Оливия Лоран – Фиктивная невеста адвоката (страница 20)

— Олег… — вместо ожидаемого облегчения, я вижу, как она расстроено хмурится и невольно прижимаю ее крепче. — Я тебя понимаю, но и ты, надеюсь, понимаешь, что будет справедливо, если выиграет моя подзащитная…

— От меня, значит, мало, что зависит, — деланно сокрушаюсь с глубокой скорбью в голосе.

Матрас тихо скрипит под нами, когда Полина резко оживляется и нависает надо мной, хотя еще несколько минут назад жаловалась на усталость.

— Астахов! У меня была возможность понаблюдать, насколько ты можешь быть убедительным.

Стараюсь смотреть ей в глаза, но мой взгляд всё же опускается ниже на обнаженную грудь. Она соблазнительно близко и, будто царапая кожу, касается моей грудной клетки.

— Мы всё еще говорим о суде? — иронично ухмыляюсь.

— Да, Олег, я говорю об этом, — отрезает Полина таким тоном, что я вдруг чувствую себя виноватым. Будто не понимает, что в таком положении «она сверху», — я просто обезоружен.

— Жаль… Я бы поговорил о чем-нибудь другом. Можем и не только говорить…

Заправляю спадающие светлые волосы ей за ухо и поглаживаю скулы. Невольно подвисаю, улыбаясь: красивая.

— Не съезжай с темы, — снова рычит на меня. — Я еще не всё сказала.

— Понял… Продолжай.

Полина выдерживает паузу, которая скребет по нервам. Разговоры о делах чертовски утомляют, а ведь у нас есть множество других тем, на которые можно поговорить, и куча вариантов, как провести время полезнее и приятнее для обоих.

— Должна признаться… — начинает она вкрадчиво, — я не всегда болела за твою победу. Твои подзащитные нередко редкостные засранцы, но это не мешало тебе найти способ их оправдать. Поэтому я надеюсь, что в этот раз…

Не даю ей договорить и одним движением переворачиваю, подминая под себя.

— Не переживай, — успокаиваю, глядя в голубые глаза. — У меня было дохрена времени, чтобы принять решение. Нарушать наш уговор я не планирую, слышишь?

Моргнув, она сбивчиво дышит, а затем на светлом лице появляется мягкая довольная улыбка.

— Звучит вполне убедительно… Ладно, — посмеивается Полина, и я облегченно выдыхаю.

Утро наступает быстрее, чем того хотелось бы, радует лишь мысль, что вечер мы снова проведем вдвоем. Осталось только дожить до него.

В суд мы приезжаем почти одновременно. Полину в деловом костюме я видел ни раз, но сегодня она выглядит как-то особенно. С трудом сдерживаюсь, чтобы не пожирать ее глазами и соблюдать видимую дистанцию, особенно, когда вижу, как она нервничает…

Но как только в зале появляется судья, на моем лице не остается эмоций.

После того как все формальности соблюдены, начинается разбирательство, и первой делает заявление Полина:

— Уважаемый суд, прошу приобщить к материалам дела документы из единого государственного реестра юридических лиц, подтверждающие, что компания, единственным участником которой является моя доверительница, зарегистрирована ею до заключения брака, соответственно взносы в уставной капитал общества были внесены из ее личных средств, а также удостоверенную нотариусом переписку, где ответчик угрожает истице и требует подарить ему половину компании. Предоставляю также выписки о движении средств, расчет инвестиций, подтверждающие, что весь стартовый капитал и основные ресурсы поступали из ее личных счетов.

Полина слишком сосредоточена, что, скорее, хорошо, чем плохо. Но меня она не задевает взглядом даже вскользь.

Документы переходят в руки судьи, а затем слово предоставляется мне:

— Уважаемый суд, считаю необходимым учесть, что активное развитие компании и основной оборот произошли уже в период брака — следовательно, данный актив должен рассматриваться как совместно нажитое имущество.

Теперь Полина смотрит на меня. Чувствую ее прожигающий взгляд.

В чем-то она всё же была права…

28

Я действительно мог бы загнать в тупик половину ее аргументов, но выбор я сделал еще несколько дней назад. Мне остается лишь создавать видимость "борьбы". Без упорства.

— Замечания приняты, — коротко говорит судья.

Полина задает вопросы своей доверительнице. Та объясняет, что бизнес создан ею и финансировался личными средствами. Описывает давление бывшего мужа — звонки, угрозы, попытки вмешаться в управление. Слез не льет, но голос неуверенно дрожит.

Я возражаю, за что снова получаю тяжелый взгляд Полины:

— Уважаемый суд, позвольте обратить внимание, что вопросы, связанные с психологическим давлением, угрозами или иными действиями, имеющими признаки насилия, не подлежат рассмотрению в рамках гражданского производства по разделу имущества супругов. Данные обстоятельства могут быть предметом отдельного производства, если для этого имеются достаточные основания. Настоящее же дело касается исключительно установления режима собственности на компанию и недвижимое имущество, определение прав каждой из сторон на соответствующее имущество. Прошу учитывать в ходе разбирательства только те факты, которые прямо относятся к делу.

