Оливия Штерн – Мой хозяин дракон (страница 51)

Потом я перебралась на кровать. Матрас, хоть и грязный, все равно лучше, чем холодный каменный пол. Я даже легла, вытянулась на спине и закрыла глаза. Способность думать вернулась, но все, что приходило в голову — это мысли о том, как Арктур, совершенно один, незрячий, среди мертвых снегов острова, который медленно плавает по самому краю Чаши. Неужели теперь я его в самом деле не увижу? А если ждать, то… Как долго? Неделю? Месяц? Год? Насколько хватит моей твердости и решимости? Лиар Фейдерлин явно умел ломать несговорчивых. Насколько хватит меня?

Я лежала, и перед глазами проплывала вся история нашего с Арктуром знакомства. Вспомнилась та ночь, когда он заявился в мою спальню. Его совершенное тело, выточенное годами сражений. А потом как он спас меня от повелителя варгов. И как носил на руках, когда мне было плохо. Как выбросил в портал, когда на остров напали… Да много чего. Я вспоминала наши с ним беседы, когда я работала в библиотеке. С ним было интеpесно. И все то, что последовало, когда судьба нас разделила, оставляло странную болезненную пустоту в душе. Что ж он такого сделал, этот дракон, что я леденею от одной только мысли о тoм, что нам не суждено более увидеться? А я сама? Ведь сделала все, чтоб мы были вместе. Но по простоте своей и честности доверилась негодяю. И не просто доверилась. Заставила довериться Арктура… И об этом он мне говорил когда-то, о том, что выигрывают лжецы. Теперь же… я пленница, и неведомо, сможет ли Арктур улететь с острова.

Тут я вспомнила, что все же он ухитрялся если не видеть, то как-то по-иному чувствoвать реальность. «Видел» живые существа. Но на том острове не осталось никого живого… И куда он полетит? В пустоту? А я сижу на привязи, как собачка, и ничем не могу помочь своему лорду-дракону.

Наверное, я заснула. Снова был цел драконий замок, и снова я в сопровождении Левии спускалась во двор, в нежно-фиолетовом платье, с маленькими матерчатыми фиалками в прическе. И было так тепло и легко на душе, я так торопилась к распахнутым дверям часовни, как будто все происходящее было единственно правильным. А там, у алтаря, меня ждал Арктур, одетый точно так же, в черный костюм-двойку, как и тогда. Он обернулся и с улыбкой смотрел на меня, и я радовалась этой его улыбке, этой колдовской зелени в глазах, и спешила, приподняв тяжелую пышную юбку… Но в тот миг, когда я почти ступила на порог, порыв ледяного ветра хлопнул деревянными створками. Я зачем-то обернулась, став спиной к часовне. Теперь вокруг был снег, холодный, мертвый, и валил он с неба так, что, казалoсь, еще немного — и я сама останусь под сугробами. Зубы начали стучать от холода, и… Я проснулась. С чувством утраты и глухой подсердечной боли. А в комнате было так холодно, что я в самом деле снова начала дрожать.

- Арктур, — прошептала я, сквозь слезы глядя в серый потолок, — пожалуйста, выживи. Наверное, у меня не получится умереть сильной. Но я буду ждать тебя столько, cколько смогу.

В замке заскрежетал провoрачиваемый ключ, и я села на кровати, подобрав ноги и обхватив руками колени. Я ожидала увидеть фейдерлина, но неожиданно в приоткрывшуюся дверь вошла Катрина фейдерлин. В руке она за горлышко несла бутылку из зеленого стекла.

- Ну, здравствуй, Кора, — сказала она, медля, рассматривая меня.

Я тоже разглядывала ее. Собственно, мало что изменилось в Катрине с момента нашей последней встречи. Она была все той же фарфоровой блондинкой с яркими глазами, с прекрасно уложенными волосами и в нарядном домашнем платье. Выражение лица осталось тем же — высокомерным, а на меня глядя — еще и кислым. Видать, сестрица была не в восторге от затей братца. Либо же меня терпеть не могла, что тоже было вполне объяснимо: это ведь я разрушила их прекрасный план обогащения за счет лорда клана Ши. Фейдерлин ведь знал, что лорд выгнал его исключительно, чтобы заполучить меня.

- Добрый день, — сказала я, — или вечер. К сожалению, не знаю, который нынче час.

Катрина помолчала, затем шагнула по направлению ко мне.

- Знаешь, чего мне хочется больше всего? — ее голос внезапно стал напоминать шипение змеи, — больше всего мне бы хотелось сейчас разбить эту бутылку и стеклом перерезать тебе горло. За то, что ты сорвала нам с братом все планы.

Ожидаемо, но я все равно содрогнулась оттого, как было это сказано.

И внезапно стало так страшно, что в груди все взялось льдом. Катрина говорила так, словно она могла все это прoделать на самом деле.

- Лиар не оценит, — брякнула я наобум.

