Ольга Жукова – Страшная Маша (страница 27)

Они улыбчиво скалились и предлагали дружбу и любовь до гроба. Маша нажала кнопку «удалить», но они появились снова. Она еще раз попробовала расправиться с непрошеными гостями, как получила сообщение от Стаса: «Слышь ты, коза, чего кипишишься, да, это мы – те самые. Пришли к тебе договариваться. Тут одному челу нужна его вещичка, которую вы с брательником сперли. Отдай по-хорошему тетрадочку, а то будем к тебе приходить днем и ночью. Мы теперь с Антоном по корешам. Ты ему тетрадочку, а он нам вторую жизнь. Так и сказал. Все по-честному, ты нас сюда отправила, а теперь давай помогай». Маша, не раздумывая, ответила: «Не я вас туда отправила, вы сами. За тетрадкой от вас уже приходили. Вы не первые, но предупреждаю, лучше бы вы с Антоном не связывались. Тетради у нас нет, так и передайте. Пусть у нашей мамы спрашивает, куда дела». В переписку встряла Лерка Малкина: «Машка, ты как была с приветом, так и осталась. Что у тебя за причесон? Смени аватарку, несчастная. Без слез не взглянешь. Кошечки, кролики… Это про что? Кому интересно? Если нас не послушаешь, мы такого напостим про тебя в сети! Например, твои фотки голые… Машенька в ванной развлекается с уточкой…»

На экране телефона возникли смутные, словно выплывшие из темноты картинки веселящейся компашки: Стас улюлюкал, Борька расстегивал штаны, а девчонки высовывали длинные языки. Маша отключила телефон, сердце колотилось, а пальцы дрожали. Она поклялась завтра же убраться из всех соцсетей и вообще не заходить в интернет. До утра так и не заснула.

В школе ее ожидал странный прием одноклассников. Кто-то подходил и хлопал по плечу со словами: «Круто, так и надо», а кто-то шарахался и демонстративно отворачивался. Она испугалась, что ночная компашка уже успела нагадить в интернете, но дело было в другом:

фотографии Кости Мякина с красными кроличьими глазами разошлись по сети. Под ними были надписи, что его отравила Маша. Костя на занятиях не появился. Как бы он ни обижал Машу, сейчас он страдал по ее вине. Можно было попробовать опять проделать всю процедуру: приложить камень к его глазам, настоять ночь в воде, а потом дать выпить. Но ведь он решит, что она совсем чокнутая. И пусть! Главное, чтобы помогло. На переменке она узнала номер его мобильного и отправила СМС: «Костя, я тебя не отравила, ты выпил лекарство для кролика. Попробую помочь. Если хочешь, встретимся». Ответ пришел тут же: «Встречу – прибью».

Маше стало невыносимо противно. Она представила, как много людей теперь хотят ей отомстить – Мякин, компашка Стаса, бабушка и дядя Володя, Антон, а теперь и мама.

Глава пятнадцатая

Не дожидаясь конца недели, Наташа взяла отгулы и собралась в Предгорье. Дети были наказаны и в Предгорье не ехали. План с электричкой срывался. Нужно было придумать нечто такое, что остановит маму. Один метод работал всегда – заболеть, но не какие-нибудь сопли, а по-серьезному: ангина или воспаление легких. Витя предложил обожраться мороженым, побегать раздетыми под дождем, промочить ноги и не прятаться от их дружка-сквозняка. Болезни Вити всегда действовали на маму стопроцентно: она бросала все, забывала обо всех и не отходила от его кровати. Маше не хотелось подвергать Витькино здоровье опасности, и она предложила взять «болезнь» на себя, но они оба сомневались, что мама отложит из-за Маши поездку – просто вызовет врача и попросит Валентину кормить Машу лекарствами. Витька успокоил: «Ты забыла, что можешь легко меня вылечить. Я должен выздороветь в пятницу. Сегодня понедельник. Забери меня из сада вместо Валентины и пойдем за мороженым».

По пути домой он слопал три порции пломбира, проглотил два малиновых коктейля со льдом. Дождь, который лил утром, а в обед успокоился, срывал следующий пункт плана «промокнуть до костей», но не остановил Витю. Он прыгнул дома под холодный душ. Маша ежилась и страдала, но восхищалась Витькиным героизмом. На ночь Витя открыл настежь окно в детской и устроил сквозняк. Утром у него действительно поднялась температура и заболело горло. Наташа не обращала внимания на хлюпающего носом сына и собирала маленький чемоданчик, в который укладывала кружевное белье, вечернее платье, туфли на высокой шпильке. Витя еле стоял на ногах, надсадно кашляя. Не выдержав, он обхватил ее ноги горячими руками и прошептал: «Мамулечка, не уезжай. Я умираю…» – и хлопнулся в обморок. Наташа очнулась, отбросила чемодан, схватила Витьку и понесла его в гостиную. Она опять была похожа на прежнюю маму, но как только ее глаза встретились с Машиными, лицо окаменело и превратилось в злобную маску.

– Что стоишь, – раздраженно бросила она Маше, – вызывай скорую.

Врач скорой помощи послушал Витю, выписал антибиотики и жаропонижающее. Посоветовал не рисковать и сразу везти его в стационар, если температура не упадет.

