Ольга Власова – Титус, наследник Сан-Маринский (страница 29)
Они прошли в пропахшую гарью, табаком и псиной просторную комнату, приплюснутую сверху низким закопченным потолком и скудно освещенную дневным светом, проникавшим сюда через полуоткрытые окна. По стенам в деревянных рамочках были развешаны номера «Вечернего Сан-Марино», отпечатанные на толстой желтоватой бумаге. В центре комнаты кто-то сидел к ним боком за столом, своими размерами похожим на бильярдный, и что-то яростно писал дергавшимся туда-обратно огромным гусиным пером. Титус узнал черные всклокоченные вихры Большого Феодала.
– Входите, входите, – сказал тот, не оборачиваясь. – Вы, наверное, пришли за газетой?
– Нет, дорогой, – сладко пропела его жена. – Я гостя тебе привела. Говорит, наш старый знакомый.
Увидев Титуса, Большой Феодал сразу же признал его, несмотря на худобу и спутанную бороду, которую наследник в монастыре саморучно ровнял раз в месяц ржавым обломком бритвы.
– А, еще один герцог пожаловал – уж не знаю, кто из вас поддельный, кто настоящий… Мне, признаться, до этого дела нет. У меня теперь свое дело – я газету печатаю. Правда, с грамотностью пока туговато, народ не желает в школы ходить, что открывают по приказу герцога… Ну что ж, больше картинок, меньше текста…
Титус подобрал со стола газетный номер, на котором стояла свежая дата – 15 марта, и узрел на первой странице гигантский заголовок:
«Цены на зерно вырастут к осени в 3 раза в ожидании конца света».
Большой Феодал почему-то засуетился:
– А что? Людям очень полезно знать… Конец света, может, еще и не наступит, а кушать надо всегда. Зная примерную цену, можно заранее рассчитать свои траты.
– Ну а тыквы? – опять внезапно для самого себя спросил Титус с плохо скрываемой злостью. Что-то в происходящем очень раздражало его, хотя он сам навряд ли понимал, в чем именно дело.
– Тыквы? – не понял Большой Феодал.
– Что с тыквами будет? Каковы виды на урожай? Солить их будут или мочить?
Хозяин дома здесь просто-таки взбеленился – вскочил со стула, глаза его засверкали, хохолок на голове вздыбился, руки зашарили по поясу, видимо разыскивая давно исчезнувший оттуда меч. Он повелительно махнул рукой в сторону стоявшей в дверях жены, и она немедленно исчезла.
– Ты на что, дорогуша, намекаешь? – прогрохотал вслед за тем Большой Феодал, угрожающе прищурившись. – Что я ничтожеством стал? Всякой дребеденью занимаюсь?
Повисла долгая пауза, в течение которой Титус, не вступая с хозяином комнаты в поединок взглядами, на который тот его явно вызывал, изучал заголовки развешанных по стенам газет: «Наследник Сан-Маринский выиграл третий турнир подряд», «В Палестине снова вспыхнули военные действия. Кто виноват?», «Гений-изобретатель представил публике телегу с шестью колесами», «Проституция на улицах города: за и против».
– Ну да, – ответил между тем сам себе Большой Феодал, неожиданно сдувшись и возвращаясь обратно за стол. – Пришлось выбирать занятие по душе – жизнь понесла, как бешеная лошадь. Герцог наши с женой владения прибрал к рукам – мол, ради общего блага и прогресса. Вроде как каждый должен что-то полезное делать. Н-да… Я-то еще ничего. Счастливый Барон, сходи глянь, на городской площади в грязи пьяный валяется. Москито в торговцы подался, добывает в горах уголь и привозит сюда на мулах раз в неделю. Хартманн где-то в Палестине, Разлуцкий в кругосветное плавание отправился… Не знаю, на что он вообще рассчитывает. Земля-то плоская!
Титус сглотнул судорожно, поискал глазами, куда бы присесть. Кажется, его дохленький план совсем откинул копыта.
– Что ж ты в лице так переменился? – съязвил хозяин, возвращаясь к неоконченной заметке и начав что-то ожесточенно править пером на листке бумаги. – Рассчитывал, что мы как один достанем из сундуков доспехи, встанем под твои знамена и быстренько организуем поход на замок? Титул и владения замыслил вернуть? Надоело простым смертным по миру шататься? Кстати, кто это тебе так нос-то своротил?
Совладав кое-как с комком в горле, Титус пробормотал:
– А Архивариус?
– Кто-кто?
– Хранитель библиотеки замка. Старик такой в очках. Он еще на пиру был, когда… после которого я ушел…
Большой Феодал подвис. Похоже, пытался вспомнить, где в замке располагается библиотека и были ли у него на нее планы.
– Нет, не слышал. Ни про библиотеку, ни про этого Архивариуса. Тем более не видел его.
Обнаружив в углу комнаты расшатанный табурет, Титус тоже примостился у стола. Идти некуда, идей больше ни одной. Комната казалась замурованным могильным склепом без единого выхода. Пару минут тишину нарушал лишь яростный скрип пера о бумагу. Наконец Титус выдавил из себя:
– Что говорят у наследника про потоп?