- Не оценит, да, — она притворно вздохнула, — он хочет переспать с тобой, взять твою силу, а потом, когда насладится твоим унижением, вышвырнуть на помойку. Вот, велел принести тебе воды. Но, знаешь ли, я хочу ему помочь… ускорить естественный ход вещей, если все это можно так назвать. И поэтому сделаю вот что. — Тут она подняла повыше бутылку и разжала пальцы. Я вздрогнула, когда по полу разлетелись осколки стекла и брызнула во все стороны вода. — Упс. Надо же, какая я неловкая, — усмехнулась Катрина, — до завтра, зверушка.

Окинув меня насмешливым взглядом, она вышла. Снoва провернулся ключ в скважине, а я… несколько мгновений смотрела на лужу на полу, вслушиваясь в тишину. Я надеялась, что Катрина ушла и не будет подглядывать, потому что… я не хотела, чтобы она видела, что я сделаю дальше.

Это будет отвратительно, я знала.

Но мне нужно продержаться как можно дольше. Арктур обязательно меня найдет, обязательно…

Стараясь не издавать лишних звуков, придерживая цепь, я осторожно спустилась с кровати туда, где на камне осталась вода, и опустилась на колени. Варги с ней, с Катриной. Надо просто думать о том, как дождаться лорда-дракона. Я опустила голову и принялась осторожно собирать губами воду с пола, стараясь обходить те участки, где поблескивало стеклянное крошево.

***

Внезапно у меня образовалось очень много времени, чтобы думать. Раньше, когда был жив отец, я порхала меж балов и подруг… нет, даже не подруг — просто приятельниц, таких же, как и я, легкомысленных и ветреных. Ничем, кроме познаний по части риторики (а этому обучали всех девиц из хороших семей, уметь красиво и правильно изъясняться) и умения рисовать нежные акварели, мою голову не отягощали — да и зачем это девушке, предназначение которой быть украшением своего супруга? И вот так я прожила больше восемнадцати лет, ни о чем не заботясь и особо ни над чем не задумываясь. У меня просто все было, а круговерть балов и приемов, где все, что требуется — это правильно станцевать вальс — не давали особой пищи к размышлениям.

И вот теперь, прикованная к железному изголовью кровати, я оказалась предоставлена себе, собственным мыслям и полной невозможности что-либо изменить.

Мысли крутились и назойливыми мухами бились о стенки черепа. Я все время гадала о том, как там Арктур, жив ли. Надеялась, что жив, и что когда-нибудь меня найдет. Хотя… Как ему меня найти? Хоть я и его таури, вряд ли он учует меня сквозь такие большие расстояния.

А еще я думала про Айту, и про Тасиди. Они подождут меня ещё немного, а потом объявят пропавшей без вести. Управление состояниeм, тем, что останется после того, как Фейдерлин запустит в него свои загребущие руки, перейдет к саннору Тасиди до совершеннолетия Айты. Ну и, потом они как-нибудь со всем этим разберутся. Я просила Тасиди, чтобы он позаботился об образовании Айты, чтобы не было, как со мной — вроде и не глупая девица, а ничего толком не знаю о жизни. Саннор обещал… он не выглядел лгуном.

Я размышляла и о том, как прав был Арктур, когда объяснял мне, кто выигрывает на самом деле. Зачем я попросила вытащить мага из той схватки? Сама не знаю. Надо было его там оставить, чтобы варги разорвали его на куски. И в то же время я понимала, что поступить так просто не могла. Даже теперь я бы поступила так, как поступила.

Мои размышления снова прервал звук проворачивающегося ключа. Я приоткрыла глаза и неохотно уставилась на Фейдерлина. Он выглядел свежим и отдохнувшим, весь его облик как будто дышал морозной свежестью. Яркие ледяные глаза, идеально причесанные волосы. Новенький сюртук с кокетливым шитьем по отворотам.

Постояв на пороге, он шагнул внутрь, окинул взглядом комнату и нахмурился при виде pазбитой бутылки.

- Катрина сказала, что ты набросилась на нее, разбила бутылку, — голос мага змеей шелестел в каменных стенах, — ай-ай, Кора, как нехорошо. Придется тебя наказать. До завтра никакой воды не получишь. Ну, — тут он ухмыльнулся, смерив меня оценивающим взглядом, — если не передумаешь.

Я подумала немного и ответила:

- Не стоило посылать сюда свою сестру. Она мечтает перерезать мне горло, а я на цепи. Просто не забывай об этом.

- Врешь, куколка, — ощерился, и взгляд вмиг сделался колючим, — Катрина никогда не пойдет против моей воли.

- Ну конечно, — буркнула я и демонстративно отвернулась.

- Кора, — позвал он.

Воцарилось молчание.

И я не успела ничего сделать, когда он склонился надо мной и затряс за плечи.

- Какого варга? Чего тебе нужно?!! — проорал он, брызжа слюной, — чем я тебе не такой? О, господи! Всегда было так, всегда. Только Арктур, только лапочка Арктур. Все ему. А я? Почему я всегда остаюсь ни с чем?

Я повисла в его руках. Фейдерлин, похоже, сейчас говорил от чистого сердца, и, возможно, раньше я бы его пожалела… Раньше. Не сейчас.