Она вынужденно отступает, потому как понимает, что я прав. Я бы зацепился за это так, что с большой вероятностью выиграл бы суд, но… не в этот раз.

Когда Полина берет слово для заключительных пояснений, чувствую, как напряжение постепенно спадает. Дело движется к концу.

— Уважаемый суд, моё доверие к правосудию основано исключительно на фактах, отраженных в материалах дела, — Полина говорит уверенно, хотя напряжение в ее голосе ощутимо. — Моя доверительница еще до вступления в брак продала принадлежащую ей квартиру, а полученные средства были полностью вложены в создание и развитие компании. Все документы это подтверждают. Именно на эти деньги компания и функционировала, и основные обороты компании несопоставимы с личными доходами ответчика, при этом никаких вложений с его стороны в компанию осуществлено не было. Прошу зафиксировать, что рассматриваемое имущество является личной собственностью истца, и защитить ее право на владение этим имуществом, не урегулированным их брачным договором.

Я хочу снова поймать ее взгляд, но она больше на меня не смотрит.

Суд удаляется для принятия решения, которое по итогу становится таким, как я и ожидал. Когда все расходятся, Полина некоторое время общается со своей подзащитной, и я дожидаюсь ее на лестнице у входа.

— Ты заставил меня понервничать, — слышится голос с тенью упрека за спиной.

Обернувшись, я смотрю на Полину, которая, кажется, мечтает меня убить и перебирает сейчас в голове самые изощренные методы. Но когда я подхожу ближе, ее взгляд смягчается, на губах появляется сдерживаемая улыбка.

— Поздравляю, — произношу искренне и добавляю с усмешкой: — Ты же не думала, что я даже не попытаюсь выиграть?

Она улыбается шире, а затем мягко толкает меня в грудь.

— Перестань, я знаю, что ты сделал это намеренно. Спасибо… — добавляет тише.

— Учти, я рассчитываю на утешительный приз от тебя.

Полина снова смеется, немного смущаясь, а затем спрашивает:

— Ты поедешь домой?

Я смотрю на время, испытывая острое желание отложить все дела, но, к сожалению, не могу. После заседания мне позвонил серьезный клиент.

— У меня скоро важная встреча, увидимся позже?

— Вообще, я хотела сказать, что сегодня ко мне придет в гости подруга, но часов в десять, думаю, я уже освобожусь, и мы могли бы встретиться, — она всё еще улыбается, хотя уже и не так радостно.

— Тогда жду звонка, — отвечаю коротко, после чего мы прощаемся.

Клиент мой, как оказалось, не только серьезный, но и жутко дотошный. Обсудив с ним все важные моменты, освобождаюсь я только ближе к ночи и сразу же еду на квартиру к Полине. Звонка от нее я так и не дождался — мой телефон попросту разряжен.

Планирую забрать ее сегодня к себе, потому что если еще хоть один день мы проведем у нее — мое мужское эго начнет страдать. Или она решит, что я не хочу ее приглашать в свою квартиру.

В подъезд ее дома я захожу с мило улыбающейся мне женщиной — уже и соседи признают за своего.

Поднимаюсь на этаж, но сделав пару шагов, застываю с букетом цветов в руках, потому как слышу голос брата:

— Увидимся в субботу, Полин, — негромко говорит Денис.

Что он тут делает? Сейчас мне проще поверить в нелепое совпадение, будто на ее этаже есть соседка с таким же именем, и мой брат обращается именно к ней посреди ночи. Я просто не могу найти ни одной веской причины, какого черта он здесь делает и зачем ему договариваться о встрече с моей девушкой.

Но ее голос невозможно спутать с другим.

— Денис… не говори пока ничего Олегу. Я расскажу ему сама.

Две секунды в ступоре, и я быстро шагаю в коридор с квартирами. Готов услышать любое ее объяснение и даже то, какого хрена ее «подругой» вдруг оказался мой брат. И чисто для сброса напряжения — убить его.

Слышится хлопок двери, после чего я сталкиваюсь с Денисом в проходе.

— Привет, брат, — на довольной роже расползается кривая улыбка. — Неужели удивлен? Думаешь, они не все шлюхи?

Вполне вероятно, он хочет добавить что-то еще, но не успевает. Расхерачить ему эту довольную рожу — это то, о чем я уж точно никогда не буду жалеть.

29

Полина

В очередной раз пытаюсь дозвониться Олегу, но снова слышу механический голос: «абонент недоступен». Пальцы дрожат, сердце не на месте. И я едва не роняю телефон из рук, когда слышу тяжелый стук в дверь.