Ольга Ветрова – Парни с обложки (страница 7)

Сердце отбивало бешеный ритм. Тело хотело его прикосновений.

Алексей ждал, в общем-то не сомневаясь в ответе. По-другому у него не бывало.

– Поехали, – кивнула Катя, бросаясь в незнакомый ей водоворот страсти.

И они ушли из ресторана.

Он взял ее за руку, усадил в такси и повез по ночной Москве. Дрожащими пальцами Катя написала сообщение маме.
«Забежала к Наде. Останусь у нее ночевать. У меня все хорошо. Не теряй».

Но сама она теряла себя прямо сейчас. Ту, которой была. Спокойная, рассудительная Катя выпила слишком много, забыла о своих принципах, наврала маме и едет неизвестно куда с парнем, которого почти не знает.
Хотя нет, она знает, что ему нравятся как раз такие связи на одну ночь. Как тогда с русалками. Но несмотря на это, Алексей Горчаков казался ей самым привлекательным и сексуальным мужчиной на свете. Так что к черту покой и рассудительность!

Она хотела жаркой страсти, безумных ласк и ярких ощущений. Она хотела жить на полную катушку, чтобы было, что вспомнить. И о чем пожалеть. Да, она была готова и к этому.

Алексей Горчаков никогда не приводил девушек в свою квартиру. Хотя выглядели его роскошные апартаменты именно как любовное гнездышко. Ну или гнездо порока, кому что ближе. Почти всю спальню занимала огромная кровать с шелковыми простынями цвета лаванды, стены серо-стального оттенка и зеркало на потолке.

Пару лет назад он пытался избавиться от своих комплексов с помощью дизайнера по интерьерам. Но тот, как ни старался, не смог стать конкурентом психотерапевту. Так что со своими проблемами, закидонами и пунктиками Алексею придется разбираться самостоятельно.

Женщин он приводил в свой загородный дом, который был куплен специально для попоек с друзьями и девицами. Девушкам, которые считали, что у них отношения, он снимал квартиры. Заканчивались отношения, заканчивалась и аренда. Все честно. Из такой квартиры всегда можно было свалить, даже среди ночи, сославшись на то, что утром выходить в процесс и нужен новый костюм и чистая рубашка и прочие атрибуты юридического успеха.

Спать Алексей предпочитал в своей постели. Один. Так что и размеры кровати и зеркало, отражающее этот почти пустой аэродром, оказались бесполезной тратой денег. Надо было все переделать, но ремонт после ремонта – это как кассация после апелляции. Лишние хлопоты, и не факт, что станет лучше.

Но сегодня ему пришлось нарушить правила, которые он же сам и установил. И привести Катю к себе. Так было нужно.

За ними закрылась входная дверь, свет вспыхнул автоматически, Алексей привлек гостью к себе, снял с нее очки, положил их на полку в прихожей и начал целовать свою девушку на эту ночь.

После духоты улицы Катя ощутила приятную прохладу. Видимо, в помещении был климат-контроль. У нее кружилась голова, подкашивались ноги, но он крепко держал ее. Удивительное ощущение. Его сила и ее слабость. Она была тонкой и послушной. Полностью доверяла ему. Гнулась под порывами его страсти. Он мог делать с ней, что хотел.

А хотел он сильно. Даже удивился про себя, что она смогла так его завести. Хотя, казалось бы, ничего выдающегося. В буквальном смысле. Довольно плоская фигура. Никаких пышных форм, пухлых губ. Но что-то его зацепило. Он ясно видел ее колебания, понимал, что для нее это вовсе не обычная ситуация, а нечто особенное. Приятно быть особенным?

Алексей предпочитал секс не в кровати. Привет психотерапевтам. Подоконник, кухонный стол, он мог просто вжать ее в стену в прихожей. Но он отнес ее в постель, по пути раздевая. Так было нужно сегодня.

Она целовала его пылко, но не очень умело, забывая, как дышать. Полностью оправдывала образ хорошей девочки, отличницы в очках, которая обычно так не делает. Но сегодня она была согласна на всё. И все же он почувствовал, что с ней нельзя, как с другими. Нет ни опыта, ни склонности к таким эксперментам. Да, он не любил классику в постели. Но с ней придется по классике.

Опять автоматически вспыхнул приглушенный свет. И она увидела его роскошную спальню с зеркальным потолком. И свое отражение. Она была голой и бесстыжей. Хорошо, что уже без очков, так что изображение оказалось размыто, как на картине импрессионистов. Еще лучше, что загорелое, тренированное тело Алексея надежно прикрыло Катю от ее же собственного критического взгляда.

А потом она закрыла глаза, потому что не хотела ничего видеть, она хотела чувствовать. Да, ничего подобного в жизни она не испытывала. То, что когда-то давно в студенческой общаге ей совсем не понравилось, показалось неловким, неприятным, никаким, теперь вызывало почти восторг. Алексей, конечно, был более опытным любовником, чем тот мальчишка. И более страстным. Он без труда нашел все ее эрогенные зоны.

