Оливер Ло – Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 4 (страница 15)

На экране была видна площадь перед зданием Гильдии. Бартоломей Реккар размахивал своей кувалдой, крушя окружавших его существ. Но это были не обычные монстры из Разломов.

Химера размером с автобус — львиное тело, орлиные крылья, змеиный хвост с ядовитым жалом. Она плевалась кислотой, которая растворяла асфальт.

Рогатая виверна кружила в воздухе, время от времени пикируя вниз с когтями, способными прорезать сталь.

Стальной броненосец — существо в живой броне, которое сворачивалось в шар и таранило противников.

И еще с дюжину других тварей, каждая из которых была опасна сама по себе.

— Это целая коллекция монстров, — пробормотала Ария. — Кто-то выпустил целый зверинец редких существ.

— Но кто? — начал спрашивать Кайден, но ответ пришел сам собой.

Голдльюис Диккенс появился в кадре, его винтовка была направлена на химеру. Несколько точных выстрелов заставили монстра отступить, но существо быстро регенерировало повреждения.

Снайпер что-то сказал в свой коммуникатор, и через секунду его голос раздался из динамиков убежища:

— Ария, мне нужны координаты этого ублюдка. Зуб даю, это дело рук Аукционера. Он где-то прячется и управляет тварями дистанционно. Только он способен на подобное.

— Ищу, — отозвалась Ария, переключаясь между камерами. — Вижу его! Северо-восток от твоей позиции, за опрокинутой машиной. Дистанция около восьмидесяти метров.

В углу экрана появилась фигура полного мужчины в дорогом костюме. Гелиос Микель собственной персоной стоял на безопасном расстоянии от боя и что-то говорил в коммуникатор. На его руках поблескивали кольца с печатями — каждое было связано с одним из призванных и удерживаемых им в этом месте существ.

Диккенс мгновенно развернулся и прицелился. Его выстрел был идеально точным — энергетический заряд летел прямо в голову мужчины.

Но в последний момент стальной броненосец развернулся и подставился под выстрел. Заряд ударил в его панцирь и рикошетом ушел куда-то в сторону.

— Ай-яй-яй, — раздался довольный голос Гелиоса по перехваченной радиочастоте. — Вы все же меня нашли. Как дела, Диккенс? Помнишь моего бедного Сиссикса?

— Ублюдок, — прорычал снайпер в ответ. — Из-за твоего «бедного Сиссикса» погибло двадцать Охотников-новичков!

— Подумаешь, — беззаботно отмахнулся Гелиос. — Василиск был голоден. А новички должны быть осторожнее. Это называется естественный отбор.

Диккенс перезарядил винтовку и сделал еще несколько выстрелов, но существа, верные его противнику, работали как живой щит, прикрывая хозяина от атак.

— Кстати, — продолжил Гелиос, — надеюсь, ты готов увидеть мои новые приобретения? Химера из «Кровавых Топей» обошлась мне в целое состояние. А виверна — это вообще уникальный экземпляр! Последняя в своем роде!

— Когда поймаю тебя, — прорычал Диккенс, уклоняясь от кислотного плевка химеры, — буду кормить тебя твоими же тварями по кусочку!

— Какая агрессия, — вздохнул аукционер. — А ведь мы могли бы договориться. У меня есть пара экземпляров, которые могли бы тебя заинтересовать…

Бартоломей тем временем сражался, как настоящий берсерк. Его кувалда крушила все на своем пути, а магия гравитации создавала локальные аномалии, притягивая к себе врагов или отбрасывая их прочь. Но существ было слишком много, и они постоянно пребывали.

— Барт! — крикнул Диккенс. — Нужно убрать кукловода! Сможешь продержаться?

— Валяй! — отозвался гигант, отбиваясь сразу от трех тварей. — Я тут немного погуляю по зоопарку! Давно как раз в нем не был, — рассмеялся он, бросаясь в самую гущу.

На экранах убежища было видно, как снайпер и воин действуют слаженно, несмотря на хаос вокруг. Диккенс искал углы для обстрела, а Бартоломей прикрывал его от атак существ.

— Это же настоящая битва титанов, — прошептал один из молодых Охотников, наблюдавших за экранами.

В углу подвала Эрик и Мари сидели со скучающими лицами.

— Блин, — пробормотал Эрик. — Все сражаются, а мы тут сидим как декорация.

— Согласна, — кивнула Мари. — Хоть бы нам дали поучаствовать в чем-то серьезном.

— Вы хотите участвовать? — удивилась Ария, обернувшись к ним. — Там же смертельная опасность!

— Ну и что? — Эрик встал и начал ходить по подвалу. — Мы же Охотники! Бартоломей обучал нас! А в итоге сидим здесь!

— Это не веселье, — строго сказала Ария. — Это война.

— Тем более! — возмутилась Мари. — Война — это когда каждый должен внести свой вклад. А мы что, хуже других? Мы вообще стояли в начале всего этого, когда формировался «Последний предел»!