Большой Феодал бросил с остервенением перо на стол.
– А, и ты туда же! Явился проповедовать последние дни? Или, может, спасти нас, грешных?!
– Хочу понять, почему бездействует… мой брат… Один росчерк Волшебного пера…
Большой Феодал резко вскочил на ноги, подбежал к окошку, что располагалось сильно ниже высоты его роста, и попробовал, согнувшись, просунуть в него голову. Титус не сразу опознал этот его маневр как меру предосторожности.
– Черт его знает… Может, не в его власти, а может…
Титус вспомнил слова монаха.
– Сам это придумал?
Большой Феодал, стоя у окна, долго смотрел в одну точку на полу. Потом принялся широкими нервными шагами обмерять комнату.
– Такие разговоры я вести не собираюсь! Болтуны у нас в Вонючем остроге сидят, рядом с рыбными рядами… Мне в этой халупе как-то уютнее… А тебе по старой памяти могу дать совет, совершенно бесплатный! Если ты, как я понял, решил пером обратно завладеть, одному тебе не справиться. Нужны помощники! Сорвиголовы, которым в отличие от меня не терпится умереть до срока, только чтобы поинтереснее…
Титус вяло усмехнулся:
– Предлагаешь ватагу разбойничью собрать?
– Вот-вот, – живо отозвался Большой Феодал, теперь с воодушевлением сев верхом на стуле и засунув за ухо перо. – Классика жанра! Устроить заговор! Нужен десяток таких… безбашенных, что пойдут за тобой хоть на край света. А я помогу собрать сию отвязную компанию – за скромное вознаграждение, конечно, но все в рамках разумного!
Тут Большой Феодал занырнул под стол-бильярд, откуда некоторое время торчали его пятки в протертых до дыр башмаках. Раздался чих, другой, и через пару минут изрядно запылившийся издатель «Вечернего Сан-Марино» радостно предстал перед Титусом, обнимая огромную бухгалтерскую книгу.
– Вот она, родная, – заботливо сказал он, щелчком сбивая с нее пушистые бесформенные пылинки. – Всю мою жизнь можно по ней проследить… Твое намерение вернуть титул и перо, дорогой наследничек номер два, фантазийно прежде всего потому, что ты пребываешь в гордом одиночестве. Замыслы твои никому не известны и не интересны… Что мы должны предпринять, чтобы все поменялось? Правильно! Дать рекламное объявление в моей газете! Заплатив всего пять… ну ладно, по старой дружбе – три серебряные монеты! Волшебная сила рекламы спасет мир от потопа!
Наследник разглядывал стоящего перед ним Большого Феодала со сложным чувством, наполовину состоявшим из отвращения, наполовину из гордости. Каков персонаж, а?! Сумел творчески развить все, что заложил в него автор, и теперь намеревается заработать на своем создателе!
– Ну так что, по рукам?
Тут в голове у наследника откуда ни возьмись прогремел раскатистый бас Архивариуса:
– А что, неплохая идея!
От неожиданности Титус невольно зажал уши руками. Большой Феодал понял это по-своему.
– Что, и три монеты много? Вижу, совсем ты обнищал! А ведь прежде стол мог превратить в золото… Ну хорошо, хорошо! По дням, когда не работает рынок, действует дополнительная скидка. Так что всего две монеты! Меньше не могу, нерентабельно! Бумага, печатный станок, то да се – набегает, в общем!
Титус хотел резонно возразить, что предприятия по спасению мира не начинаются с рекламных объявлений, однако на этот раз кто-то будто зажал ему рукой рот. Поэтому вместо возражения у Титуса получилось что-то вроде:
– Ахтыерундушговор!
Это можно было трактовать как угодно. И Большой Феодал, как всегда, объяснил все в свою пользу.
– Вот и отлично! – довольно воскликнул он, подставляя свой стул поближе. – Был уверен, что мы сговоримся… Кстати, где ты собираешься остановиться, пока не возьмешь штурмом замок? Ха-ха! Еще не решил? Тут недалеко есть гостиница «Антоний и Клеопатра». Тараканы водятся, но вот клопов вывели, представляешь? Недавно появилось новое средство от них – клоповин. Кстати, прикольное на вкус, некоторые даже в колбасу его добавляют… Итак, если нет других идей, место встречи будущих спасителей человечества мы назначим именно там!
Объявление появилось на свет быстро, без особых мук творчества. Вот как дословно оно звучало:
«Желающие принять участие в опасном, возможно последнем в их жизни, приключении, целью которого является остановить мировой потоп, приглашаются в пятницу, 22 марта, после полудня в гостиницу „Антоний и Клеопатра“. Спросить послушника из Бари. Вознаграждение участникам предприятия не гарантируется».
– Откликнутся как раз те, кто нужен! – потирая руки, вещал Большой Феодал. Две затертые серебряные монеты лежали перед ним на столе и своим тусклым блеском явно поднимали настроение. – Отморозки, головорезы, авантюристы, бузотеры!.. Жена!