Ольга Ярошинская – Искры на ветру (страница 43)
— А кто еще! Это была твоя гениальная идея — поддразнить брата лакомым кусочком! — выпалила Сивилла, а после посмотрела на Риана внимательней. — Зачем ты вырядился в этот костюм, сын? — спросила она.
Голубая рубашка так подходила к его глазам, сюртук лаконичного кроя, но с золотистым отливом, — он позировал в нем для портрета. А брюки какие-то неправильные, без стрелок — сообразила она. И туфли в саже…
Нож вошел ей прямо под грудь, и Сивилла, охнув от резкой боли, успела заметить еще одно отличие: ногти на пальцах, сжимающих рукоять, острижены слишком коротко. Тириан любит оставлять подлиннее.
— Ты не мой сын, — выдохнула она, покачнувшись.
Лицо Тириана смялось точно бумага, проявляя совсем другие черты: покраснели и округлились щеки, потемнели и распушились брови, глаза потеряли голубизну и окрасились в теплый ореховый цвет.
Взвыв, Сивилла взмахнула хвостом, надеясь задеть парня, но он ловко перескочил стол, успев сцапать карту, и отбежал к двери.
Сивилла шагнула к нему, но в глазах потемнело. Выдернула нож из груди и швырнула его в мальчишку, но он легко уклонился, почти не отрываясь от изучения карты.
— Забыл, где лекарня, — пожаловался он. — А, вот!
И исчез, закрыв за собой дверь.
Сивилла бросилась следом, но драконий хвост стал вдруг таким тяжелым, будто к ней подвесили гирю. Она рухнула на колени, прижала руки к груди, пытаясь остановить кровь, которая толчками вытекала наружу.
Она дракон! У нее целых два знака! Она не может просто взять и умереть от руки какого-то мелкого гаденыша, чьего имени даже не помнит!
В глазах потемнело, и Сивилла упала на ковер. Торсон — вспомнила она. Сын ее двоюродного дяди. Единственный наследник. Его бабушка подняла ужасный шум, когда ее ненаглядный внук исчез, и вот он нашелся.
— Рональд Торсон, — прошептала она его имя, и мир погас.
* * *
Дворец давно перестал казаться мне красивым. Позолота превратилась в дешевую мишуру, а высокие своды напоминали клетку. Откуда-то отчетливо тянуло дымом, и запах становился сильнее, будто мы шли прямиком в преисподнюю. Рваные полосы, уродующие прекрасный паркет, вели нас все дальше, все глубже в логово злобного дракона.
Но я и сама дракон, и страха не испытывала. Шагая рядом с Элаем и сжимая его ладонь, я мечтала о том, чтобы все это поскорей закончилось.
— Как думаешь, что могло так поцарапать пол? — спросила я, чтобы разрушить гнетущую тишину. — Когти?
— Полагаю, что хвост, — коротко бросил Элай и, глянув на меня, пояснил: — Драконий знак королевы.
Сверху донесся треск, и я привычно раскинула щит шире. Одно из изящных витражных окон осыпалось разноцветными осколками, и внутрь просунулась любопытная голова одного из красноперых драконов. Элай прикрикнул что-то на степном наречии, и ящер исчез. А я заметила в небе крылья, целую стаю, пока лишь темное облачко, напоминающее клин перелетных птиц. Королевское войско спешит на помощь. Не слишком же они торопились…
— Еще есть время, — заверил Элай, тоже увидев драконов вдали.
Все было как-то неправильно. Он пришел, чтобы занять трон по праву, но мы казались захватчиками, вторгшимися в чужой дом. Хорошо, что Элай решил переехать в Айдану — здесь, в этом дворце, начиненном ловушками, как пирог крысиной отравой, я бы никогда не чувствовала себя спокойно.
Когда нам перегородил дорогу обычный отряд стражников, я даже почувствовала облегчение: наконец-то видимая и реальная угроза! Чешуя мерцала перед нами щитом, опасности нет. Куда больше я переживала о грядущей встрече с Тирианом. Представляет ли Элай, во что превратился его брат? Сможет ли поквитаться с ним? Если нет, я сделаю это сама. После того, как Иней превратился в безжизненный кусок льда, я и сама точно вымерзла изнутри. Никакой пощады!
Мой щит стремительно раздвинулся, отодвинув стражу вместе с блестящими алебардами, и воины попятились, опустив оружие.
— Да здравствует король, — тихо произнес один из них, молодой парень с таким бледным лицом, будто дворец высосал из него все соки. На его щеке алел свежий порез, и нитки торчали из зашитой раны, как щетина.
Элай кивнул и прошел мимо расступившейся стражи, ведя меня за руку. Остановился перед массивной двустворчатой дверью, обернулся, и парень с заштопанной щекой кивнул.
Дверь открылась совершенно бесшумно — в королевском дворце вовремя смазывали петли. Свист летящего лезвия вспорол воздух, но сверкающий нож отскочил от моей чешуи и звякнул, упав на пол.