На календаре был вторник. Вите оставалось болеть еще два дня. По их плану в пятницу утром ему полагалось выздороветь. Витя стоически переносил болезнь, а когда Маша заходила к нему, заговорщически подмигивал. Мама выглядела потерянной и грустной, она звонила Антону, извинялась, что не может приехать, что нарушила их планы. Витьку жалела, но в Машину сторону по-прежнему не смотрела. В четверг вечером Маша вынула из браслета мертвик. После лечения Феди он слегка подрос и с трудом вынимался из сеточки. Вложив его Вите в ладошку, она стала ждать. Через минуту Витя завопил: «Горячо!» Почти раскаленный камень Маша опустила в стакан с водой и выбежала из комнаты, чтобы мама не заметила.

Утром, пока Наташа возилась на кухне, Витя глотнул целебную воду и радостно вскочил, унюхав доносящийся из кухни запах оладушек. Никакой температуры уже не было, горло не болело, аппетит разыгрался. Перемазанный маслом и малиновым вареньем, с набитым, как всегда, ртом, Витя заявил, что здоров и готов ехать в Предгорье. Мама, удивившись его мгновенному выздоровлению, еще раз померила температуру, заглянула в горло и, не найдя признаков болезни, тем не менее заявила, что о поездке не может быть и речи. Как ее ни упрашивал Витя, доказывая, что для полного выздоровления как раз и нужно поехать в теплое Предгорье, мама была непреклонна.

Пришлось действовать быстро и решительно: именно сейчас на сцене должна была появиться тетрадь, мамин радостный звонок Антону: «Нашлась!» и обещание сегодня же, максимум завтра, тетрадь привезти.

Маша подложила в шкаф с постельным бельем не просто тетрадь, а пакет, в котором лежали какие-то бумаги, письма, ну и тетрадь, конечно. Это должно было навести Наташу на мысль, что она сама переложила пакет, а потом забыла куда. Теперь надо было направить маму к этому шкафу. Витька быстро сообразил: он улегся в постель, как просила мама, и якобы случайно разлил на простыню банку сока. Чертыхаясь, мама пошла к шкафу. Потянув из стопки белья первую попавшуюся простыню, она вздрогнула – на пол вывалился пакет, полный бумаг. Среди них была та самая тетрадь, которую искал Антон. Из комнаты она вышла озадаченная, с тетрадью в руках. Не взглянув на детей, схватила телефон и ушла к себе в спальню, забыв захлопнуть дверь. Они слышали все, что она говорила Антону противно слащавым голосом:

– Родной мой, не поверишь, она нашлась… Да-да – та самая. В шкафу, в пакете с бумагами. Понятия не имею… Видимо, переложила из тумбочки… Плохо тогда соображала. Привезу. Давай завтра. Пусть сегодня Витька отлежится. С ним все в порядке, бегает уже. Утречком все вместе приедем… Ты уверен?! Ой, спасибо! Супер! Я только за…

Догадаться, что отвечал Антон, было несложно, кроме одного – при чем здесь «супер» и за что спасибо? Маша предположила самое страшное: Антон, услышав про тетрадь, едет к ним, и тогда весь план с электричкой накрывается. Так оно и случилось. Когда тетя Валя заглянула к ним, мама с порога радостно застрекотала:

– Антоша сегодня вечером приедет. Решили, что у нас переночует, а завтра утром машиной поедем, чего на электричке трястись? Как жаль, что ты в этот раз не с нами, но целое лето впереди, еще погуляем. Витек наш тоже молодцом – выздоровел. Валечка, я тогда на работу, а ты сможешь что-нибудь к ужину купить? Денежек бери, сколько надо, ты знаешь, где лежат…

– Да не вопрос, – обрадовалась Валентина, – куплю, приготовлю… Рада я за тебя. То, что Леша погиб, это, конечно, печально, но такого, как Антон, поди найди!

– Спасибо, Валечка! А давай сегодня все вместе посидим. Ты теперь как член семьи. Дети тебя любят. Без твоей помощи вообще не представляю своей жизни.

У Валентины намокли глаза, она обняла Наташу, потом обратилась к детям, грустно стоящим в коридоре: «Сегодня будем отмечать Витькино выздоровление. Я в магазин, потом буду готовить, а вы мне поможете – возьмете на себя Темку. Он после прививки беспокойный – скулит и грызет все вокруг».

Такого поворота событий Маша и Витя не ожидали. Получается, что вместо осуществления Витиного плана с электричкой Антон приедет сюда, а они отдадут ему в руки то, что поможет ему вырастить камень и подчинить воле хозяина камня тех, кто обитает на этом и на том свете. А кроме всего прочего, даже думать не хотелось, что мертвецы теперь от них не отвяжутся. Сжечь тетрадь сейчас уже невозможно – мама битых пять часов не выпускает ее из рук, сидит в своей комнате и читает. Взяла лупу, ручку, что-то выписывает, а когда раздался звонок у входной двери, она с тетрадью бросилась навстречу Антону. Он ее обнял, закружил, сунул в руки громадный букет цветов и бутылку шампанского. Тетрадь засунул в свою сумку-планшет и затянул на нем молнию.