Оливия Лейк – Госпожа души моей (СИ) (страница 27)

Она накинула на длинную шелковую сорочку белоснежную кружевную тунику на поясе и поспешила в спальню Самиры.

В детской гостино-игровой горели свечи, а Нэнса тихонько сидела в кресле, листая большую книгу сказок.

– Миледи, – вскочила она, завидев Алиру. Та только мягко махнула, приложив палец к губам.

– Уже уснула?

– Нет, госпожа, с ней милорд. Они читают.

– Хорошо, – улыбнулась Алира. Эрик очень любил, заботился и уделял дочери много времени. Почти все свободное. Это подкупало. Их дочь. Дочь, которую родила ему Алира, он обожал. – Иди, ложись. Я побуду с ней.

Нэнса поклонилась и отправилась в соседнюю спальню, которую выделили специально для няни и наставницы. У самой Алиры была Галандиль, но та все же больше, чем няня – она мать заменила. У Самиры, хвала богам, была полная семья.

Алира тихонько приоткрыла дверь и едва сдержала вздох умиления: Самира, раскинув ноги и руки, обложившись подушками, крепко спала. Эрик полулежал на самом краю постели: в руках книга, глаза закрыты, но его сон был не так спокоен – ресницы подрагивали. В широких домашних штанах, мягкой светлой сорочке, босой, серебристые волосы в беспорядке вихрились – Алира едва сдержала желание зарыться в них пальцами. Надменное выражение лица исчезло, а тревожная складка, частенько прорезавшая переносицу, разгладилась. А вот линия губ была все такой же чувственной.

Алира склонилась к нему – если бы можно было поцеловать, прижаться к крепкому, сильному телу, без страха быть пойманной, она бы это сделала. Осторожно освободив руки от книги, Алира положила ее на столик рядом, задумавшись. Нужно, наверное, разбудить его. Вряд ли Эрик собирался заночевать в детской. Он просто устал. Всего два дня как вернулся. Алира так и не поняла, точнее, Эрик не потрудился объяснить, отчего ему так срочно необходимо найти вестника Галина, но ищут его с остервенением.

Она нежно подула ему на лицо, убирая со лба серебристую прядку и, коснувшись руки, шепотом позвала:

– Эрик.

Он тут же открыл глаза, словно и не спал вовсе, но взгляд оставался заспанным, потерянным. Алира знаком показала на Самиру, и Эрик, легко чмокнув дочь в серебристую макушку, поднялся и вышел вслед за женой, которая, погасив свечи, прикрыла дверь детской.

– Уснула, – сказала просто, чтобы не молчать в полумраке гостиной. Камин потрескивал и откидывал на стены загадочные тени. Зарево от огня плясало на лице Эрика, и было тепло, словно нега растекалась по телу. Опять магия: то ли его сила ласкает, то ли одним своим присутствием он опьяняет.

– Алира, – будто услышав, о чем она думает, Эрик подошел ближе, зачаровывая взглядом, обволакивая горячим дыханием. И что-то внутри нее встрепенулось, устремилось навстречу своему господину. Оно желало соединиться с ним. Да, это была его сила, жившая в ней, но это жалкое оправдание – Алира тоже хотела упасть в его объятия и не думать ни о чем, забыть сомнения и отринуть обиды. – Радость моя… – шепнул Эрик, привлекая к себе.

Она уперлась руками в плечи, но так хлипко, что он легко сломил ее сопротивление, припадая к губам. В голове словно хмель разыгрался, а внутри пожар. Его язык ворвался, мягко сплетаясь с ее, а руки заскользили по шелку сорочки, сжимая бедра и оглаживая груди. Кружево туники соскользнуло вниз, как и сама Алира мгновением позже. Не было слов или объяснений, только тяга, сильная, жгучая.

Мягкий ковер, блики огня на телах, хриплое дыхание. Эрик опустился сверху, задирая сорочку, оголяя бедра. Он еще был одет, но штаны настолько тонкие и свободные, что сквозь ткань чувствовалось ее обжигающе тепло. Еще мгновение, и он окажется в ней, упругой и тесной. Одна эта мысль заставляла терять голову от желания. Эрик знал, что Алира, такая чувственная и отзывчивая, страстная и податливая, не сможет долго оставаться холодной и равнодушной. Она стремится к нему так же, как и он к ней. И не нужно для этого ни пафосных слов, ни витиеватых названий для чувств.

– А говорила, – он прикусил ушко, обжигая шепотом, – что никогда не ляжешь со мной. Алира широко распахнула глаза, выныривая из тягучего, как патока, океана страсти. Что он сказал? Даже сейчас решил доказать, что ее слова – пустая бравада?

Она с силой оттолкнула его, вскакивая на ноги. Эрик настолько не ожидал такой прыти, что озадаченно откатился, но сразу сообразив, какую глупость сболтнул.

– Алира, прости, я не должен был…

Она молча ткнула в его сторону пальцем – еще не хватало Самиру разбудить, или Нэнсе рассказать, чем они в комнатах дочери занимаются. Алира подхватила тунику и бросилась в коридор, на ходу приводя себя в порядок.