Сначала его пальцы и губы побывали везде, почти доведя ее до предела. А потом он сам стал частью ее. Пусть ненадолго, но глубоко. Она плавилась под ним, соединялась, сливалась и растворялась в нем. Как хорошо! Как же с ним хорошо!

Сладкая судорога прошла по ее телу. И отозвалась в нем всплеском удовольствия. Затем еще одним и еще. Так что ему даже потребовались усилия, чтобы сдержать стон. Он же мужчина. Это женщины с ним стонут во всю. И Катя, конечно, не стала исключением.

В этот раз он не мог просто вызвать такси ни себе, ни ей. Пришлось оставаться в постели и делать вид, что заснул, что ласки отняли последние силы. Алексей отвернулся от Кати, погасил свет и закрыл глаза. Так было нужно сегодня.

Но она внезапно прижалась к нему, обняла сзади, как в фильмах про любовь. Он терпеть не мог эти розовые сопли и телячьи нежности, но лишь слегка вздрогнул и тут же взял себя в руки, замер. Придется потерпеть. В конце концов, он сам нарушил первоначальный план.

Впрочем, близость с ней оказалась вполне приятной. В конце концов, на либидо ему жаловаться рано, ему только 30 лет, так что все работает как часы. Ночью все кошки серы и все женщины одинаковы. Хоть продавщица, хоть кинозвезда. У него бывало и с теми и с другими. Улыбка пошире и понахальнее, пара комплиментов, пара коктейлей или бокалов шампанского. От продолжения банкета в интимной обстановке никто не отказывался. Зачем лишать себя удовольствия? Да и новизна возбуждает.

Катя молодая, стройная, в принципе, милая. Это-то его и смущало. Он предпочитал не хороших девочек, а плохих, с ними проще, интереснее, позы разнообразнее, ощущения ярче. Так что он вздохнул с облегчением, когда раздался звонок в дверь и можно было больше не притворяться.

Катя вздрогнула, но не сразу поняла, что это и не звонок вовсе, а тот самый колокол, который всегда звонит по тебе.

Сначала она не испугалась, а просто удивилась. Кто это может быть среди ночи? Доставка? Сейчас это более актуально, чем муж, внезапно вернувшийся из командировки. В данном случае жена, которой у Алексея Горчакова вроде как нет. Хотя, возможно, есть постоянная девушка, которая считает себя почти женой и тоже не обрадуется, застав Катю в его постели.

Но в спальню вошел мужчина, вспыхнул свет. И Катя, конечно, сразу узнала его, даже без очков. Он пару раз уже являлся ей в страшных снах. Так же как сейчас. Без наручников. Это был маньяк из темного переулка. Собственной персоной.

Она в ужасе смотрела на него. Это опять дурной сон?

– Приветик! – нехорошо улыбнулся ночной гость. – Давно не виделись.

Катю будто парализовало. Это всё, правда, происходит с ней? Ужин, секс с первым встречным боссом и вторжение опасного преступника среди ночи. Она же помогла его задержать. А теперь что? Его выпустили?

Он будто прочитал ее мысли.

– Не пугайся, Катюша! Конечно, я не сбежал, перестреляв конвой его же оружием, и не сделал подкоп из Бутырки. Меня отпустили, как только разобрались и поняли, что я ни в чем не виноват. Давай уже познакомимся в нормальной обстановке.

Он что издевается?! Она уже с ним знакома. Он маньяк, который нападает на девушек на темных улицах столицы, насилует и душит. В нормальной обстановке?! Это среди ночи, когда он одет, а она голая под простыней?

– Олег Черкасский, – невозмутимо продолжил гость, словно они были на официальной встрече в деловых костюмах. – А это Алексей Горчаков – мой адвокат.

Глава 6

Да уж, оказалось, что она не знает никого из присутствующих. Даже того, с кем только что переспала. Да и гость в этой спальне был вовсе не третий лишний, а основной. Видимо, ради него всё и затевалось.

Вот и выяснилось, почему ее вдруг взяли на работу, хотя сначала отказали. И почему начальник проявил к ней неожиданный интерес, хотя было очевидно, что она не в его вкусе.

Ты что, правда, решила, что он всерьез? – поразилась сама себе Катя. Решила, что ты ему нравишься? Что он выбрал тебя? Ты себя в зеркало-то давно видела? Ты вообще знаешь его вкусы? Ты же плоская, как подошва.

Катя так разозлилась на саму себя, что мысленно прочла себе Маяковского: «И кажется этой тощей фанере, что она Венера по крайней мере…».

Она дрожала, но не от холода, а от унижения и возмущения от собственной глупости. Захотела любви, отношений с мужчиной, ярких впечатлений, удовольствия? Вот, пожалуйста, получите, распишитесь. Теперь до конца жизни хватит.

А ведь она не стихи о любви в университете изучала, не ямб от хорея отличала, а статьи Уголовного кодекса штудировала, право и историю знает. Мало ей реальных примеров?