не денемся.
– Так нельзя, – тихо проговорила она, закрывая глаза и откидывая голову назад, подставляя шею под мои ласки.
– Можно все, чего хотят двое, – прошептал я, осторожно подхватывая её на руки и направляясь в спальню.
– Но разве это мешает нам наслаждаться друг другом? Разберемся с квартирой и уже так не выйдет…
Вот, дурак…
Хрупкое тело в моих руках мгновенно затвердело и усиленно забилось, как птичка в клетке.
– А ну отпусти меня, извращенец!
– Да что не так-то? – рявкнул я, отпуская девушку из своих объятий. – Ты же этого хочешь! Что нам мешает?!
– Пошел ты! – рявкнула Юля, швырнув миску с тестом в раковину и задрав нос, удалилась из кухни.
И казалось бы, я понимал, что сделал не так, но кто же знал что она так отреагирует?!
Глава 11
Юлия Никольская
Подонок!
Козел!
Гад ползучий!
Поразвлечься он захотел… Пока мы с квартирой не разберемся…
Удушу, падлу, если только попытается ко мне прикоснуться!
Утро встретило меня так, будто я кому-то должна последние пять лет, а этот кто-то решил напомнить об этом с особой жестокостью. Серое небо, противный моросящий дождь, который даже дождём-то назвать язык не поворачивается – так, мерзкая морось, будто небо просто плюнуло на мой и без того паршивый день.
Я не спала. Ну, то есть, вроде бы глаза закрывала, но мозг упорно продолжал жевать одни и те же мысли, как туповатый хомяк в колесе: квартира, Романов, эта усатая сволочь-риелтор, который, видимо, в прошлой жизни был профессиональным кидалой, раз в этой так лихо меня развёл. На душе – будто три дня ела пластилин. Тяжело, противно, и никакого просвета.
Мне до последнего хотелось верить, что все происходящее со мной какой-то розыгрыш, но факты были неоспоримыми. На руках у Артема также были документы на квартиру, а значит… Значит я в очередной раз облажалась…
Утром мы столкнулись с Романовым в районе ванной, что было крайне неловко. Мужчина уже был практически собран, но я демонстративно отвернулась и захлопнула дверь перед его носом.
Нет! Я конечно взрослая девушка, но на одноразовую связь с бывшим я не подписывалась. Пошел он… В баню!