— Брат! — воскликнул Тириан. — Это ты!
— А кого еще ты приветствуешь таким образом? — поинтересовался Элай, подняв ножик и подбросив его в ладони.
Я замерла за широким плечом Элая, но голубые глаза Риана все равно обшарили меня сверху донизу. Губы растянулись в улыбке, лишенной всякой радости.
— Вивиана, — протянул он мое имя так многозначительно, что тошно стало. — Давно не виделись. Ты…
Я так и не узнала, что именно он собирался сказать — его же нож пролетел через комнату и впился в плечо принца сверкающим жалом.
Риан вскрикнул, ошалело уставился на мгновенно потемневшую от крови ткань.
— А поговорить? — воскликнул он с какой-то детской обидой.
— У меня были хорошие учителя, — сказал Элай. — Не о чем с тобой разговаривать.
* * *
После Драхаса и шести лет дозора драться с братом было даже неловко: все равно что трепать за шкирку беспомощного щенка. Так что Элай быстренько связал его прочным шнурком от штор и огляделся в поисках подходящего кляпа. А в том, что надо заткнуть брату рот, он и не сомневался.
— Узурпатор! Подонок! Убийца! Посмотри, с кем ты связалась, Вивиана, он поднял руку на брата! — ругался Риан.
— Ты что, промахнулся? — спросила Вив с легким разочарованием в голосе, и Риан вытаращил глаза.
— Решил, что он так легко не отделается, — пояснил Элай. — Уж слишком большой за ним должок.
— Ты ничего не докажешь! — вновь завелся Риан. — Ничего! А вот мне есть что тебе предъявить! Ох, как больно! — заныл он. — Лекаря мне! Лекаря принцу! Срочно!
Элай толкнул его, и брат рухнул лицом вниз на кровать.
— Думаешь, стоит его добить? — вздохнул он, проведя пятерней по волосам. — Не хочется марать руки…
— Ты уже замарался, — рыкнул Риан, повернув голову. — Ты привел в столицу наших врагов. Предатель! Не зря отец приказал убить тебя, как щенка, испортившего породу.
Вив взяла тяжелую подушку и накрыла ею голову брата, вынула из его рукава высунувшийся язычок ножа. А потом еще один из кармана. И из-за пояса брюк. Блестящие лезвия сыпались из принца, и казалось, он весь укрыт ножами как чешуей.
— Ты — неприкасаемый! — выпалил Риан, сумев выкрутиться из-под подушки. — Ты — позор семьи! Тупиковая ветвь династии!
Уголки губ Вив насмешливо приподнялись, и она как будто собиралась что-то сказать, но промолчала. Правильно — пусть скажет об этом в более подходящей обстановке.
— Я обвиняю тебя в покушении на убийство, в незаконном захвате власти, в попытке изнасилования моей жены, — перечислил Элай.
— Ты ничего не докажешь, — злобно выплюнул Риан.
Привстав на цыпочки, Вив прошептала на ухо:
— Он ведь прав. С покушения на тебя прошли годы, власть Тириан получил с одобрения совета, а что до меня, так я еще, помнится, осталась виноватой…
— Во дворце никого не волнуют доказательства, — сказал Элай, лишь слегка покривив душой. — Здесь побеждает тот, кто сильнее. И сейчас это я. Мы.
Риан помолчал, подыскивая подходящие слова, но после жалобно спросил:
— А где мама?
Элай понятия не имел, где прячется эта змея, зато нашел на спинке стула небрежно брошенный шелковый шарф, из которого получился отличный кляп.
* * *
Парни были там же, в тронном зале. Туч суетился над обледеневшим телом Инея, вливая ему в приоткрытые губы ядрено-синий настой из маленького пузырька. Цвет напоминал чешую Тау, и Вив как будто вмиг успокоилась: пальцы, стискивающие его руку, расслабились.
— Поможет? — угрюмо бормотал Туч. — Рони, ты уверен? Он вообще дышит?
Рони сидел на полу, прислонившись к колонне, и выглядел так, будто его постирали и выкрутили.
Элай затолкал Тириана на трон и на мгновение ему захотелось надеть на брата корону — ту самую, с отравленными иглами, что валялась на полу как дохлая жаба.
— Что за лекарство? — спросил Элай. — Где вы его достали?
— Посмотри лучше сюда, — предложил Туч, протянув ему карту, исчерканную пометками. — Где крестик — туда не ходи.
Тириан замычал, а Элай окинул взглядом план дворца. Надо же, они не постыдились устроить западню даже в королевской усыпальнице. Может, Сивилла там? Сидит, затаившись, за одной из статуй, готовясь привести в действие очередной поганый механизм.
— И, это… — Туч вздохнул и бросил быстрый взгляд на Рони. — Королевы больше нет.
Тириан замычал громче, попытался сползти с трона и скатился по ступеням на пол. Захрипел и, вытолкнув кляп языком, пригрозил:
— А вот это вам с рук не сойдет…