Эрик остановился и ударил кулаком по стене.

— Знаешь, что обиднее всего? Когда мы собирались в «Последний Предел», я думал, что буду сражаться рядом с легендарным Дарионом Торном. Что станем командой героев, которая спасет мир. А по факту получается, что я самый бесполезный Охотник во всей чертовой столице!

— И я тоже, — вздохнула Мари. — Даже однорукий Норрис больше пользы принес, чем мы.

Норрис, лежавший на койке, слабо улыбнулся.

— Эй, я не однорукий. У меня просто временные неудобства с конечностями. Временные, — строго посмотрел он на них.

— Извини, — смущенно сказала Мари. — Я не хотела тебя обидеть.

— Да все нормально, — отмахнулся Норрис. — Кстати, а вы слышали, что Ария мне новую руку сделает? Из того самого металла, что Дарион из Разлома принес. Говорят, она будет лучше обычной! Буду рвать монстров голыми руками!

— Правда? — заинтересовался Эрик.

— Ага, — гордо кивнула Ария. — Протез будет легче обычной руки, но прочнее. Со встроенными усилителями силы хвата. Как только все закончится, обязательно займусь.

— Круто, — присвистнул Эрик. — Может, и мне что-нибудь апгрейднуть?

— Тебе и так хватает всего, — фыркнула Мари. — Лучше думай, как быть полезным здесь и сейчас.

Кайден, слушавший их разговор, обернулся от мониторов.

— А знаете что? Вы можете помочь. Мне нужны люди для мониторинга нескольких дополнительных каналов связи. И для обработки входящей информации.

— Это тоже важно? — неуверенно спросил Эрик.

— Очень важно, — кивнул Кайден. — Информация — это оружие. Тем более в нашей ситуации.

Эрик и Мари переглянулись и начали, было, подходить к дополнительным консолям, но их прервал крик Арии:

— Внимание! Бартоломей, группа существ появилась с севера! Их много!

На экране было видно, как из-за угла здания выползла новая волна монстров. На этот раз аукционер выпустил что-то особенно мерзкое — существ, которые выглядели как гибрид паука и осьминога, с кислотными железами вместо глаз.

— Гелиос, ты совсем тронулся! — проорал Бартоломей, увидев новых врагов. — Где ты таких уродов откопал?

— О, это мои любимчики, — довольно отозвался аукционер. — Кислотные арахниды из Разлома «Плачущие Шахты». Очень редкие. И вечно голодные.

В просторном зале, который когда-то служил конференц-залом, сходились три сильных Охотника.

Кеншин Ятагучи стоял в центре зала, его черная кисть описывала сложные узоры в воздухе. Вокруг него материализовывались чернильные создания — не просто животные, а настоящие произведения искусства смерти. Тигр из живых черных линий рычал, демонстрируя клыки, которые выглядели более реальными, чем настоящие. Орел кружил под потолком, его перья сверкали в свете ламп. А на полу расползались чернильные змеи, оставляющие за собой следы, которые превращались в ловушки.

— Монклеры, — произнес убийца, не прекращая рисовать в воздухе. — Клан, который когда-то считался символом чести. А теперь? Теперь вы служите простолюдину и предаете традиции своих предков. Позор собственной родословной.

Абель стоял напротив него, сжимая двуручный меч. Его серые глаза были полны холодной решимости. Рядом кружилась Хлоя, ее лепестки ликориса образовывали сложные узоры — фиолетовые с прожилками черноты, они явно стали не такими, как раньше.

— Традиции? — усмехнулся Абель. — Ты говоришь о традициях, Кеншин? Человек, который продает услуги убийцы?

— Я исполняю волю тех, кто способен ее оплатить, — ответил Кеншин, и его чернильный тигр прыгнул на Абеля.

Воин Монклер встретил атаку прямо. Его двуручник рассек тигра пополам, но тот мгновенно восстановился, словно был сделан из жидкости. Клыки чернильного зверя оставили глубокие царапины на доспехе Абеля.

— Как мило, — прокомментировала Хлоя, уклоняясь от атаки чернильной змеи. — Кеншин все еще играется со своими каракулями.

Ее лепестки сформировали длинные лозы, которые обвили змею и буквально разорвали ее на части. Но на месте одной змеи тут же появились две новые.

— Невежество вашего клана всегда было отличительной чертой, — с чувством сказал Кеншин, начиная рисовать что-то новое. — Это не просто магия. Это искусство. Искусство войны, возведенное в абсолют.

Его кисть очертила в воздухе большой круг, и внутри него начал появляться новый зверь. На этот раз это был дракон, не огромный, размером с человека, но невероятно детализированный. Каждая чешуйка была прорисована отдельно, каждый коготь сверкал как настоящий.

Дракон ожил и выдохнул струю чернильного огня прямо на Хлою. Девушка едва успела создать защитный барьер из лепестков, но огонь прожег его насквозь. Она отлетела к стене, и все же без последствий не обошлось — ее платье дымилось.