А Эрик взъерошил волос устало: что он за идиот! Неужели эта гонка «кто первый сдастся» важнее их самих? Кажется, в отношениях с женой он откатился на два шага назад.

Глава 18. Весенний бал или пора опустить клинки

С приходом весны морозы сменяются долгожданным теплом, а яркое солнышко понемногу начинает согревать остывший воздух. Хотя снег еще долго будет лежать в лесу, а холодные ветра не раз напомнят о зиме, природа просыпалась от зимней спячки и наполняла жизнью все вокруг. Первые, еще слабые солнечные лучи постепенно растапливали снег и напитывали почву влагой, а сочная молодая трава расстилалась мягким зеленым ковром. Почки набухали на голых ветках, распускались молодые яркие листья. Зачарованный лес оживал под напором весны, и птицы озаряли его звонкими трелями. Весна – самая долгожданная пора, она обязательно приходит вслед за дождливой осенью и холодной зимой, принося радость и вселяя надежду…

Сегодня в Зачарованном королевстве праздновали Лис-он-Мален – пир Луны и Звезд. Во дворце заканчивали последние приготовления, а индары Роутвуда шумели и радовались в преддверии любимого праздника. В еще по-зимнему холодном воздухе ощущались запахи весны, дурманя и пьяня подданных королевства. Все скидывали тяжелые зимние плащи, подставляли лицо раннему солнцу и улыбались без причины, просто потому что хорошо на душе. Но это чудесное время года не тронуло сердце самого главного обитателя дворца – короля. Эрик как никогда был бесстрастен и холоден. Даже сейчас, когда стоял возле трона и серьезно слушал брата своей жены.

– На протяжении многих месяцев я крался за разумным бесом по берегам Итиля вплоть до Черных врат, – устало начал Эдрик. – И наконец поймал. Он не похож на обычных рабов злой воли. Я надеюсь, вы подержите его в заключении и допросите?

– Конечно, я же говорил тебе, что можешь рассчитывать на мою помощь. В моей темнице хватит места для еще одного постояльца.

– Благодарю, милорд. Я чувствую, что Некромант не просто так частично освобождает их, ослабляет узду. Есть цель, и мы должны понять, какова она.

Серьезный разговор был прерван звонким детским смехом. Самира, отпустив руку матери, быстро побежала по ступенькам к трону. Эдрик опустился на одно колено и раскрыл объятия племяннице, которая рухнула к нему на руки, пытаясь отдышаться от стремительного забега.

– Как ты выросла за эти несколько месяцев! Скоро будешь выше своей мамы! – пошутил он.

Самира захихикала и принялась рассказывать, как ей нравится жить во дворце, и что она теперь принцесса.

– Только я иногда скучаю по владыке Дарэлу и Долине, – по-детски недолго закручинилась Самира.

– Скучать по тем, кого ты любишь, это нормально. По тебе в Долине тоже все скучают. Это я знаю точно, и в твоей комнате тебя ждут подарки от всей семьи лорда Дарэла.

Глаза Самиры загорелись в предвкушении, и она, повернувшись к отцу, воскликнула:

– Папа, пойдем смотреть подарки!

– Хорошо, – ответил он и взял ее за руку.

Алира подошла и, обняв брата, принялась расспрашивать, что творится в мире и особенно в родной Дивной долине.

– Надеюсь, ты останешься на праздник? – заглядывая ему в глаза, спросила она.

– Я не могу. Я сейчас же должен уехать, у меня срочная встреча в Андоре. – Эдрик повернулся к Эрику: – Его там видели. – Больше ни слова, но король все понял.

– Такая срочная, что ты даже передохнуть день-два не можешь?

– Это очень важная встреча, – ответил Эдрик и, прочитав в ее глазах вопрос, добавил: – Не беспокойся, эта встреча с другом. Кстати, для тебя у меня тоже есть подарок.

Алира удивилась, но приятно.

– Дино просил передать тебя это. – Эдрик достал небольшую коробочку и протянул сестре.

Алира открыла ее и изумленно взглянула на золотую брошь, покоящуюся на черном бархате. Украшение было утонченным, выполнено в форме звезды и инкрустировано редкими розовыми сапфирами.

– Он просил передать, что жалеет, что не присутствовал на твоей свадьбе и не смог лично поздравить, но искренне желает счастья. Вам, – добавил Эдрик, обменявшись взглядами с Эриком.

Алира просияла, но, стоило ей взглянуть на мужа, как улыбка угасла. Эрик холодно глядел на нее, не выказывая никаких чувств в отношении подарка или пожелания им обоим счастья. Вероятно, ему все равно. Но Алира ошибалась, ох как ошибалась. Его душу раздирала ревность. Он не желал, чтобы она принимала дорогие подарки от мужчины, явно к ней неравнодушного. Эрик сурово молчал, ожидая ее реакции. Она не должна принимать подарок. Не должна!

– Брошь великолепна, я напишу ему и поблагодарю, – сказала Алира и захлопнула коробочку. – Ты хочешь уехать прямо сейчас?